На Apple TV+ завершился первый сезон комедийного хоррора «Бухта вдов». Это главный хит Apple в 2026 году и, вероятно, один из самых странных за последнее время сериалов, который напоминает одновременно легендарные «Парки и зоны отдыха» и «Атланту». Чем именно удивляет путешествие на проклятый всеми демонами вселенной сразу остров, рассказывает материал «Ленты.ру».
Том (Мэттью Риз), мэр небольшого островного захолустья с говорящим названием Уидоус-бэй (собственно, Бухта вдов), в ожидании материкового гостя готов галстук от паники съесть, а ведь едет к нему даже не ревизор, а всего-навсего критик из The New York Times. Том твердо намерен устроить трэвел-журналисту лучший прием из возможных, чтобы нанести Уидоус-бэй на карту. И не на карту «самых жутких мест, где пощекотать себе нервы», а на нормальную — чтоб городок назвали курортом «не хуже Мартас-Винъярд, и определенно не проклятым».
С виду Уидоус-бэй — место тихое и печальное (даже стабильного вай-фая там не поймать), но при более тесном знакомстве с его обитателями начинаешь подозревать, что в этом омуте водятся особенно окаянные черти. Иначе как объяснить, что ни один из родившихся на острове подростков ни разу не бывал на материке? И почему местный священник мертвецки бледнеет от звона колокола? А отчего хозяин единственного в городе отеля скорее ногу себе оттяпает, нежели ступит в «капитанский люкс»? Ну и, в конце концов, что там за вдова, в честь которой названо это гиблое место?
2026-й имеет все шансы запомниться годом ужасов не только в прямом, но и в приятном переносном смысле — кинопрокат с начала года буквально завален хитовыми хоррорами, о которых говорит весь мир, от «Обсессии» и «Хокума» до «Железного легкого», «Ликов смерти» и «Закулисья реальности». Телевизионная индустрия, впрочем, пока лишь поспевает — из заметного на телеэкраны успели выйти разве что «У меня дурное предчувствие» и третий сезон антологии ужасов «Террор» (но уже в октябре, традиционном месяце крипоты, ситуацию поправят сериальные ремейки «Пятницы, 13-го» и «Кэрри»).
Администрация Уидоус-бэй весь первый сезон решает вполне бытовые проблемы — открытие пляжа, городская вечеринка, штормовое предупреждение — но с мистическим твистом. Помимо вертлявого главы города, напоминающего нечто среднее между циничным метеорологом Филом из «Дня сурка» и героем Эдварда Нортона в «Бойцовском клубе», сверхъестественному здесь противостоят работники мэрии без четко определенных должностей, но с яркими характерами — деятельная и истеричная Патриша (Кейт О’Флинн), трусоватый, но всегда готовый прийти на помощь Дейл (Джефф Хиллер), черствая и прямолинейная Розмари (Дейл Дикки).
Если экспозиция уже натолкнула вас на мысли о «Парках и зонах отдыха», то это неспроста — изначально «Бухта вдов» представляла собой сюжет эпизода культового ситкома. Шоураннерка Кэти Дипполд написала его в 2010-х, когда работала одним из сценаристов проекта Майкла Шура. Черновой замысел был, по ее словам, куда более анекдотичным. Тогда реализовать его не удалось, но через десять с лишним лет проект с полки достал Apple — результатом стал один из его главных хитов, уже продленный на второй сезон.
Сериал не боится тишины — те паузы, которые комедийные проекты стараются заполнить либо закадровым смехом, либо атмосферной музыкой, «Бухта вдов» зачастую оставляет пустующими. Это, как ни странно, придает абсурдному мистическому зрелищу долю реализма. Администрация Уидоус-бэй в целом поглощена реальными бытовыми и личными проблемами, а к потусторонним вызовам относится в основном с будничным раздражением — ну да, порой и нападение жуткой Карги приходится отбивать. А дорогу к маяку кто чинить будет?
Режиссером половины всех серий и исполнительным продюсером выступил Хиро Мурай, который с первых же эпизодов задает «Бухте вдов» особый ритм (который, к слову, проседает к пятой серии в руках других кинематографистов, но затем восстанавливается). Автор клипов рэпера Childish Gambino (в том числе и самого известного — на трек This is America), пришел к популярности, сотрудничая с ним же над легендарной «Атлантой». Драмеди-сериал о жизни чернокожего рэпера и его свиты тоже в итоге уводил зрителя в сюрреалистическое пространство. Этот метод магического реализма сродни вкраплениям абсурда из прошлогоднего бразильского триллера «Секретный агент» и предшествовавшего ему сериала «Сто лет одиночества», который корнями уходит прямиком к романам Габриэля Гарсиа Маркеса.
Магия в «Бухте вдов» более осязаемая — бесчисленные лешие, зомби, призраки и монстры глубин могут и ощутимый подзатыльник отвесить — но символизирует вещь бесконечно эфемерную. Любой качественный (пусть даже комедийный) хоррор берет за основу естественную причину глубинной тревоги, будь то подростковый возраст в молодежных слэшерах вроде «Пятницы, 13-го» и «Кошмара на улице Вязов», расставание во всенародно любимом «Солнцестоянии», межрасовые отношения в ранних ужастиках Джордана Пила или патриархальные узы в недавнем «У меня дурное предчувствие». В случае с «Бухтой вдов» основой для страшилок — и, что немаловажно, для шуток — становится тщательно вымаранная из памяти горожан мрачная коллективная история (а также FOMO жителя удаленного населенного пункта). И конкретно эта деталь делает сериал универсальным — если прикинуть, кладезь погребенных ужасов, рискующих в любой момент полезть наружу, можно с легкостью сковырнуть буквально в любой географической точке. Уж нам ли об этом не знать.