Кошелек или нефть

Курдистан прекратил поставлять нефть правительству Ирака

Иракский Курдистан приостановил экспорт собственной нефти за рубеж, обвинив центральное правительство в Багдаде в невыполнении обязательств по оплате предыдущих поставок. Это может стать пренеприятнейшей новостью для правительства страны на фоне его амбициозных планов по наращиванию общегосударственного экспорта. Более того, сепаратистские тенденции в наскоро сшитой стране могут резко усилиться.

Ирак является одной из самых этнически гетерогенных стран на Ближнем Востоке. Северную часть страны занимают курды, говорящие на принадлежащем к индоевропейской семье языке, центр - арабы-сунниты, юг - шииты, тоже арабы, но культурно тесно связанные с единоверцами из соседнего Ирана. Культурная разнородность провоцировала множество конфликтов, но во времена правления Саддама Хусейна проблемы частично разрешались репрессиями, а частично - распределением нефтяных доходов. Но, как выяснилось, нефтяное богатство само по себе может вызывать споры и вражду.

После американского завоевания наступил период, когда восторжествовал принцип "чья власть, того и нефть". В стране бушевала война с недобитыми сторонниками Саддама, с шиитской Армией Махди, с группировками, дружественными Аль-Каиде и множеством других формирований. Экспорт нефти велся в микроскопических размерах и регулировать его возможностей не было. Курдистан, демонстрировавший чуть больше внутренней стабильности, чем другие регионы Ирака, подсуетился первым и успел в этот период заключить несколько контрактов с иностранными компаниями на разведку и разработку нефтяных запасов.

Когда ситуация в стране более-менее устаканилась, началось неизбежное приведение разных регионов к общему знаменателю. Особо своевольное поведение Курдистана в этой ситуации багдадское правительство радовать не могло. Долгий конфликт был наконец разрешен в 2011 году. Условия договора были такими: Курдистан осуществляет весь свой экспорт через посредничество правительства в Багдаде. В итоге обе стороны делят получившуюся прибыль поровну.

Но надолго этого соглашения не хватило. В начале 2012 года курды начали жаловаться на то, что Багдад нефть забирает, а деньги платить не спешит. Подождав немного, власти региона выпустили заявление, в котором объявили, что какой-либо экспорт со 2 апреля прекращается. По словам курдов, платежей не было уже 10 месяцев, и более того, от Багдада не слышно даже намеков на то, что они последуют в ближайшем будущем.

Курдистан, впрочем, не собирается на время отключения нефтяного крана оставаться без денег. В руководстве региона заявляют, что свободную нефть пустят на переработку и таким образом смогут извлекать прибыль даже в таком сложном положении. Неясно, правда, в каком состоянии находятся нефтеперерабатывающие мощности, поскольку во всем Ираке после войны с этой отраслью дела обстоят крайне неважно.

По версии Курдистана, Багдад задолжал региону уже полтора миллиарда долларов. Всего же за местную нефть центральное правительство заплатило 514 миллионов, после чего оплата прекратилась.

В Багдаде оправдываются тем, что проблема возникла из-за бюрократических проволочек, а на самом деле лишать курдов их нефтяных денег никто не собирался. Министр финансов Рафия аль-Аснави заявил, что транш в размере 560 миллионов долларов уже проходит аудит и вот-вот будет направлен в Курдистан. Однако особой веры этим словам у курдов нет, поскольку прежде Багдаду ничто не мешало объявить сроки отправления транша заранее.

Центральному правительству остается лишь выдвигать свои контробвинения в адрес руководства Курдистана. Утверждается, что объем поставок из Курдистана давно уже снизился с 175 тысяч до 50 тысяч баррелей в день. А замминистра энергетики страны Хуссейн Аль-Шахристани добавил, что неучтенная нефть идет контрабандой в сопредельные страны. Ладно бы еще только в Турцию, так ведь среди получателей числится и Иран, против которого уже давно введены санкции Европы и США. Правительству в Багдаде категорически не нравится, что курды таким образом сильно огорчают международных союзников.

Судя по всему, такая практика, учитывая масштабы поствоенного бардака, в Ираке и раньше имела место. Сейчас же о ней "внезапно" вспомнили из-за резко накалившихся отношений между багдадским правительством и регионами. Параллельно помянули еще и действия Курдистана по одностороннему заключению договоров с иностранными энергокомпаниями. Таковых в общей сложности было подписано около 40, самый крупный - с американской ExxonMobil в 2009 году. Все эти контракты в Багдаде считают незаконными, но до сих пор с такими действиями мирились, лишь бы избежать еще большей дестабилизации отношений.

Все эти трения угрожают сорвать грандиозные планы Ирака по превращению в великую нефтяную державу - точнее, по возврату себе этого статуса. Сейчас, по словам представителей министерства энергетики страны, Ирак экспортирует около 2,3 миллиона баррелей в сутки. В последние месяцы объемы поставок за рубеж удалось значительно увеличить благодаря завершению строительства нефтеналивного порта на реке Шатт-эль-Араб. К 2017 году Ирак хочет производить около 12 миллионов баррелей в сутки, что уравняет его по объему добычи с Саудовской Аравией.

С учетом разрушенной войной инфраструктуры, эти планы аналитикам рынка представляются совершенно нереалистичными. Но тенденция по наращиванию добычи очевидна. Если же Курдистан перестанет экспортировать нефть через Багдад, с этими планами можно будет попрощаться. Сейчас доля курдов в общем объеме экспорта невелика (около 10 процентов), но значительная часть прироста должна произойти именно на севере страны.

Пока иракскому правительству удалось добиться одной значимой победы. ExxonMobil в силу сложившейся ситуации объявила о прекращении совместных проектов с правительством Курдистана вплоть до урегулирования его отношений с Багдадом.

Но в целом дела обстоят не очень хорошо для обеих сторон: если Багдад срочно не выдаст курдам "пряник" в виде оплаты за уже сделанные поставки, позиция Курдистана может моментально радикализоваться. И это не тот случай, когда проблему можно решить, применяя силу. В условиях шаткого равновесия в послевоенном и по своей сути конфедеративном Ираке жесткие действия могут вызвать лишь симметричный ответ, результаты которого придется расхлебывать многие годы.