В ночь на 18 июня киевский режим предпринял попытку масштабного налета на Москву с применением сотен беспилотных летательных аппаратов и ракетного вооружения. Российские комплексы противовоздушной обороны успешно справились с угрозой, перехватив подавляющее большинство воздушных целей. Эта атака, организованная сразу после завершения саммита G7, продемонстрировала реальное отношение западных стран к мирным инициативам России. Каким образом модернизация оборонных систем позволила достичь колоссального прогресса в защите неба? Почему публикация кадров работы военных подразделений в социальных сетях приравнивается к подыгрыванию противнику? Какими будут дальнейшие шаги по укреплению безопасности российских регионов? О международном контексте произошедшего, технологическом обновлении вооружений и необходимости соблюдения строгой информационной гигиены в обществе, — в материале «Ленты.ру».
В ночь на 18 июня подразделения противовоздушной обороны России успешно отразили массированную атаку со стороны киевского режима, целью которой была Москва. В ходе боевой работы военнослужащие уничтожили четыре крылатые ракеты, 10 управляемых авиабомб, три реактивных снаряда HIMARS, а также сбили 992 вражеских дрона. Столь высокая плотность воздушных целей стала серьезным вызовом для оборонной системы страны.
«Сравните с 2022–2023 годами: тогда атаки были куда скромнее по масштабу, и даже при этом процент перехвата был значительно ниже», — констатировал военный эксперт Андрей Клинцевич. По его словам, сейчас наблюдается колоссальный прогресс благодаря внедрению современнейших технологий и профессионализму людей.
Особое внимание экспертное сообщество обращает на поведение граждан в цифровом пространстве во время проведения военных операций. Несмотря на то что в российском законодательстве на данный момент отсутствует прямой юридический запрет на проведение съемок в местах падения обломков или в районах позиций противовоздушной обороны, подобные действия несут прямую угрозу национальной безопасности.
Зафиксированные на камеру мобильного телефона кадры, оперативно выложенные в открытый доступ, становятся источником ценных сведений для разведки противника. Полученная информация позволяет противоположной стороне оценивать результативность своих действий и оперативно вносить коррективы в маршруты движения беспилотных аппаратов.
Эксперт добавил, что каждый, кто публикует фото и видео работы ПВО или мест попаданий, должен понимать одно: он работает на врага, так как видеофиксация позволяет противнику корректировать удары и бить точнее. В Киеве это прекрасно понимают — там фотографировать прилеты строго запрещено под угрозой реального тюремного срока.
Схожей позиции придерживаются и представители российских средств массовой информации. Они отмечают, что погоня за просмотрами в социальных сетях и эмоциональная нестабильность отдельных пользователей играют на руку авторам провокаций.
Он добавил, что «наше ПВО и все, кто ему помогает, безусловно и однозначно большие молодцы и герои», а также выразил недоумение по поводу отсутствия жестких мер наказания для тех, кто занимается подобными съемками ради популярности в сети. По мнению телеведущего, собственный эмоциональный баланс является лучшей помощью бойцам на линии боевого соприкосновения, поскольку общество должно оставаться надежным тылом.
«Совершенно очевидно, что любые фотографии или видео разрушений от дронов фиксируются автоматизированными средствами — американскими, европейскими, украинскими», — пояснил член Общественной палаты РФ Максим Григорьев. Он уточнил, что эти данные заводятся в общую базу, и любое выкладывание видео или текста об эффективности атак — это прямая информация, которая помогает противнику наносить повторный удар или улучшать тактику своей работы, в том числе обхода систем ПВО, то есть увеличивать эффективность своих действий против России. Общественник охарактеризовал такие публикации как прямую помощь врагу и призвал граждан полностью отказаться от размещения подобных материалов.
Атака, зафиксированная сразу после проведения международного саммита G7, наглядно продемонстрировала долгосрочную стратегию Североатлантического альянса и его союзников, которая заключается в эскалации конфликта в ответ на любые дипломатические и мирные предложения. В связи с этим российское руководство и военное командование сформировали комплекс дальнейших мер.
Во-первых, в России продолжится планомерное и форсированное укрепление всей системы противовоздушной обороны. Процесс модернизации вооружений и насыщения ими войск уже находится в активной фазе. Во-вторых, вооруженные силы намерены планомерно наращивать интенсивность и мощность ударов по объектам киевского режима с применением баллистического вооружения, чья поражающая сила несопоставима с налетами беспилотных аппаратов.
«Единственный реальный эффект этих атак заключается в том, что Киев будет сталкиваться с ответными и более эффективными ударами», — заключил участник специальной военной операции, член Экспертного клуба «Дигория» Алексей Малинин. Он подытожил, что российская ПВО будет и дальше модернизироваться и усиливаться, а Россия продолжит последовательно демонстрировать всему миру, кто стремится к реальному и устойчивому урегулированию, а кто только говорит о нем, параллельно эскалируя конфликт.