Доллар как шайтан

К чему приведет отказ Ирана от расчетов за нефть в долларах

Фото: Vahid Salemi / AP

Нефть из Ирана скоро потечет на европейские и азиатские рынки. Власти страны объявили, что не будут продавать свой товар за американскую валюту. Исламская Республика откровенно заявляет, что это решение — чисто политическое. Чем это может грозить эмитенту долларов — Соединенным Штатам? В том-то и дело, что ничем: отказом от доллара Тегеран решает исключительно внутренние задачи.

Нефтеевро вместо нефтедоллара

Тема отказа от доллара в расчетах за поставки нефти периодически поднимается в развивающихся странах. Как правило, это сопровождается политической риторикой. В частности, такую идею высказывали Муаммар Каддафи в 1990-х годах и Саддам Хусейн в начале 2000-х; отказ от доллара во взаиморасчетах произошел в 2009 году между Кубой, Боливией, Венесуэлой, Гондурасом, Никарагуа и Эквадором.

Предыдущий президент Ирана Махмуд Ахмадинежад заявил в 2007 году на конференции ОПЕК, что слабеющая американская валюта — всего лишь «никчемный клочок бумаги». Тогда он убеждал страны картеля перевести торговлю нефтью в рамках организации на евровалюту.

Практически сразу после этого Исламская Республика обменяла 45 миллиардов евро из своих резервов на доллары и золото, сократив долю евровалюты с 50 до 25 процентов. Тогда в Европе был финансовый кризис.

Нынешнее заявление власти Исламской Республики сделали накануне выхода страны на нефтяной рынок после почти 14-летнего перерыва. Иран рассчитывает занять довольно существенную долю рынка, а точнее — вернуть себе позиции, занятые конкурентами — Саудовской Аравией и Россией.

Станет ли переход Ирана на евро значимым событием на нефтяном рынке? Ведь международные расчеты за нефть в долларах увеличивают международный спрос на валюту США, обеспечивают спрос на американские долговые инструменты и позволяют Соединенным Штатам покупать нефть за валюту, которую они же и печатают.

Значит ли это, что системе нефтедолларов постепенно приходит конец?

Заветам Хомейни верны

Партнер компании Rusenergy Михаил Крутихин считает, что решение иранского руководства никакого воздействия на мировой рынок нефти не окажет. «Иран не продает нефть Соединенным Штатам. После снятия санкций иранская нефть пойдет на рынки Европы и Азии. Рассчитываться за иранскую нефть с Евросоюзом в европейской валюте никто не мешает, в Азии — опять же совершенно не важно, в чем номинировать платежи», — рассуждает эксперт. Вполне вероятно, считает он, что расчеты за поставки иранской нефти в Европу в любом случае проводились бы в евро.

При этом котирование нефти на мировых сырьевых биржах все равно происходит в долларах, и это никак не зависит от расчетов даже с крупными нефтеэкспортерами. «Это вопрос удобства расчетов. В мире превалируют расчеты в американской валюте просто потому, что это удобно. Доллар стал эталонной расчетной единицей, но каждая страна хранит поступления от продажи нефти в той валюте, в которой ей удобно», — объясняет Крутихин. По его мнению, решение Тегерана рассчитываться за свою нефть в европейской валюте не окажет никакого влияния и на экономику США.

В чем же смысл громких заявлений об отказе от доллара? Дело в том, что с 1979 года, когда после исламской революции в Иране установился нынешний режим, в стране идет борьба двух политический направлений — «консервативного» и «прогрессивного». Обе силы представлены различными политическими партиями и СМИ разной направленности, государственные органы и ведомства традиционно занимают «консервативную», «прогрессивную» или «реформаторскую» позицию.

Одни выступают за приоритет исламских ценностей, доминирующую роль духовенства в управлении страной, всячески противятся распространению западной идеологии в культуре и общественной жизни. Другие занимают более прагматичную позицию. Разделение на «консерваторов» и «реформаторов» имеет место и в высшем шиитском духовенстве. Например, нынешний президент Хасан Роухани, как и пятый президент Мохаммад Хатами, занимавший этот пост с 1997 по 2005 год, относится к «реформаторскому» лагерю и при этом является духовным лицом. В то же время бывший президент-консерватор Махмуд Ахмадинежад никакого духовного звания не имеет.

Кроме того, избираемый каждые четыре года прямым и тайным голосованием президент не является главой государства. Его функции скорее исполнительные. Главой же Исламской Республики, согласно иранской конституции, является имам Махди — скрытый потомок пророка Мухаммада, который должен прийти в конце времен и утвердить повсеместное господство ислама. Пока он не пришел, его функции исполняет духовный лидер Ирана (рахбар). Первым человеком, «замещающим» имама Махди на посту руководителя страны, был вождь исламской революции Рухолла Хомейни. После его смерти в 1989 году на этой должности пребывает сейид Али Хаменеи, вокруг которого объединяются консервативные силы.

Поскольку президент Роухани имеет имидж реформатора (что, кстати, способствовало снятию западных санкций с Ирана), его действия вызывают подозрения у идеологических противников. Консерваторы обеспокоены тем, что излишне либеральный президент может привести страну к ослаблению исламской идеологии. Поэтому Роухани вынужден лавировать и совершать шаги, успокаивающие консервативную часть общества.

Заявление об отказе от доллара — из этой серии. Дескать, мы верны заветам Хомейни, продолжаем не любить Запад, США и, разумеется, главный инструмент империалистической экспансии — доллар. Никаких экономических последствий решение Исламской Республики не несет.

Зеленое господство

Но что будет, если примеру Ирана последуют другие экспортеры нефти? Пошатнется ли могущество доллара в мировой экономике? Доцент кафедры финансовых рынков и финансового инжиниринга РАНХиГС Сергей Хестанов считает, что общая тенденция к сокращению доли доллара в общем объеме международных расчетов все же есть.

«Разумеется, постепенно валюта США будет вытесняться. Это связано с ростом других экономик мира — например, китайской. Но это весьма длительный процесс, речь идет о нескольких десятилетиях», — говорит эксперт.

Что касается современной ситуации, то альтернативы доллару как универсальному средству расчетов пока не существует, полагает Хестанов. «На доллар сегодня приходится примерно 80 процентов мировой торговли, на евро — 20 процентов, на юань —два процента. Поэтому говорить всерьез о вытеснении доллара из-за решения той или иной (даже весьма крупной) страны не приходится», — указывает экономист. Хестанов отмечает, что размеры экономики США и консервативная монетарная политика обеспечивает национальной валюте этой страны долгосрочную гегемонию на мировых рынках.

Кроме того, переход с доллара на евро для страны-нефтепроизводителя фактически ничего не меняет. Фактически европейская валюта привязана к американской, курсовая разница относительно небольшая, а экономические связи между США и еврозоной очень сильны.

Доллар не всегда был основным средством международных расчетов: до 1914 года такой валютой был британский фунт стерлингов. Он оставался универсальным платежным средством вплоть до конца 1950-х годов и был постепенно вытеснен долларом. На смену основной международной валюты понадобилось без малого 45 лет, и процесс этот был обусловлен исключительно экономическими факторами. Да и с вытесненным фунтом в результате ничего плохого не произошло: это твердая валюта, надежное платежное средство, а инфляция в зоне ее обращения весьма низкая.

Официально Иран продолжает исповедовать идеологию Хомейни, лозунги исламской революции используются в государственной пропаганде. Надписи «Смерть Америке!» и «Смерть Израилю!» по-прежнему красуются в иранских учреждениях и на улицах городов, политики повторяют мантры о том, что США — «большой шайтан» («малый шайтан» — СССР — уже приказал долго жить). В то же время все понимают, что без экономических связей с США не обойтись, а реальными противниками Ирана в регионе являются Саудовская Аравия, Турция и Пакистан.

Поэтому громкое заявление иранских властей об отказе от доллара — чисто пропагандистский шаг, своего рода разумный компромисс между политической риторикой и реальностью.

подписатьсяОбсудить
00:01 13 июля 2016

Пошли вразрез

России придется выбирать, что замораживать, — пенсии или зарплаты
00:03 12 июля 2016

На хлебе и водке

Почему Россия не может предложить миру ничего, кроме нефти
Казни сирийские
Участники войны в Сирии соревнуются друг с другом в изощренности пыток
Триумф старости
Что общего у Brexit и выборов президента США
Police at the scene of a security operation in the Brussels suburb of Molenbeek in Brussels, Belgium, March 18, 2016. Единое пространство недоверия
Почему европейские спецслужбы не могут вместе бороться с терроризмом
A man prays beside flowers laid in front of the Olympia shopping mall, where yesterday's shooting rampage started, in Munich, Germany July 23, 2016. REUTERS/Arnd Wiegmann     TPX IMAGES OF THE DAY      - RTSJCX2Рассыпающаяся реальность
Теракт в Мюнхене как признак прощания со старой Европой
Метры у метро
Московские новостройки, рядом с которыми скоро откроют станции подземки
Тиснули на славу
Как выглядит первое в мире здание, напечатанное на 3D-принтере
Вот это номер!
«Тайный арендатор» в многофункциональном комплексе «Ханой-Москва»
Жить стало веселее
Новая редакция «сталинского рая» на ВДНХ
Любовь по залету
Аэропорты мира, которые не захочется посещать добровольно
Rolling Acres Огайо, СШАЗакрыто навсегда
Как выглядят торговые центры-«призраки», потерявшие покупателей