В преддверии Рождества британцы Роб и Диана Парсонс не ждали гостей, но внезапно встретили на пороге бездомного мужчину. Все, что он мог им предложить, — замороженную курицу. Как в доброй сказке, этого хватило, чтобы супруги пригласили его к себе. Они планировали приютить Ронни Локвуда всего на пару дней, но судьба распорядилась иначе. Как рождественское чудо подарило Ронни дом, в котором он пробыл 45 лет, — рассказывает «Лента.ру».
Все началось со стука. Дверной звонок супруги Парсонс бы не услышали: он давно не работал. Хотя через два дня и наступало Рождество — праздник, который часто отмечают в кругу друзей и родных, — Роб и Диана Парсонс никого не ждали и даже предположить не могли, кто бы мог к ним заявиться.
Открыв дверь, Роб столкнулся лицом к лицу с небритым мужчиной в мятой и грязной одежде. «Чем я могу вам помочь?» — спросил он у незнакомца. Тот, расплывшись в неловкой улыбке, ответил: «Разве ты не узнаешь меня? Я Ронни Локвуд».
Роб действительно знал Ронни. В детстве они вместе ходили в воскресную школу в Кардиффе, Уэльс.
В руках Ронни был черный пакет с замороженной курицей. Он объяснил, что эту курицу ему подарили в преддверии Рождества, он не умеет готовить, но не хочет ее выкидывать. По старой памяти Роб пригласил его в гости, попросив Диану заняться птицей.
Женщина сразу обратила внимание на неприглядный внешний вид Ронни и кислый запах, что от него исходил. Заподозрив неладное, она принялась задавать ему множество вопросов, в том числе не церемонясь спросила, где он живет. «То тут, то там», — уклончиво ответил Ронни.
После ужина супруги оставили его перед телевизором в гостиной, а сами уединились на кухне. Диана сразу поняла, что Ронни бездомный. Ей было искренне его жаль. Несмотря на то что она почти не знала мужчину, она твердо решила, что не позволит ему провести грядущий праздник на улице. Так Парсонсы договорились оставить Ронни буквально на пару дней.
Первую ночь Диана все еще опасалась Ронни и попросила мужа забаррикадировать дверь их спальни стулом. Все ее страхи развеялись на следующий день. Ронни ничего не разгромил, ничего не украл, никого не потревожил — лишь вымыл посуду и прибрался.
В то Рождество, 25 декабря, Ронни впервые за много лет смог окунуться в атмосферу настоящего семейного праздника. К Робу приехали его родители и, хотя сначала и отнеслись к незнакомцу настороженно, потом спокойно сидели с гостем за одним столом.
Вместе они поучаствовали в колядках, и Ронни даже получил от супругов подарок: шарф, галстук и пару кожаных перчаток. Роб признался, что они собрали подарочный пакет из того, что было не жалко отдать. Хотя галстук и был ужасно безвкусным, Ронни радовался ему как ребенок. Он и подумать не мог, что ему окажут такой радушный прием.
На следующий день Роб и Диана должны были выгнать Ронни, как и договаривались, но просто не смогли это сделать. Вместо этого Роб сходил в центр помощи бездомных и узнал, можно ли устроить Ронни на работу.
«Чтобы найти работу, ему нужен адрес. Чтобы получить адрес, нужна работа», — ответили ему сотрудники центра. Такая вот ловушка для бездомных. Ронни повезло, что для него нашлись спасители. Парсонсы решили, что приютят мужчину, пока он не встанет на ноги. Подумали, что смогут потерпеть Ронни пару недель. Может быть, месяцев. В крайнем случае — лет.
Так началась новая жизнь Ронни. Хотя у него и появился дом, проблемы в коммуникации никуда не исчезли. Мужчине было сложно общаться даже с Робом и Дианой. К счастью для них, этот недостаток он компенсировал подходом к бытовым делам. Ронни активно помогал Парсонсам по дому: готовил, мыл посуду, выносил мусор, убирался в комнатах.
Сначала супруги не могли нарадоваться новому соседу, как вдруг начали замечать, что тяга Ронни к чистоте становится все маниакальнее и маниакальнее. «Он сведет нас с ума», — опасался Роб.
Все дело в том, что Ронни преследовало навязчивое желание переставлять предметы в доме. Например, он мог переложить тарелки и кружки из одного шкафа в другой, чтобы они стояли в строгом порядке. Он часто переносил с места на место полотенца и складывал их всегда максимально ровно. Все это создавало множество неудобств. К тому же Парсонсы просто не понимали, почему мужчина так себя ведет.
Это натолкнуло супругов на мысль устроить Ронни водителем мусоровоза. Он был не против, особенно после проникновенной речи Роба. Тот заявил, что Ронни просто создан для этой работы с его любовью к порядку. В конце концов мужчина проработал уборщиком мусора 11 лет, пока не вышел на пенсию.
Работа принесла мужчине собственные деньги, а вместе с ними — бездумные траты. Роб рассказал, что большую часть своей первой зарплаты Ронни спустил на игровые автоматы. Оставшиеся деньги он тратил на покупку пива — конечно, втайне от Парсонсов.
Еще одной чертой нового члена семьи, которую супругам было сложно выносить, была его любовь к розыгрышам. По крайней мере так он называл свои выходки. Например, Ронни мог специально прятать вещи друзей Роба и Дианы, чтобы потом «находить» их и отдавать владельцам. Не подозревая об изначальном обмане, Ронни благодарили, и он чувствовал себя нужным и полезным.
Но не все его проделки были такими же безобидными. Роб вспомнил, что Ронни любил хватать малознакомых людей за плечо и кричать им: «Ага, попался!» А однажды в церкви он в шутку напал на профессора местного университета: взял его голову в захват и отпустил мужчину только после настойчивой просьбы Дианы.
Все это настораживало Парсонсов, и они обратились за помощью к психологу. Тот объяснил, что таким образом Ронни пытается установить хоть какой-то контакт с людьми, почувствовать хоть какой-то контроль над жизнью вокруг. Все это идет из детства: с ранних лет Ронни перестал управлять своей жизнью. У него никогда не было опоры.
Хотя Ронни рос в детском доме, у него были родители. Просто однажды, когда мальчику было восемь лет, они решили, что он им больше не нужен. «Ты едешь ненадолго отдохнуть», — сказала Ронни мама, пока отец вел его к машине незнакомой женщины.
Травля, дедовщина, унижение — первые знакомые мальчика на новом месте. Вскоре после приезда его окружила группа детей, скандируя: «Прогулка по стене». Так в том детском доме назывался обряд посвящения, который обязательно должен был пройти каждый новичок. «Это всего лишь небольшой тест, чтобы доказать, что у тебя есть яйца», — шепнул Ронни на ухо один из воспитанников детского дома.
Чтобы стать одним из них, Ронни должен был босыми ногами пройти по поверхности, усыпанной кусками стекла. Сняв обувь и носки, мальчик приготовился к опасной прогулке. Он преодолел почти весь путь, как вдруг кто-то ударил его палкой по ногам. Ронни не смог удержать равновесие, порезался о стекло и упал на землю, приземлившись на колени.
Знакомство с другими воспитанниками не задалось, мальчика госпитализировали. Травмы Ронни оказались настолько серьезными, что ему пришлось перенести четыре операции на коленях. С того момента он до конца жизни мучился от боли в суставах и не мог сгибать ноги до конца.
Это стало отличным поводом для унижений Ронни. А после того как он однажды обмочился ночью в кровать из-за стресса, все стало еще хуже.
Вскоре Ронни стал ходить в ту же воскресную школу, куда ходил Роб. Но и там его лишь дразнили. Ронни был единственным в группе, кто носил форму воспитанника детского дома. К нему часто приставали, но он старался не давать себя в обиду. Ему было сложно общаться с другими детьми — но несложно их бить.
В 11 лет Ронни перестал посещать эти занятия. Его отдали в специальную школу для мальчиков. «Школу для отсталых», — так называл ее сам Ронни. До того судьбоносного стука в дверь Роб видел его пару раз в центре города. По его словам, в те моменты Ронни был странно одет и выглядел потерянным. Роб и предположить не мог, что их пути когда-нибудь пересекутся вновь.
Тяжелое детство оставило неизгладимый след в душе Ронни. Он постоянно задавался вопросом: «Я сделал что-то плохое?» И чудовищно боялся услышать: «Да». Ронни не был морально готов к тому, что от него снова откажутся.
Через несколько месяцев после появления Ронни Парсонсы решили выделить ему отдельную комнату. Они ждали ребенка и хотели переселить Ронни из гостиной. Ему купили кресло и телевизор, но все это лишь напугало робкого бродягу.
В сентябре 1977 году у Парсонсов родилась дочь Кэти. Ронни старался заботиться о ней и оказался отличной няней. В 1980 году появился на свет еще один ребенок — Ллойд. У Дианы диагностировали синдром хронической усталости, поэтому все заботы о детях легли на плечи мужчин.
В тот момент Ронни наконец перестал быть для Парсонсов просто бездомным мужчиной, которому они помогают по доброте душевной. Он стал настоящим членом семьи. Пока Диана боролась с болезнью, а Роб работал, Ронни следил за детьми, кормил их и поддерживал порядок в доме.
Когда дети подросли, супруги стали задумываться о том, чтобы переселить Ронни в отдельную квартиру поблизости. Они боялись показаться странной семьей родителям одноклассников их детей. Но именно в этот момент мужчина неожиданно спросил у Роба: «Мы же втроем настоящие друзья, так? Мы же всегда будем вместе?» Парсонсы не смогли ответить ему ничего, кроме:
В 60 лет Ронни вышел на пенсию и стал работать на кухне в доме престарелых. Кроме того, он активно занимался волонтерством. Он предлагал свою помощь церквям, различным благотворительным организациям и приютам для бездомных. И даже жертвовал им деньги, потому что знал: не всем в этой жизни повезло так же, как ему.
Ронни радовался как ребенок любой похвале и старался быть лучше. Тем не менее избавиться от неловкости в общении ему так и не удалось. Во время формальных разговоров мужчина часто впадал в ступор, теребил в руках бумажки и не мог вымолвить ни слова. Часто отвечал односложно: «Хорошо» или «Не совсем».
В 2010 году дети Парсонсов, очень привязавшиеся к Ронни, купили ему в подарок телефон. С того момента он часто звонил знакомым в любое время суток — даже поздней ночью, чтобы поболтать ни о чем.
Диана объяснила, что самым сложным в отношениях с Ронни было определить их социальные роли. Женщина не понимала, как себя вести с мужчиной: как его друг, сестра или социальный работник. Порой она и вовсе чувствовала себя его матерью.
Кроме того, Диана очень переживала о том, как ее дети будут относиться к Ронни. Они же просто любили его и никогда не пытались вменить родителям, что они какая-то неправильная семья: мать, отец, двое детей и бездомный парень.
В 2020 году Ронни внезапно упал в своей комнате — у мужчины случился инсульт. Его тут же госпитализировали. «Когда двери скорой закрылись, я крикнул "Я люблю тебя", и он прокричал мне то же самое в ответ», — рассказал Роб.
В тот период в больницах действовали строгие правила посещения пациентов: вокруг бушевал вирус COVID-19. Робу и Диане запретили навещать Ронни. За два месяца, что он провел в больнице, они могли видеть его только через стекло, пока он сидел в инвалидной коляске.
Как рассказывает Диана, они с Робом очень переживали за Ронни. Они предполагали, что тот в силу своих особенностей может не понимать, почему они не приходят, и снова почувствовать себя брошенным. Супруги винили себя за то, что не заметили проблем со здоровьем Ронни раньше.
В больнице у Ронни случился второй инсульт, и он начал медленно угасать. Только в тот момент Диану и Роба наконец пустили к его постели. «Заберите меня обратно», — последние слова Ронни. Перед смертью он не мог думать ни о чем, кроме дома, который так неожиданно обрел и так сильно полюбил.
Через три дня в дверь Парсонсов снова кто-то постучал. На пороге стояла пожилая женщина. Сначала Роб не узнал ее. Оказалось, она жила на той же улице. Женщина пришла выразить соболезнования и рассказала, что Ронни каждую неделю помогал ей выносить мусор. За все это время он ни разу не пропустил «дежурство», какой бы ни была погода или обстоятельства.
Все свои сбережения, около 26 тысяч фунтов стерлингов (2,8 миллиона рублей), Ронни пожертвовал центру помощи бездомным. 1 декабря 2022 года в Кардиффе открыли новый оздоровительный центр, который назвали в честь него — The Lockwood Centre.
А в 2025 году Роб написал книгу о своем необычном, но очень трогательном друге. Ее хвалили все главные британские газеты, и сотни обычных читателей написали в отзывах, что эта история, в которой любовь одержала победу над логикой, вернула им веру в человечество. А значит, все было не зря.