Только важное и интересное — в нашем Twitter
Новости партнеров

Все равно тюрьма получается

Разработка мастер-плана Перми завершилась четырьмя уголовными делами

Вид Перми
Фото: Игорь Катаев / ИТАР-ТАСС

В 2010 году в Перми приняли мастер-план — это была первая российская попытка разработать концепцию развития крупного города на десятилетия вперед. Тогдашний губернатор края Олег Чиркунов считал мастер-план одним из главных своих проектов и ключевым для превращения Перми в новую «культурную столицу» страны. Позже подобные документы стали разрабатываться и в других городах, в том числе в Москве. Тем временем в Перми эта инициатива обернулась уголовным преследованием разработчика мастер-плана, руководителя пермского «Бюро городских проектов» Андрея Головина. Его обвинили сразу по нескольким статьям УК, теперь он готовится покинуть свою должность: велодорожки кончились там, где начались столкновения местных политических элит. О том, как разрабатывался мастер-план и почему он завершился четырьмя уголовными делами, Головин рассказал «Ленте.ру».

Андрей Головин в 1992 году окончил Пермский политехнический институт. Еще на третьем курсе он начал заниматься бизнесом. В 1993-м перебрался в Москву и создал инвестиционно-финансовую компанию «Транском», занимавшуюся аудитом промышленных предприятий. Позже Головин прожил несколько лет за границей, став еще и гражданином Канады. В 2002-2004 годах был вице-мэром Перми по строительству, затем вновь ушел в бизнес. В 2008-м губернатор Олег Чиркунов пригласил Головина разрабатывать мастер-план Перми. Тогда же Головин возглавил муниципальное автономное учреждение «Бюро городских проектов».

Это было время, когда Чиркунов — один из самых прогрессивных губернаторов-назначенцев — хотел превратить промышленный город в новую культурную столицу России и вообще модное место. Мастер-план был важной составляющей проекта. От генплана этот документ отличается более абстрактным характером. В нем прописана концепция развития города на десятилетия вперед. В основе концепции — отказ от расширения городских территорий в пользу их уплотнения, отказ от развития «частного сектора» (или, по западному образцу, «субурбий») в пользу строительства малоэтажных домов, которые, как считается, оптимально подходят людям с точки зрения удобства, возможностей для общения и совместного ухода за микрорайонами. Мастер-план начал разрабатываться в 2008 году при участии двух проектировочных компаний из Нидерландов, KCAP Architects & Planners и Bureau Alle Hosper, а также финской компании Pöyry.

* * *

«Лента.ру»: Что такое мастер-план Перми с интеллектуальной, прикладной точки зрения? Что этот документ вообще значит для города?

Андрей Головин: Мастер-план — это документ стратегического планирования, своего рода видение, как преобразовать город. В каком направлении ему развиваться в ближайшие десятилетия. Работа над ним началась с осознания, что все последние годы на территории города реализовывались различные архитектурные и инфраструктурные проекты. Но видимого результата с точки зрения удобства горожан, с эстетической точки зрения, не было. И закралось сомнение: что-то делается не так. И тогда краевая власть, мэрия стала активно изучать вопрос, а как вообще происходит планирование городов. Тогда и возникло само понятие мастер-плана. Администрация заимствовала его из практики планирования муниципалитетов — и американских, и европейских.

Кроме этого, существуют мастер-планы развития отдельных территорий, необязательно только городов. Сначала разрабатывается концепция, формулируются основные ценности территории, и затем уже это все ложится в основу генплана, технических регламентов и так далее. Представители края и города изучали опыт Роттердама, Гамбурга, Лондона. Очень, кстати, интересовались тем, как планировалась Олимпийская деревня в Лондоне. То есть не сами спортивные объекты для Олимпиады, а то, как они затем будут использоваться уже в обычной жизни, как эта деревня будет интегрирована в город. Как там можно будет жить, работать и учиться. И весь этот опыт было решено применить к Перми.

Мы не копировали слепо иностранный опыт, скорее изучали планировочные технологии. Разрабатывавшие мастер-план люди приезжали группами до 20 человек — инженеры, специалисты по транспортной структуре, ландшафтному дизайну, архитекторы. Они изучали город, ездили на периферию, заходили в такие места, где не каждый пермяк появится, поверьте.

И какой вы хотели бы сделать Пермь?

Картинка стала формироваться в процессе разработки мастер-плана. Если обычно генпланы разрабатываются каким-нибудь специализированным институтом, то у нас состоялось более десятка семинаров с участием представителей около 90 различных крупных учреждений, где проектировщики обосновывали различные варианты. В ходе этого обсуждения и стало вырисовываться представление. Вот, например, обсуждали различные типологии жилья. Сейчас доминирует модель с башнями на 25 этажей в центре города и с индивидуальными домами на окраинах, в субурбии. По сути, весь сегмент двух-шестиэтажного жилья просто исчезает, а вместе с ними исчезает совершенно особая среда. А ведь она камерная, ее люди любят. Люди ценят и уважают исторический центр, заботятся о его сохранности. Мы расписали, как в городе нужно поделить общественное и частное пространства.

Или вот у нас есть «Зеленое кольцо» — долина малых рек, которые опоясывают центральную часть города. Ну, все знали, что эта зона — объект культурного наследия, что там запрещено строительство. И все. А в мастер-плане доходчиво объяснено, что это кольцо — историческая ценность, важная деталь ландшафта города. Такая ДНК Перми, которую необходимо сохранить для будущих поколений. То есть мы так преподносили эту территорию, чтобы и отношение людей к ней стало иным, более осознанным.

У вас прямо в прелюдии к мастер-плану написано, что это еще и инструмент для рядовых жителей Перми, что они могут влиять на градостроительную политику. А каким образом?

Нам было важно, чтобы положения мастер-плана распространялись среди людей через публичные лекции, встречи с активистами местного сообщества. Более того, даже сейчас в отдельных школах города учителя по нашим материалам рассказывают о мастер-плане детям в школах. Ведь это же очень важно: у нас в России градостроительство почему хромает на обе ноги? Потому, в том числе, что люди не могут сформулировать свои желания и свое отношение к городу. Они привыкли оценивать город по наличию или отсутствию горячей воды, по тому, много ли мусора навалено. Но ведь помимо чистоты есть понятия удобства, комфорта, организации пространства, работы общественного транспорта, многие другие аспекты. В обсуждение этих вещей мы и планировали наше население вмонтировать.

Правильно ли я понимаю, что инициатором создания мастер-плана был бывший губернатор края Олег Чиркунов, а возглавляемое вами «Бюро городских проектов» создали специально под подготовку этого документа?

Да, так. Инициатива была Чиркунова и еще одного человека — Сергея Гордеева (предприниматель, в 2007-2010 годах — член Совета Федерации, представлявший администрацию Пермского края — прим. «Ленты.ру»). Немаловажную роль сыграл и глава города Игорь Шубин (мэр Перми с 2006-го по 2010-й год — прим. «Ленты.ру»).

В регионах довольно редко власти субъекта и власти города действуют заодно. Вы хотите сказать, что в вопросе подготовки мастер-плана у них было согласие?

Именно это и было залогом успеха на стадии подготовки проекта, его начала и окончания. Сейчас, когда я встречаюсь с заинтересованными людьми из других городов, я всегда говорю, что сначала надо сформировать команду. И в ней должны быть все лица, принимающие решения на местном и региональном уровне. Иначе будет сложно.

Ваш опыт стал, насколько я понимаю, востребован другими городами, в том числе Москвой.

Опыт Перми оказался интересен многим городам — Уфе, Самаре, Красноярску. И Москва уже легко говорит о своем мастер-плане. Судите сами: на стадии разработки нашего мастер-плана нам тяжело давалась новая терминология, связанная с градопланированием. А уже в декабре прошлого года на урбанистическом форуме всей этой лексикой участники оперировали легко и непринужденно.

* * *

Участие иностранцев в создании мастер-плана стало формальным поводом для проверок и возбуждения уголовного дела. Главное следственное управление краевого ГУ МВД сочло, что «Бюро городских проектов» незаконно перечислило зарубежным подрядчикам бюджетные средства. Претензии были сформулированы следующим образом: «В период с 20 января 2009 года по 16 сентября 2010 года директор МАУ "БГП" в силу халатного отношения к своим должностным обязанностям произвел из средств бюджета города Перми, выделенных на цели разработки генплана, оплату работы "Стратегический мастер-план города Перми" иностранным компаниям "КСАР International B. V.", "Bureau Alle Hosper", "Pöyry Infra Oy", "Tavernor Consultancy" и "The Private Limited Company Fakton B.V." на общую сумму 145 539 851,58 руб. без должной организации ее приемки... Выполненная работа не соответствует выданным техническим заданиям на ее разработку, не является научно-исследовательской работой и не обладает должной степенью обоснованности, аргументированности и проработанности для возможности его прямого использования при подготовке проекта Генерального плана города Перми».

При этом у выделявшей деньги мэрии Перми претензий к бюро не было и нет, что очень расстраивало силовиков. «Я вновь обращаюсь к руководству Перми. Видимо, нам необходимо будет рассмотреть вопрос о привлечении их к делу как соучастников хищения средств, либо возбудить уголовное дело по статье "Халатность"», ― говорил уже в апреле 2013 года начальник главного следственного управления ГУ МВД по Пермскому краю Андрей Останин.

* * *

На каком этапе начались ваши проблемы с правоохранительными органами?

Проблемы начались весной-летом 2009 года с прокурорских проверок. Тогда же ФАС заинтересовалась сделками, заключенными с иностранными контрагентами — соразработчиками мастер-плана. Сначала мы встретились в арбитражном суде. Кроме нашего «Бюро городских проектов» в деле были администрация города, пермская гордума, наш непосредственный учредитель — департамент градостроительства и архитектуры Перми. По итогам разбирательств арбитражный суд запретил заключать такие сделки впредь, но и признал, что существующие договоры реституции не подлежат и должны быть выполнены. А в октябре 2009 года было возбуждено бесфигурантное уголовное дело по факту хищений средств из городского бюджета. То есть вторая половина разработки мастер-плана проходила уже в условиях расследования нашей работы правоохранительными органами.

Факт хищений не подтвердился — были задействованы все мыслимые и немыслимые контрольно-ревизионные органы, нарушений они не нашли. В рамках расследования возникло другое дело — о якобы разглашении иностранным проектировщикам государственной тайны. Оно также было закрыто, факт тоже не подтвердился.

Вас ведь обвиняли в том, что вы нарушили закон о госзакупках и заключили договор с западными компаниями без конкурса. Это так?

Это был повод скорее. Смотрите, «Бюро городских проектов» юридически — муниципальное автономное учреждение, мы не являемся муниципальным заказчиком. Мы перед заключением контракта с контрагентами консультировались в администрации города, в Минэкономразвития, где получили все разъяснения, которые позволили сделать вывод о правовой возможности заключать договоры без тендера. Есть накопившаяся практика решений арбитражных судов в отношении муниципальных автономных учреждений по России. В целом она позитивная для нас.

С точки зрения достижения результата выбранная нами схема была вполне адекватной.

И сколько сейчас в итоге против вас уголовных дел?

Спустя год после открытия уголовного дела по факту хищений оно было переквалифицировано уже против меня — это ноябрь 2010 года. До конца 2012 года было еще одно уголовное дело — мне вменяется халатность при заключении договора с иностранными партнерами. Я доказывал, что халатность мной не допускалась, что я выполнял все действия, которые и должен был как руководитель бюро выполнять. Работы мне были заказаны администрацией города, я их выполнил в соответствии с указаниями администрации же, она их приняла, оплатила и утвердила. Суд дважды возвращал материалы дела следствию, потому что никак не мог понять, в чем меня обвиняют-то.

В декабре 2012 года мне предложили уголовное дело закрыть… Не знаю, как сказать. Я сейчас нахожусь в ситуации, при которой не надо дергать за усы злую кошку.

Скажите осторожно.

Я отказался от того, чтобы дело закрывали по нереабилитирующим меня обстоятельствам, и тогда против меня были возбуждены очередные уголовные дела. Сначала по статье 159, часть 3 — мошенничество. Одна из организаций, с которой мы сотрудничали, оказалась «липовой». Мы и работу интересную сделали, и результат получили, а исполнители на сегодняшний день испарились, и мне по этому поводу вменяется мошенничество.

* * *

10 апреля 2013 года Головин был задержан в аэропорту Шереметьево, откуда он собирался улететь в Варшаву. Его остановили прямо во время посадки на самолет, в тот же день привезли в Пермь, и 11 апреля суд изменил ему меру пресечения с подписки о невыезде на арест. Сам Головин настаивал, что не нарушал условий подписки, ездил за границу и раньше — и вообще был убежден, что его командировки не мешали ходу расследований. За Головина вступился бывший губернатор Чиркунов: «Правоохранительные органы решили, что они лучше знают, что нужно было городу, а что — нет. Они могут позволить себе прямые публичные угрозы с целью добиться того, что они считают правильным. Вне всякого сомнения, я не считаю возможным для себя отмолчаться. Не Андрей Головин, а я был инициатором создания мастер-плана города, и я горжусь тем, что такой документ у Перми теперь есть. Если будет судебное разбирательство, то я буду настаивать на том, чтобы и мое мнение было бы заслушано».

Заступилась за Головина и мэрия Перми. «Все поездки были связаны со служебной деятельностью, оформлялись командировки, в ходе которых Андрей Головин представлял интересы администрации города Перми и Пермского национального исследовательского технического университета. Цели скрыться за пределами России Андрей Головин не имел», — говорилось в пресс-релизе городской администрации.

Под арестом Головин провел меньше недели. 16 апреля 2013 года за него внесли залог в 20 миллионов рублей, и он был выпущен на свободу. Сумма залога является рекордной в истории российских регионов. Однако практически сразу после этого Головину было предъявлено еще одно обвинение — в растрате двух тысяч рублей. А все дела против него были объединены в одно производство. Чиновника вновь пытались арестовать, но суд отказал. Своей вины ни по одному эпизоду Головин не признает.

Разговоры о Перми как о культурном центре России к этому времени уже оставались в прошлом.

* * *

А что это за история о нецелевом использовании двух тысяч рублей?

В апреле меня арестовали, потом выпустили, но тут же стали рассматривать под лупой мою деятельность. Ведь, находясь под залогом, я не могу, как бы не должен, совершать новые преступления. И тут обнаружилось такое деяние — растрата двух тысяч рублей. Дело обстояло таким образом: собирая доказательства своей невиновности по 159 статье, я обратился за подтверждением о наличии оригинала договора в аудиторскую компанию, которая нас проверяла. Этот договор был изъят следствием еще в 2009 году, у нас остались только копии.

Сначала запрос сделал мой адвокат, но аудиторская деятельность — это тайна, сведения третьим лицам аудиторы не выдают — только клиентам. Договор с аудиторской компанией пришлось заключать от имени бюро — за оригинал аудиторской проверки необходимо было заплатить две тысячи рублей, что и было сделано. Осознавая напряженную ситуацию, я эти деньги компенсировал из личных средств. Тем не менее следствие зафиксировало этот платеж и квалифицировало его как нецелевую растрату.

У вас есть представление о том, кто стоит за вашим преследованием? Бывший губернатор за вас, мэрия вроде бы за вас. Но ощущение, что есть некий конфликт элит, а вы в нем крайним оказались.

Ну, я думаю, что это уже такая запущенная правоохранительная машина, которая работала в течение четырех лет, и ей нужен результат во что бы то ни стало.

По вашим ощущениям, мастер-план и принятый на его основе генплан Перми сейчас реализуются?

Отчасти все равно администрация города рассматривает многие проекты через призму положений мастер-плана и генплана.

На мой взгляд, движение идет в правильном направлении, может быть, не теми темпами и с искажениями, которые мне не нравятся, но во всяком случае я считаю, что начало положено и эффект проявится через какое-то энное количество десятков лет. Наш принцип компактности города используют сетевые компании. У нас уже работают выделенные, обособленные бордюром полосы для трамвая, велосипедные дорожки, парки, скверы. Жизнь стала достаточно интересная, веселая.

Но при этом в мастер-плане прописан вывод за черту города двух крупнейших заводов, а их руководство резко против. В вашем документе оговорено ограничение высотности зданий — пермская гордума отложила этот вопрос на 2014 год, и я вижу этому только одно объяснение: чтобы успели построиться те, кто уже задумал свои высотки в центре.

Я хотел бы возразить только в отношении промышленных территорий. Мастер-план не это предусматривал. Он давал собственникам заводов безо всякого давления возможность видоизмениться, совершенствовать технологии. Вон, заводы Баварии находятся в центре Мюнхена, и все от этого выигрывают. Так что пусть «Мотовилиха» коптит, но только утилизирует отходы своей деятельности.

Что касается высоток, то смотрите: у нас в городе не было регулирования почти никакого, строй что хочешь. И вдруг возникаем мы с какими-то ограничениями, показываем, что серьезную плотность в пределах квартала можно создать и при шести-восьмиэтажной застройке. Получится даже эффективнее, чем 25-этажную башню воздвигнуть. Но застройщики имеют возможность лоббировать свои интересы. Надеемся, что население каким-либо образом сможет этому препятствовать — когда мы вносили в правила ограничение застройки в шесть этажей, граждане нас поддерживали.

Вы продолжаете работать с краевыми и городскими властями?

После заседания суда про две тысячи рублей я ушел в отпуск и едва ли вернусь из него. А до этого времени работали, активно сотрудничали по всем вопросам городского планирования.

По вашему ощущению, Виктору Басаргину, сменившему Чиркунова, эта история с городским планированием так же интересна или нет?

Еще когда Виктор Федорович был министром регионального развития [России], нас приглашали в министерство, мы представляли мастер-план, реакция была положительной. Министерство даже планировало провести какой-то рабочий семинар — делиться опытом работы с концептуальными документами с другими регионами. Но не состоялось, видимо, опять же в свете того, что вокруг нашего концептуального документа сложилась нехорошая аура.

Сейчас краевыми властями наша тематика не поднимается. И потому что это не ими было начато, да и не хотелось бы им вмешиваться туда, где уголовные дела.

Если не секрет, какие у вас планы на отпуск? Доказывать свою невиновность?

Я вынужден это делать, мне и так сейчас приходится больше времени тратить на это, чем на работу. Ну и пока есть время, надо осмыслить, чем заниматься дальше.

А нет желания просто взять и уехать из России, тем более паспорт гражданина другой страны у вас есть?

(Улыбается.) Нет. Уже давно живу в режиме не «уехать», а «съездить». Уезжать — это все оставлять и действительно уезжать. Я же хочу просто перемещаться. Уезжать причин нет, искать иное приложение — да.

* * *

Из вводной главы к мастер-плану Перми: «Город создается и развивается не потому, что у него есть план, а потому что те люди, которые живут в нем, проявляют интерес к его судьбе. А интерес к судьбе города, любовь к нему невозможны без знания города, понимания его сути. И такие понимание плюс любовь дают силы для развития городской среды. Знание и понимание города не есть нечто застывшее и незыблемое, это реальный живой процесс, предполагающий постоянный обмен информацией, ее распространение. Поэтому авторы приглашают всех заинтересованных лиц принять посильное участие в этом процессе».