В российском параллельном прокате идет «Дьявол носит Prada 2» — сиквел культовой фэшн-мелодрамы о блеске и нищете гламурного Нью-Йорка середины нулевых. «Лента.ру» рассказывает о фильме, который уже почти не связан с оригинальной книгой, но к своим ролям вернулись Мерил Стрип и Энн Хэтэуэй, которые обеспечили обаяние и кассу этой ностальгической картине.
20 лет назад Энди Сакс (Энн Хэтэуэй) покинула перспективный пост ассистентки дьяволицы нью-йоркского гламура Миранды Пристли (Мерил Стрип), чтобы посвятить себя честной журналистике. Энди сумела заработать репутацию, она лишь дважды (по ее признанию) спала с коллегами и вот теперь стала лауреаткой престижной премии «Золотая клавиатура». Однако прямо на церемонии она и еще несколько коллег получают смс об увольнении. Итог — яростная речь Энди о высоких профессиональных идеалах на первых полосах. А по соседству — статьи, уничтожающие Миранду и главный модный журнал города Runway, который миссис Пристли по-прежнему возглавляет.
Такой же бессменный издатель быстро звонит Энди и предлагает возглавить отдел спецпроектов, чтобы спасти для начала репутацию журнала. Внешне в Runway все по-прежнему — разве что старшая ассистентка Миранды Эмили (Эмили Блант) отправилась на повышение в Dior. Миранда все так же высокомерна, но явно страдает из-за того, что больше не может бросать дорогие пальто в лицо помощникам. Зрелище сиятельной начальницы, которая сама корячится с вешалкой, трогает Энди — и она решает во что бы то ни стало спасать тонущий в пучине инфошума рукотворный глянец.
Миранда Пристли, как известно, считает, что «вовремя» — значит пораньше, и сама всегда приходит на четверть часа раньше назначенного. Вот и сиквел «Дьявол носит Prada» вышел, будто подчиняясь прихоти своей героини — чуть раньше круглого 20-летия. Прокат первого фильма в США начался 30 июня 2006-го, а в остальном мире, включая страны СНГ — в октябре. Это был фильм-скандал, который на поверку обернулся триумфом. Прекрасно известно, что у съемочной группы были проблемы с локациями из-за страха перед Анной Винтур — бессменным главредом американского Vogue c 1988 года и прототипом Миранды. У Винтур одно из самых узнаваемых в шоу-бизнесе каре и едва ли не самый невыносимый характер, который сочетается с визионерским чутьем и бешеной работоспособностью.
Наполнение картины было (да и осталось) довольно далеко от ядовитых ПТСР-мемуаров Вайсбергер. После обработки сценаристкой Алин Брош Маккенной и режиссером Дэвидом Фрэнкелом «Дьявол носит Prada» смело сделал шаг в сторону заложенной в названии фантазийной составляющей. Кроме того, портрет гламурного Нью-Йорка нулевых очевидно прибавил в комплиментарности. С точки зрения сюжета Маккенна и Фрэнкел обнаружили, что при определенном угле зрения у «Золушки» довольно много общего с «Фаустом». Именно между двумя этими сказочными архетипами раскачивалась на своих каблуках Энди Сакс, в то время как ее партнерша отыгрывала за Мефистофеля и Фею-крестную.
Смелое сочетание подарило фильму драматургический дефект — поучительный и духоподъемный финал смотрелся искусственно. Однако тот же недостаток заставил публику спорить над элементарной в остальном историей. Сегодня «Дьявол носит Prada» беззастенчиво считается культовым фильмом. Что ж, культовое кино редко бывает столь успешным: при бюджете в 35 миллионов прокат принес 326,5 миллиона долларов. Из сегодняшнего дня кажется, что продюсеры проявили невероятную выдержку, затянув производство сиквела. Но это просто эпоха франшиз еще не наступила, а представления о приличиях отличались примерно так же, как цены на брендовые сумки (о том, что они выросли в 30 раз, говорится в важном диалоге из второго фильма).
Вайсбергер за эти годы написала два продолжения своей самой известной работы, однако ни одно из них не имеет прямого отношения к сиквелу — в титрах она значится создательницей персонажей. Зато вся прочая команда вернулась, как этого хотела Энн Хэтэуэй, которая была готова преодолевать новые гламурные унижения еще в прошлом десятилетии. Собственно, именно честный образ снобского, скотского, мерзко поблескивающего мира глянцевых журналов и продавал своему зрителю брэнд «Дьявол носит Prada». На деле все ограничивалось высокомерием и многочисленными пальто, которые летели в лицо Хэтэуэй из рук Стрип. Все прочие углы были сглажены — по-своему остроумно. Например, всю первую половину фильма Энди выслушивала заведомо нелепые, учитывая внешность актрисы, упреки в излишней полноте и общей неказистости.
Таким образом, сложность сиквела заключалась не в том, что актеры постарели (они все сейчас выглядят даже лучше, чем в 2006-м), а в воссоздании сложной гармонии оригинала. В финансовом отношении затея очевидно удалась: при бюджете, который вырос до ста миллионов, «Дьявол носит Prada 2» за три недели заработал 433. Публика очевидно довольна, критики — тоже. Отчасти потому, что проблемы фильма так очевидны (и в сущности малозначительны), что ругаться на них всерьез нет никаких оснований.
Алин Брош Маккенна за прошедшие годы написала, в частности, сценарий диснеевской «Круэллы», так что ее работа стала точнее и в известном смысле бесстыднее. «Дьявол носит Prada 2» это уже совсем не «Фауст», а уже совсем «Золушка» для тех, кому за 40. Сообразно времени, героинь в этой сказки сразу две, и каждая снабжена принцем, выполняющим функции не возлюбленного, но товарища. И без того довольно мягкий конфликт между героинями на сей раз редуцирован до пары дружеских пикировок.
В определенной точке недостатки здесь незаметно превращаются в достоинства. С точки зрения эскапизма «Дьявол носит Prada 2» оставляет позади даже некоторые современные русские киносказки. Кризис медиа вызван только жадностью, а значит, преодолим. Тем более что в мире фильма больше нет ни одной большой проблемы. Формально Миранда Пристли в курсе новой этики, но ей никто не помешает пошутить на редколлегии про метадон, а потом употребить слово «бодинегатив» («Нет, я знаю, что правильно «бодипозитив», но скажите, что же тут позитивного?»)
По внутренней логике здешнего повествования Энди и Миранда по-своему отстояли и искупили возможность быть собой. Энди — моталась по свету, боролась за справедливость, но по пути к вступительным титрам растеряла женихов и воздыхателей (включая обоих из первого фильма, о которых здесь даже не вспоминают). Миранда нашла себе нового мужа (Кеннет Брана), который почти святой, но при этом в связи с наступлением новой реальности пребывает почти в кататонии. И скрывать ее все труднее. Первый «Дьявол носит Prada» дразнил публику отрицательным обаянием, во втором минус меняется на плюс как бы по естественным причинам. Глянец и гламур здесь — уходящая натура. В точке упадка, слома, необходимости уйти на покой почти любые явления и люди излучают своеобразное уютное мерцание. В данном случае оно льется с экрана, обеспечивая хорошее настроение и кассовые сборы. В принципе, подарить публике два часа ностальгии по временам, когда ничего не стоило отличить дьявола (хоть бы и по брэнду одежды) — это совсем не стыдно.
Накануне первого дня проката «Дьявол носит Prada 2» достать билеты было сложнее обычного. Такого ажиотажа, честно говоря, не вызвали даже два последних «Аватара». Возможно, дело еще и в том, что к озвучанию Миранды Пристли вернулась Эвелина Хромченко, которая тоже спустя годы стала действовать уверенно. Это решение только выглядит спорным, а на деле — надежней не придумаешь.
Русские люди теряют волю при звуках голоса Эвелины так же, как публика всего мира при виде Мерил Стрип. И речь не только о женщинах: на моем сеансе, например, были и мужчины — в том числе строгий седой господин с яркой георгиевской лентой на джинсовом жилете, которая гармонировала с одним из нарядов Миранды. О причинах, по которым именно «Дьявол носит Prada» оказался общим знаменателем для россиян, стоит подумать и когда-нибудь поговорить более обстоятельно. Пока же этому факту, учитывая прокатные альтернативы, можно только порадоваться.