«Взорвать крейсер с Хрущевым — это война» Как Англия пыталась украсть секреты советского флота, но потерпела провал?

70 лет назад, 18 апреля 1956 года, советский лидер впервые после Второй мировой войны посетил Великобританию. Этот визит в разгар холодной войны обернулся крупным скандалом для принимающей стороны: британские спецслужбы провели тайную операцию за спиной у собственного премьер-министра и потерпели провал. «Лента.ру» разбирается, действительно ли британцы собирались взорвать крейсер с Хрущевым на борту и почему Лондон засекретил все материалы этого дела до середины XXI века.

«Советский зомби»

В 1960-е Британию накрыла истерия. Теперь там боялись не только ядерной зимы, но и русских спецслужб. Англичане обсуждали всемогущее КГБ, которое похищает людей и промывает им мозги, чтобы поставить на службу коммунизму.

Всему виной была книга историка Бернарда Хаттона «Великолепный подводник» — о герое Второй мировой войны Лайонеле Крэббе, которого советские спецслужбы якобы похитили из Портсмута.

По версии Хаттона, британского пленника накачали снотворным и отправили на крейсере «Орджоникидзе» в СССР. Там его перепрограммировали, оформили ему паспорт на имя Льва Кораблева и сделали тренером советских диверсантов. Кораблев дослужился до капитана.

Успеху книги способствовало утверждение автора, что она основана на «секретном досье КГБ». На обложке — зернистая фотография британца с остекленевшими глазами, облаченного в советский китель, и слова экс-жены: «Он здесь очень похож».

Даже скептики, отвергавшие версию о «советском зомби», задавались вопросами, чей же тогда труп без головы и рук выловили в 1957-м близ острова Пилси, недалеко от Портсмута и почему из-за Крэбба-Кораблева полетели головы в MI5 и MI6, а премьер-министр Энтони Иден вскоре лишился поста? И главное — почему британское правительство засекретило всю эту историю до 2057 года?

Истоки этого спора уходят в далекий 1956 год, когда Хрущев поехал в Великобританию.

«Хрущев — это загадка»

К середине пятидесятых Хрущев уже уверенно чувствовал себя в коридорах Кремля, освоив искусство аппаратных игр. Но во внешней политике еще робел, вспоминая назидание Сталина: «Вот умру — передушат вас, как куропаток, империалистические державы. Не сумеете вы отстоять советское государство».

В мемуарах Хрущев называет первые дипломатические вылазки на Запад «экзаменами». Он очень переживал, что в Женеву в 1955-м советская делегация прилетела на двухмоторном Ил-12, тогда как «капиталисты» пожаловали на четырехмоторных.

Но именно в Женеве стало ясно: «куропаток» никто душить не собирается. Запад относился к СССР с настороженным, но все же пиететом. Именно там премьер-министр Великобритании Энтони Иден лично пригласил советских лидеров посетить Лондон.

Британский аристократ Иден оставил о Хрущеве менее лестные записи в дневнике:

Для Идена — «второго Черчилля», по мнению общественности, — визит русских был шансом наконец-то выйти из тени своего политического отца. Послевоенная Британия теряла статус глобальной империи и хватку «владычицы морей». Если Иден договорится с русскими — значит, он и его страна хоть чего-то стоят.

Хрущев же хотел показать, что он не куропатка, но и не кровавый диктатор.

«Иван Грозный в Лондоне»

Дабы не повторять ошибок Женевы, Хрущев решил блеснуть новейшим Ту-104, на котором в марте 1956-го летал на Британские острова глава КГБ Иван Серов с целью утрясти вопросы безопасности предстоящего визита.

Прилет кагэбэшника сопровождался пикетом в аэропорту и заголовками в бульварной The Daily Mirror: «Терри Джон ин Лондон», «Иван Грозный в Лондоне».

Серов крепко ассоциировался со Сталиным и репрессиями, от которых Хрущев поспешил откреститься на XX съезде, поэтому в апрельскую делегацию шеф тайной полиции не вошел.

Хрущев решил предстать перед англичанами во всей красе, заодно прервав традицию Сталина держать специалистов за семью замками. Поэтому в Лондон Никита взял главу правительства Николая Булганина (формально официального лидера), отца атомной бомбы Игоря Курчатова, создателя Ту-104 Андрея Туполева. Кроме них в делегации были еще сын Хрущева Сергей, который потом написал об этом визите в мемуарах, а также британский атташе, которого, по легенде, хорошенько напоили советские спецслужбы, чтобы он не шпионил.

Тень Сталина, от которой было трудно избавиться, материализовалась в крейсере «Орджоникидзе» (заложен в 1949-м) — на нем-то Хрущев и решил плыть в Британию. Делегация отправилась из порта в Калининграде 14 апреля 1956-го в сопровождении эскадренных миноносцев «Смотрящий» и «Совершенный» и прибыла в Портсмут утром 18 апреля 1956 года.

Интересно, что за 15 лет до этого, в декабре 1941-го, Энтони Иден прибыл на крейсере «Кент» в Мурманск, чтобы обсудить союзный договор между Великобританией и СССР, который подписали через год.

Но времена сильно изменились. Британия и СССР — давно не союзники. Хорошо, если удастся прийти хоть к каким-то договоренностям.

«В конце концов визит пойдет нам на пользу»

В 1955-м Иден сменил на посту премьера Уинстона Черчилля — сбылась мечта всей его жизни. Но радости в его глазах было мало. Здоровье уже не то — недавно удалили желчный пузырь. Для сна он принимал одни таблетки, для бодрости — другие. В приступах паники одолевал подчиненных внезапными ночными звонками. Сталин, кстати, вел себя так же в последние годы.

Основания волноваться у Идена были: его страна переживала экономический кризис и внутриполитические дрязги. Иден, некогда популярный в народе, наблюдал, как падает его рейтинг.

По примеру Черчилля, Иден решил отыграться во внешней политике. Там его ждал вызов. Страны Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока обретали независимость и больше не хотели считаться с Великобританией. СССР сделал ставку на поддержку стран третьего мира, в частности, Египта, где к власти пришел революционный харизматик Абдель Насер. Он торчал костью в горле у Идена.

Премьер снова переживал травму 1938 года, когда покинул пост министра иностранных дел из-за уступок Чемберлена фашистской Италии. Теперь Иден видел в Насере «Муссолини Нила».

Этот вопрос, в частности, Энтони Иден хотел обсудить с Булганиным и Хрущевым. Ему не нравилось, что СССР через Чехословакию начал поставлять в Египет оружие. Аристократическая самоуверенность, впрочем, не покидала его:

Поэтому, одевшись по протоколу, позавтракав, приняв нужные таблетки и надев маску учтивости, он прибыл на центральный вокзал Лондона, куда из Портсмута прибывала спецпоездом советская делегация. Крейсер «Орджоникидзе» пришвартовался в гавани.

Иден очень переживал, что какое-нибудь ЧП внесет осложнения, а то и сорвет визит гостей из страны большевиков, поэтому приказал британским спецслужбам не проводить никаких операций в отношении гостей.

«Всемирный бродяга»

Визит Булганина и Хрущева проходил с 18 по 27 апреля 1956 года. В британской прессе его назвали «Визитом Б. и Х.» (B. and K.).

За время лидерства Хрущев совершит около 50 заграничных поездок, за что Анастас Микоян назовет его «всемирным бродягой». В 1956-м он только входил во вкус. И нужно сразу отметить, что неделя с лишним пребывания в Англии не принесла какого-либо внятного результата, кроме «Рыбного договора» (денонсирован в 2024-м).

Для «бродяги» это было погружением в неведомую ему роскошь капиталистической страны. Он восхищался интерьерами отеля «Кларидж», куда делегацию поселили. А вот дом Идена посчитал убогим. Общался на фуршете с вышедшим в отставку Уинстоном Черчиллем, который учил его есть устрицы (моллюски Хрущеву не понравились, как и черепаховый суп). О британской королеве он вспоминал так:

На королеву сильное впечатление произвел Ту-104, на котором ежедневно доставлялась в Британию советская корреспонденция. «Я видела ваш самолет, замечательный самолет, он несколько раз пролетал тут мимо», — сказала она. У британцев в ту пору не клеилось с их реактивным лайнером «Комета» (из-за серии катастроф полеты были приостановлены), и лондонский истэблишмент, понятное дело, завидовал СССР.

На приеме в Эдинбургском замке советских лидеров представили сливкам делового и аристократического мира. В Оксфорде Хрущева и Булганина студенты приветствовали, как поначалу показалось, какой-то милой песенкой. Визитеры улыбались и умилялись, пока им не перевели суть: хор распевал «Бедный старый Джо» (Poor Old Joe), прозрачно и язвительно намекая на покойного «дядюшку Джо» — Иосифа Сталина.

Академик Игорь Курчатов побывал в сверхсекретном атомном центре в Харуэлле, где произвел фурор, выступив с докладом «О развитии атомной энергии в СССР». Николай Булганин так аттестовал светило: «Это наша большая голова. Он изобрел атомную и водородную бомбы, как бы в Англии его у нас не украли».

Все это было хорошо и, скорее всего, полностью удовлетворило Хрущева: и себя показали, и на людей посмотрели. Но говорить о практической пользе поездки трудно. Энтони Иден настаивал на том, чтобы СССР прекратил снабжать Египет оружием, а Хрущев холодно парировал, что они будут помогать народам Востока сбрасывать колониальные кандалы.

Иден в исступлении кричал, что Британия будет воевать за ближневосточную нефть, а Хрущев намекал, что ракеты СССР в случае чего легко долетят до Британии и ее союзницы Франции.

Хрущев обкатывал свою модель «личной дипломатии», в которой, по замечанию внука Молотова — Вячеслава Никонова, не было никакой дипломатии. Наслаждался фуршетами, комфортом, эмоциональным общением, в котором периодически проскакивали его хамские и матерные реплики, перемежающиеся с речовками о неизбежной победе социализма над капитализмом, которые переводчик Трояновский благоразумно не переводил. За это, кстати, Хрущев его потом поблагодарил.

У этого визита были и четкие отголоски внутренней политики: в ходе встреч Хрущев откровенно задвигал на задний план Николая Булганина и вместо него отвечал на все вопросы. Всего через пару лет Никита Сергеевич сместит его с поста главы правительства, совместив должность Первого секретаря ЦК с постом председателя Совета Министров.

Возможно, этот визит не сильно бы запомнился и не нашумел в британской истории, не перетряхнул бы местную разведку, если бы не разногласия местных ведомств.

Хрущеву была интересна Британия как плацдарм для обкатывания его личной дипломатии, а британским спецслужбам был интересен Хрущев и крейсер, на котором прибыл советский лидер.

«Орджоникидзе» проекта 68-бис

По воспоминаниям отставного контрразведчика Питера Райта, в согласовании между ведомствами случился «испорченный телефон». Спецслужбы почему-то не услышали распоряжения премьер-министра Энтони Идена все операции на время визита прервать.

Контрразведка MI5, с санкции ее руководителя Дика Уайта, установила прослушку в отеле «Кларидж», чтобы услышать из уст Хрущева что-нибудь сенсационное касаемо последних дней Сталина или планов СССР на Ближнем Востоке.

Разведка MI6, в свою очередь, с санкции ее главы Джона Синклера решила исследовать крейсер «Орджоникидзе», пришвартованный в Портсмуте.

Симптоматично, что Хрущев прибыл в Британию на лучшем крейсере СССР, и при этом, выступая перед британскими моряками, сказал: «Наш крейсер современный, хороший, я слышал оценку ваших специалистов — они высоко оценили наш крейсер. Но… мы можем его продать. Продать, потому что он устарел и его вооружение устарело».

Он сказал, что в современном мире все решают подлодки и ракеты. Однако в первой половине 1950-х британцы буквально охотились за секретами сталинских крейсеров. Их поражало сочетание мощности, скорости и маневренности этих машин.

Прибывший тремя годами ранее на британский морской парад крейсер «Свердлов» был изучен местными спецами — коммандером (капитан 2-го ранга) Лайонелом Крэббом и его сослуживцем Сидни Ноулзом.

«Взорвать крейсер — это война»

В 1956-м MI6 снова обратились за помощью к Лайонелу Крэббу. В мемуарах Ивана Серова можно прочесть, что его люди знали заранее о готовящейся операции, и еще в марте, когда Серов летал в Лондон, он получил секретную депешу. Но подлинность этих мемуаров подвергается сомнениям.

Так что за человек Крэбб? В 1956 году ему было 47 лет, но выглядел он на все 60. Славные деньки позади. В годы Второй мировой этот слабый здоровьем, подслеповатый невысокий мужчина с массой вредных привычек поражал героизмом, сражаясь на Гибралтаре с элитными итальянскими боевыми пловцами.

Он мастерски разминировал союзнические суда, снимая с них опасные магнитные мины. Уходил на невероятные глубины в примитивном снаряжении. Бился с фашистами под водой. Награжден Георгиевской медалью. Дух боевого братства сблизил его с подводником Сидни Ноулзом, с которым они потом «подрабатывали» на MI6.

Некоторое время после войны Крэбб еще был нужен флоту и участвовал в нескольких операциях, но к началу 50-х влачил жалкое существование. Развелся, неудачно пытался вести бизнес. Питер Райт называл его «неудачливым коммандером» и отмечал, что «Крэбб был тучным и великовозрастным». Разваливался на части. Перебивался случайными заработками. Много пил и курил.

Спасением от петли стала работа на MI6 вольнонаемным специалистом. И вот весной 1956-го его снова позвали.

О том, что произошло дальше, до сих пор ходят противоречивые легенды. На деле все было так. Накануне визита советской делегации Крэбб и его старый боевой товарищ Ноулз остановились в заштатной гостинице в Портсмуте. Они весело провели два дня, много пили.

А утром 19 апреля 1956 года Крэбб ушел под воду и больше не вернулся. Ноулз, поняв, что дело неладно, собрал вещи и скрылся в неизвестном направлении.

Бдительная вахта «Орджоникидзе» оперативно доложила Хрущеву: утром 19 апреля между эсминцами охранения и крейсером они заметили человека в водолазном снаряжении. Неизвестный мгновенно ушел на глубину и больше не показывался. Хрущев не страдал такой паранойей, как Сталин, но приятного в этой шпионской истории было мало.

На очередной встрече Хрущев рассказал об инциденте принимающей стороне и прямо спросил, как это понимать, однако заверив: «Но мы не придали значения этому случаю, хотя не исключали, что пловцы могут прикрепить к крейсеру магнитные мины, а это может дорого нам обойтись».

Никита Сергеевич верил в благоразумие британцев:

Еще не улеглась боль от катастрофы октября 1955-го, когда при загадочных обстоятельствах взорвался и затонул линкор «Новороссийск», утянув в пучину множество моряков. Так что некоторый резон в версии с минированием был.

«Величайшая ошибка из всех»

Хрущев, дав команду экипажу обследовать «Орджоникидзе» на предмет мин, вернулся к официальной части встречи.

И принялся откровенно издеваться над Иденом. В своих воспоминаниях сын советского лидера Сергей Хрущев так описывал этот момент:

В своих мемуарах Хрущев-старший пишет об этом эпизоде крайне скупо — кажется, он действительно не придавал инциденту слишком большого значения, оставив лишь такую характеристику:

Иден оказался в неудобном положении. Назревал скандал. В ходе разбирательств выяснилось, что об операции знали и Адмиралтейство, и МИД, но Идена в известность не поставили. Для мнительного Идена, постоянно переживающего из-за рейтинга, это стало ударом: его авторитет ни во что не ставили спецслужбы собственной страны.

27 апреля 1956 года крейсер «Орджоникидзе», на котором советские водолазы так и не нашли никаких мин, снялся с якоря, взяв курс к советским берегам. А 29 апреля британское Адмиралтейство официально объявило об исчезновении коммандера Крэбба. Питер Райт писал: «В апреле 1956 года они (MI-6) допустили величайшую ошибку из всех».

Этот скандал повлиял на кадровые перестановки в разведке и контрразведке. Вскоре Джона Синклера сняли с поста главы MI6, на его место поставили Дика Уайта из MI5, за этим последовало еще множество увольнений и отставок.

Через 14 месяцев, когда Хрущев и Булганин «налаживали мосты» в Финляндии, вскрылись новые обстоятельства.

В районе британского острова Пилси рыбаки обнаружили труп в водолазном костюме. Тело было без головы и без рук. Коронер по шрамам опознал его как Лайонела Крэбба.

***

Стала ли эта история причиной непродуктивности визита Хрущева в Великобританию — большой вопрос. Но этот труп на ближайшие пять лет стал одной из обсуждаемых в Британии тем. Потом призрак Крэбба нет-нет да и восставал, какие-то отголоски этой истории бродят до сих пор. Родились десятки версий, одна другой экстравагантнее: что Крэбба пристрелил советский снайпер, что Крэбб попал под гребные винты «Орджоникидзе», которые он изучал с санкции MI6...

Историк разведок Геннадий Соколов считает, что Крэбба, скорее всего, хватил банальный сердечный приступ: он просто не смог всплыть, а потом его голову и руки отсекло винтами проходившего судна.

В 1960-х годах популярность обрела конспирологическая теория о вербовке Крэбба. Газеты писали, что коммандера якобы тайно вывезли в СССР, «промыли ему мозги» и переформатировали в офицера советского ВМФ Льва Кораблева.

Жесткое опровержение этой байке дал отставной офицер ГРУ Евгений Иванов. Он привел два железных аргумента: во-первых, зачем советскому флоту понадобился бы этот больной и пьющий доходяга, а во-вторых, если бы советские моряки действительно захватили живого шпиона, Хрущев первым бы поднял вой, как он это с удовольствием сделал в 1960-м в случае с американским пилотом Фрэнсисом Пауэрсом, сбитым над СССР в самолете-разведчике U-2.

Для премьера Энтони Идена 1956 год стал поистине катастрофическим, и инцидент с Крэббом лишь запустил эффект домино. Пусть Хрущев и казался британской элите «толстым вульгарным мужиком», но на этот раз опростоволосились гордые изящные джентльмены. Ответственность за самоуправство спецслужб сильно ударила по репутации премьера. Тот факт, что история засекречена до 2057-го, скорее говорит о том, что власти не хотят вспоминать громкий провал.

В июле того же года начался Суэцкий кризис: ненавистный Идену президент Египта Абдель Насер национализировал Суэцкий канал, перекрыв трафик ближневосточной нефти. Иден совместно с Францией и Израилем пытался решить вопрос силовым методом, но неожиданно напоролся на жесткий ультиматум СССР с угрозой применения ядерных ракет. Это был первый случай, когда Хрущев в открытую пригрозил Западу ядерной дубинкой.

В итоге под давлением США и ООН, поддержавших египетскую сторону, Британия была вынуждена позорно отступить. Иден, так и не сумевший сделать «карьеру Черчилля», сломался и подал в отставку. Лечить расшатанную психику экс-премьер уехал на Ямайку, на виллу «Золотой глаз», принадлежавшую Яну Флемингу. Тот потом напишет по мотивам дела Крэбба одну из глав бондианы «Шаровая молния».

Могли ли Хрущев и Иден о чем-то договориться, не случись этого досадного эпизода с Крэббом? Вряд ли.

В том же 1956-м Хрущев окончательно понял, за кем на мировой арене стоит настоящая сила. Он осознал, что договариваться нужно не с Лондоном, а с Вашингтоном. В 1959-м Никита Сергеевич поехал в США, а как он договаривался с американцами — наглядно показал Карибский кризис 1962 года. За это в 1964-м номенклатурные коллеги отправили его на пенсию.

Эпизод с Лайонелом Крэббом оказался симптоматичным. Времена одиноких диверсантов с магнитными минами безвозвратно уходили в прошлое. На их место заступали дезинформаторы, промывщики мозгов и мастера психологических операций. Газетная истерия с зомбированным Львом Кораблевым стала одной из первых, но далеко не последней акцией в грядущей информационной войне.

Симптоматично и то, что когда в 1970-х годах широкой огласке были преданы жуткие детали американского проекта по манипуляции сознанием MK-Ultra, европейцы с ужасом поняли, что бояться им придется не только кагэбэшников, но и волшебников из ЦРУ.