«Дан приказ ликвидировать гражданских» Что рассказывают жители освобожденных городов Донбасса о преступлениях украинского режима?
Владимир Шарапов (Редактор отдела «Силовые структуры»)
Фото: Mykola Synelnykov / Reuters
С 2014 года СК России возбудил более 9 тысяч уголовных дел о преступлениях украинского режима. Расследование 934 дел уже завершено, в том числе дело о геноциде, где обвиняемыми выступают представители высшего политического и военного руководства Украины. Обвинительные приговоры вынесены в отношении тысячи военнослужащих Вооруженных сил Украины (ВСУ) и наемников, осужденных к длительным срокам наказания, 74 из них — к пожизненному лишению свободы. За сухими цифрами скрываются тысячи трагедий. Но самое удивительное, что о них практически ничего не известно не только в мире, но даже в России. В этом материале «Лента.ру» расскажет лишь малую часть тех свидетельств, что стали материалами уголовных дел.
Практически с первых дней СВО по мере продвижения российских войск вслед за военными в освобожденные населенные пункты приходили сотрудники Международного общественного трибунала по преступлениям украинских неонацистов. Они собирают свидетельские показания местных жителей, на их основе формируют доклады, которые вместе с другими материалами становятся основой уголовных дел.
Что такое Международный общественный трибунал по преступлениям украинских неонацистов
Международный общественный трибунал по преступлениям украинских неонацистов (председатель — член Общественной палаты РФ Максим Григорьев) — общественная организация, созданная 1 марта 2022 года в ходе Международной конференции по инициативе российских и зарубежных правозащитников, юристов и журналистов. В настоящее время в его работе участвуют представители гражданского общества 33 стран мира (США, Канада, Германия, Франция, Испания, Польша, Индия, Аргентина, Италия, Австралия, Израиль, Сербия и другие). Основная задача организации — сбор свидетельств о преступлениях государственных и негосударственных структур, подконтрольных киевскому режиму, передача их в правоохранительные органы и представление этой информации на российских и международных площадках.
«Нам все равно, у нас приказ»
«Централизованное теплоснабжение в поселке Шевченко отключили, и многие переехали на дачи, где были печки и можно было перезимовать, — рассказывает Максим Чернышов, житель Красноармейска (Покровска). — Однажды пришли военные ВСУ и просто обнесли этот дачный поселок колючей проволокой. Да так, что не оставили никакого прохода. Причем им говорили, что там люди в домах остались. А они на это: нам все равно, у нас приказ. Так и обмотали колючей проволокой в два ряда и поселок, и людей внутри. И мы ходили и перекидывали им продукты — чтобы те, кто внутри остался, от голода не умерли».
При этом, по словам Максима, над опутанным колючкой поселком постоянно висели дроны — следили, чтобы ограждение не разрезали.
В Дзержинске (Торецк) местные жители рассказывали о том, как украинские дроны задолго до прихода российских войск целенаправленно уничтожали жилые дома.
1/1Украинский танк в Дзержинске (Торецк)Фото: Yevhen Titov / Reuters
«Происходило все по одной схеме, — говорит местный житель Анатолий Барда. — Сначала прилетает дрон, который сбрасывает фугас и пробивает крышу, а потом другой дрон сбрасывает внутрь заряд с зажигательной смесью. И ведь знали, что российских войск в этом районе нет, — уничтожали мирных жителей. Да еще специально выслеживали дома, в которых кто-то прячется».
В материалах Трибунала собрано огромное число свидетельств того, что по мере продвижения российских войск приоритетными целями ВСУ становились пункты раздачи гуманитарной помощи и колодцы. По данным организации, на освобожденных территориях не осталось ни одного целого колодца — их систематически разрушали минометным огнем и сбросами с тяжелых дронов «Баба Яга». Причем украинские операторы старались нанести удар по колодцу именно в тот момент, когда местные жители приходили за водой.
«Камня на камне не оставим»
Особое место в докладах Трибунала занимают преступления украинских националистических формирований. В конце 2024 года бойцам бригады «Азов» (признана в Российской федерации террористической организацией) стали доплачивать за ликвидацию мирных жителей, которые отказывались эвакуироваться на украинскую территорию.
1/1Вид с дрона на разрушенные здания в Дзержинске (Торецк)Фото: Сonsolidated Brigade 'Khyzhak' of the Ukrainian Patrol Police Department / Handout / Reuters
«Был дан приказ ликвидировать всех гражданских в районе шахты "Торецкая", — рассказывает житель Дзержинска Тарас Д. — Ну, и так как им нужны было отчеты о проделанной работе, то расстрелы снимали на камеры. Бойцы ВСУ не только не скрывали этого, но и хвастались, причем говорили: если в сторону русских будут идти военный и гражданский, то сначала убьют гражданского, потому что он не коллаборационист, а предатель. Мы все, русские, для них — предатели».
Если об «Азове» в России знают, наверное, все, то об отряде «Лють» слышали лишь единицы. По данным Трибунала, это формирование типа штрафного батальона, куда отправляют за различные преступления бойцов ВСУ и полицейских, а также заключенных, заключивших контракт с украинским Минобороны. В Дзержинске именно после появления этого отряда были обнаружены десятки убитых мирных граждан, причем расправы происходили в подвалах и на дачных участках, где люди просто прятались и выживали.
1/1Украинские солдатыФото: Wolfgang Schwan / Anadolu via Getty Images
«Заходят к нам, все синие от наколок, чубатые... Один и говорит: "Будем уходить — камня на камне не оставим". Прямо прямым текстом так и заявил, — вспоминает Виктор Грицай, житель Курахово. — И гранаты людям бросали в форточки. Женщине в микрорайоне Южный прямо в квартиру кинули. Понимали же, что мирные там живут».
Бойцы ВСУ, по словам местных жителей, целенаправленно уничтожали мирную инфраструктуру. Во многих поселках юго-востока Украины нет центрального водопровода, но во дворах были пробурены скважины. В материалах Трибунала часто встречаются рассказы местных жителей о том, как 2025 году бойцы ВСУ ездили по деревням и вытаскивали насосы из скважин, чтобы оставить людей без воды и тем принудить их к эвакуации.
Почему же киевский режим, не стесняясь в выборе средств, всеми силами принуждает мирных жителей покидать родные места?
Ответ прост: цифры эвакуирующихся на подконтрольную Украине территорию активно используются в пропаганде как показатель неприятия «Русского мира», хотя в 2014 году во время референдума почти все местные жители высказались за сближение с Россией.
«ВСУ подгоняли машины и со скважин забирали все насосы, — рассказывает Валентина Белецкая, жительница Красноармейска. — Оставили нас всех без воды. И мародерствовали без стеснения: заходили с ломами, взламывали дома, взрывали замки, а потом подгоняли фуры и выносили все ценное, от инструментов до сантехники и холодильников. С домов и квартир все забрали. Причем пока "Новая почта" еще работала, часто награбленное отправляли себе домой. Мы же все видели».
1/1Сотрудник Следственного комитета России (СКР) проводит следственные действия после обстрела ВСУ населенного пункта Высокое в Запорожской областиФото: Константин Михальчевский / РИА Новости
Жители Красноармейска не сомневаются в том, что основным мотивом геноцида мирных граждан была ненависть киевского режима к русским. «Они говорили, что у них приказ: разрушить город, уничтожить мирное население, — вспоминает Виталий Солод. — Говорили, например: есть у нас 20 снарядов, 10-12 — по русским позициям, остальные — по городу. Сами это говорили».
«Эти люди ждут освобождения»
Председатель Международного общественного трибунала по преступлениям украинских неонацистов, член общественной палаты РФ Максим Григорьев не сомневается, что собранные сотрудниками Трибунала данные однозначно показывают, что на территориях, подконтрольных киевскому режиму, происходит геноцид русского населения.
Посол по особым поручениям МИД России по вопросам преступлений киевского режима Родион Мирошник не первый год сотрудничает с Трибуналом. В беседе с «Лентой.ру» он напомнил, что Женевские конвенции защищают мирное население во время вооруженных конфликтов, а любые акты насилия или угрозы насилием в отношении гражданских считаются военными преступлениями. Не так давно Родион Мирошник вернулся с освобожденных территорий и поделился впечатлениями от увиденного.
— Все мирные граждане, выходившие с освобожденных территорий в пункты временного расположения, говорят одно и то же: украинские боевики относятся к местному населению как оккупанты — как к чужим людям. Несмотря на то что у них такой же синий паспорт Украины, их называют «русня», «ждуны», «сепары».
1/1Посол по особым поручениям МИД России по преступлениям киевского режима Родион МирошникФото: Виталий Белоусов / РИА Новости
Нами зафиксированы многочисленные факты использования мирного местного населения в качестве живого щита. В подвалах детских садов, больниц, многоэтажных зданий размещались склады, командные пункты ВСУ, объекты военно-промышленного комплекса Украины, на которых собирались, например, беспилотники.
Очень часто местных жителей буквально изгоняли из родных мест. В ход шли угрозы, запугивание, а затем и откровенный террор: целые улицы сначала подвергались атакам тяжелых дронов типа «Баба Яга», которые скидывали противотанковые и противопехотные мины, а затем — обстрелам ствольной артиллерией и системами залпового огня. Причем тех, кто прятался, систематически вычисляли с помощью дронов, оснащенных тепловизорами, и часто огонь велся именно по тепловым следам от печей в домах и подвалах.
Еще одна ужасная практика ВСУ — тактика выжженной земли. Когда Украина сегодня выходит на международные площадки и говорит, что все должны наказать Россию за разрушенные территории, надо понимать, что именно Украина разрушила эти территории. Покровск, он же Красноармейск — яркий тому пример. Более чем за полгода до прихода российских войск украинские подразделения начали системно минировать и взрывать местные предприятия.
Красноармейск — крупнейший угледобывающий центр. Там находились крупные шахты по добыче коксующегося угля, и они все были взорваны. Были взорваны перерабатывающие фабрики и многие другие предприятия, расположенные на этой территории.