Вор в законе Боец поднял бунт в колонии и зашил себе рот. Почему о его стойкости ходили легенды?

«Лента.ру» продолжает цикл публикаций, посвященных такому феномену криминальной субкультуры, как воры в законе. Появившись в начале XX века, они быстро заняли лидирующие позиции в преступном мире СССР и сохранили их после распада Союза. В прошлый раз речь шла о Надире Салифове (Гули), которого называли главным вором в законе Азербайджана и одним из самых влиятельных авторитетов всего постсоветского пространства. Гули заставил уважать себя силой — в отличие от Сергея Бойцова по кличке Боец, который пользовался огромным влиянием из-за своих строгих принципов и умения их отстаивать. Тюремщики пытались сломать Бойца множество раз, а он готов был зашить себе рот, лишь бы не выполнять их приказы...

Предупреждение: «Лента.ру» не пропагандирует и не поддерживает движение «Арестантский уклад един» (АУЕ), которое признано в России экстремистским и запрещено.

Бойцову прочили карьеру ученого

Сергей Бойцов родился 16 октября 1960 года в Иркутской области, в небольшом городке Зима. Мальчик с непростым характером учился хорошо и на лету схватывал даже самые сложные предметы. Особый трепет у него вызывала философия.

Любимая дисциплина не входила в основную программу, и книги Сергей брал в местной библиотеке, а после прочтения дискутировал об их содержании с окружающими. Легко давалась ему не только наука, но и поэзия, его стихи многие признавали талантливыми.

Всесторонне развитому мальчику прочили карьеру ученого, но он встал на преступный путь. Первый раз 14-летнего Бойцова поймали на карманной краже и собирались отправить в колонию для несовершеннолетних. Ему помогла хорошая характеристика из школы, — он отделался годом исправительных работ, однако на путь исправления не встал. Всего через четыре месяца после окончания срока наказания Бойцова вновь задержали при налете на магазин.

Жизнь Бойца едва не оборвала рапира

На этот раз суд не пожалел Бойцова и приговорил его к двум годам лишения свободы. Из колонии молодой человек вышел в 1977 году и практически сразу оказался на волосок от смерти.

Однажды вечером он катался на своем мотоцикле по городу и не заметил спортивную рапиру, торчавшую из кустов у него на пути. Клинок прошел сквозь тело Сергея — медикам пришлось буквально вытаскивать его с того света.

Во время сложной операции он потерял много крови, но выжил, а тех, кто оставил рапиру в кустах, так и не нашли. На свободе Бойцов не задержался: 9 марта 1978 года он вступился за девушку, к которой приставали хулиганы, и ввязался в драку.

При задержании милиционеры нашли в кармане у Сергея пистолет. Где он раздобыл оружие, так и осталось загадкой, но это повлияло на приговор — три года колонии. Правда, за решеткой Бойцову суждено было пробыть куда дольше.

Бойцов организовал в колонии бунт

В колонии Бойцов отказался сотрудничать с администрацией, чем заслужил авторитет среди других заключенных. В первый же день он содрал с робы нашивку с порядковым номером, а прямые вопросы надзирателей просто игнорировал.

За такое поведение Сергея неоднократно били и подолгу держали в карцере, но он не менял своего отношения к администрации колонии.

Впрочем, бунт быстро подавили, а его зачинщик получил дополнительные 15 лет к своему сроку. Вскоре после нового приговора Бойцова перевели в Тобольскую «крытку» — одну из самых суровых тюрем Советского Союза.

Те, кто проходил через «крытку», были уверены, что у местных заключенных есть только два пути: сломаться или терпеть, закалив свой характер до предела. Бойцов выбрал второй вариант.

Боец стал судьей среди заключенных

После прибытия в Тобольскую тюрьму Бойцова стал «прессовать» один из надзирателей. Сергей в ответ пробил ему голову и вновь оказался на скамье подсудимых. В этот раз, как и в прошлый, суд приговорил его к 15 годам лишения свободы.

Однако из-за того, что эти сроки не суммировались, общее время за решеткой для осужденного не изменилось, зато авторитет Бойцова в тюремной среде вырос в разы. Несмотря на отсутствие у него воровского титула, другие заключенные часто обращались к Сергею за советом или помощью в сложных ситуациях.

Он никому не отказывал, а в 1985 году даже поучаствовал в решении судьбы дальневосточного криминального авторитета Евгения Васина — будущего лидера грозного ОПС «Общак».

Незадолго до этого Васин сам провозгласил себя вором в законе, за что c ним, согласно воровскому кодексу, надлежало расправиться. Однако не все в преступном мире желали ему такой участи.

Бойцов получил воровской титул

Среди заступников Евгения Васина оказался и Бойцов. Он написал о конфликтной ситуации «маляву» (воровское послание) грузинскому вору в законе по кличке Тото. Тот вмешался в происходящее, и Васина короновали по-настоящему под кличкой Джем.

А затем Сергея вновь перевели в другую колонию, на этот раз в Новосибирск. Но и там он надолго не задержался: вступил в конфликт с тюремным начальством, подрался с надзирателем и получил еще три года к своему сроку.

Отбывать наказание Сергея отправили в Тулунскую тюрьму (Иркутская область), которая по строгости не уступала, а где-то даже превосходила Тобольскую «крытку». В Тулуне Бойцова определили на печально известный четвертый этаж, который местная администрация специально выделила для особо непокорных преступников.

Однако именно там Сергея ждало долгожданное событие: он получил титул вора в законе под кличкой Боец.

Вора в законе отправили во Владимирский централ

Коронации Бойцова поспособствовал знаменитый вор в законе Вячеслав Иваньков (Япончик), который хотел усилить свое влияние в Иркутской области с помощью местных криминальных авторитетов, в том числе Бойца.

Япончик также возлагал надежды на Владимира Соломинского (Солому) и Александра Моисеева (Масю), который вместе с Джемом и десятью другими ворами в законе участвовал в коронации Бойцова. В 1993 году Сергея перевели в знаменитый Владимирский централ.

Там за него взялись с особым усердием: слухи о несгибаемой воле заключенного ходили по всем колониям, так что тюремщики поставили себе задачу его сломать. Для этого они пошли на хитрость — постоянно назначали вора в законе дежурным по камере.

По правилам, он должен был отчитываться о числе заключенных в ней. Но Боец, как обычно, не шел на контакт с администрацией и притворялся, что не видит надзирателей, поэтому регулярно оказывался в карцере.

Боец в знак протеста зашил себе рот

После 15 суток в карцере Боец возвращался в камеру — и все снова повторялось. Из-за постоянного холода в карцере у вора в законе появились проблемы с суставами, начала отказывать левая рука.

Сотрудники тюрьмы предвкушали скорую победу, пока однажды, войдя в камеру, не увидели Бойцова с зашитым нитками ртом. Принципиальный заключенный таким необычным способом решил продемонстрировать полный отказ от сотрудничества с надзирателями. Больше они его не трогали.

Помимо противостояния с администрацией, вор в законе успевал заниматься делами других заключенных. Именно во Владимирском централе он участвовал в коронации Александра Северова (Саши Севера), друга знаменитого певца Михаила Круга.

Тем временем близился 1998 год, когда 37-летний Боец должен был выйти на свободу. Ему предстояло взять под контроль преступный мир Иркутской области, как того хотел Япончик.

Вор в законе стал целью киллеров

К концу 1990-х годов контролировать Иркутскую область отчаянно стремились представители кавказского преступного мира. Из славянских криминальных авторитетов в регионе, по сути, остался один Боец.

При этом молодые бандиты не спешили ему помогать. Они в первую очередь стремились к легким деньгам и отказывались подчиняться знаменитому вору в законе. В итоге идею контроля над Иркутской областью Бойцу пришлось оставить. Но, несмотря на это, за ним открыли охоту киллеры.

В конце 1998 года вор в законе, как обычно, садился в свой Mercedes S600, когда раздался взрыв — сработала бомба, заложенная под соседней машиной. Бойцова отбросило взрывной волной на десять метров, но он выжил. Его телохранителя и двух случайных прохожих врачи спасти не смогли.

Вскоре Боец вновь оказался в больнице — неизвестные подмешали ему в еду мышьяк. После лечения он решил пожить в Москве, чтобы собратьcя с силами и все-таки попытаться возглавить иркутский криминал. Но все вышло иначе.

***

20 февраля 1999 года Боец и его охранник Андрей Верещагин выходили из подъезда дома на Мосфильмовской улице, когда киллеры открыли по ним огонь. Для обоих мужчин ранения оказались летальными. Стрелявших так и не нашли.

Бойца и его телохранителя похоронили на Ново-Ленинском кладбище в Иркутске. На их могилах установлены обычные, без лишнего пафоса памятники с надписями: «Помним, любим, скорбим».