15 марта в Казахстане прошел референдум по новой конституции. При явке 72 процента почти 90 процентов проголосовавших поддержали новый проект основного закона. Реформа полностью меняет политическую систему: вместо прежней модели с сильным влиянием наследия Нурсултана Назарбаева появится новая архитектура власти с однопалатным парламентом, постом вице-президента и дополнительными механизмами передачи власти. При этом президент Касым-Жомарт Токаев уже заявил, что не будет переизбираться и намерен покинуть пост в 2029 году. Почему именно сейчас Казахстан решился на трансформацию политической системы, кто от нее выиграет и как это скажется на отношениях страны с Россией, «Ленте.ру» рассказал политолог, директор региональных проектов Каспийского института стратегических исследований Юрий Солозобов.
«Лента.ру»: Почему в Казахстане решили принять новую конституцию именно сейчас?
Юрий Солозобов: Причин несколько.
Во-первых, конституция фиксирует новый этап развития государства.
Казахстан накопил опыт независимости и сформировал собственные политические ориентиры.
Во-вторых, изменилась международная обстановка — она стала более турбулентной, усилились риски для первых лиц государства. Это потребовало сделать политическую систему более устойчивой.
Наконец, прежняя Конституция 1995 года просто устарела. Она отражала этап становления государственности Казахстана, была нацелена на вхождение в общеевропейское пространство и подтверждала приоритет международного права — как и Конституция России 1993 года.
Кроме того, в ней оставалось много устаревших норм, а современные — например, в сфере цифровых прав — отсутствовали.
Каковы главные изменения?
До сих пор в Казахстане действовала система, сформированная при Нурсултане Назарбаеве. В частности, двухпалатный парламент из Сената и Мажилиса. Была еще Ассамблея народа Казахстана, которую придумал лично первый президент страны, и он очень гордился этой институцией.
Теперь эта модель уходит в небытие.
Появляется и новая площадка для диалога — Народный совет Казахстана. Он заменит Национальный курултай и Ассамблею народа Казахстана.
Еще одно ключевое нововведение — пост вице-президента. В 1990-е годы он уже существовал, но тогда не прижился, как и в России.
Какие функции теперь будет исполнять вице-президент?
Это, прежде всего, дублер президента. Он обеспечивает устойчивость системы, подстраховывает ее, особенно в условиях глобальной нестабильности из-за угроз нападения на высших лиц.
Кроме того, вице-президент возьмет на себя значительную часть протокольных функций — взаимодействие с общественными структурами и иностранными государствами. Это позволит ему накапливать политический опыт.
Наконец, этот институт обеспечивает непрерывность власти.
Уже известно, кто может занять этот пост?
Называют несколько фигур. Чаще всего — нынешнего государственного советника Ерлана Карина, который курировал конституционную реформу и олицетворяет новое поколение политиков.
Среди возможных кандидатов также глава Сената Маулен Ашимбаев — относительно молодой пятидесятилетний политик и интеллектуал.
Наконец, это Ерлан Кошанов, спикер Мажилиса, имеющий большой управленческий опыт, — от администрации президента до руководства партией «Аманат» и работы в регионах.
Как изменится роль президента?
В новой системе президенту будет комфортно.
Более того, расширяется свобода маневра: закрепляется право на отставку и выстраивается система передачи власти в чрезвычайных ситуациях.
Ключевой элемент — возможность заранее подготовить преемника через должность вице-президента и передать власть без кризиса легитимности и двоевластия, как это произошло после ухода Нурсултана Назарбаева.
То есть Касым-Жомарт Токаев действительно не будет переизбираться?
Токаев последовательно говорит, что останется у власти до 2029 года и не пойдет на новый срок. При этом я не исключаю и досрочный уход. Все-таки он уже не молодой человек, а конституция вводит механизм отставки по состоянию здоровья.
Выборы пройдут уже осенью. Его кандидатура в целом приемлема для Совета Безопасности ООН, а среди реальных альтернатив — разве что глава Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Рафаэль Гросси.
Параллельно новая конституция теоретически открывает и другой путь — обнуление сроков через Конституционный суд. Такие прецеденты на постсоветском пространстве уже были, поэтому полностью исключать этот вариант нельзя.
Накануне референдума писали, что меняется статус русского языка и даже название страны. Это так?
Нет, СМИ тиражируют фейки.
Остальное — лишь неправильный или недобросовестный перевод.
Статус русского языка также сохраняется. Это прямо разъяснял Токаев: публикация проекта конституции на двух языках подчеркивает их равнозначность.
Подобные споры уже возникали и раньше — и тогда Конституционный суд давал четкое разъяснение о равноправном функционировании русского и казахского языков.
В целом конституция выполняет и сдерживающую функцию: закрепляет светский характер государства, определяет брак как союз мужчины и женщины, запрещает цензуру, фиксирует базовые социальные нормы. Их изменение возможно только через новый референдум.
А как это повлияет на русских в Казахстане?
В основном законе особое внимание уделено гарантиям прав человека. А это напрямую касается русских — как граждан Казахстана, так и релокантов.
Кроме того, у русских также появится возможность отстаивать свои интересы и через депутатов, и через Народный совет Казахстана.
Нужно понимать, что эти люди работают на укрепление связей Казахстана с Россией. Поэтому, я думаю, что нововведения улучшат отношения между нашими странами в будущем.
О чем говорит высокая явка и поддержка?
Жители Казахстана были действительно заинтересованы в принятии нового основного закона. Из регионов и от граждан поступило более десяти тысяч предложений.
Власти провели активную разъяснительную кампанию — не только через СМИ, но и через встречи и обсуждения в социальных сетях.
В итоге уровень поддержки оказался выше ожиданий. И это показывает, что потенциал развития политической системы в Казахстане сохраняется.
А кто выступал против новой конституции?
Прежде всего, это группы, связанные с западными неправительственными организациями. Они критиковали проект в том числе за недостаточное внимание к правам ЛГБТ-сообщества (международное общественное движение признано экстремистским и запрещено в России).
Однако их позиция не получила широкой поддержки и не оказала заметного влияния на итог голосования.
Что будет дальше?
Казахстан ждет сложный переходный период. До конца года или даже осенью необходимо принять пакет законов и провести выборы в Курултай. После этого начнется формирование новой системы власти.