На скалистом шотландском побережье уже много веков высится грозный средневековый замок Дански — точнее, его живописные руины. Осенью 2025 года он неожиданно появился в объявлениях о продаже с пометкой «дом на одну семью». Местные жители с удивлением узнали, что все это время замком владел эксцентричный немецкий миллионер Дитер Штанцеляйт. Он сколотил состояние на редких скрипках и до конца своих дней верил, что его отцом был король. «Лента.ру» попыталась выяснить, что за романтическая фантазия им двигала и почему ей не суждено было сбыться.
Узнайте больше в полной версии ➞Жители отдаленного поселка Портпатрик в Шотландии были озадачены, обнаружив, что главная местная достопримечательность — руины замка Дански XII века — выставлена на продажу на сайте Rightmove.
В странном объявлении риелторы из Strutt and Parker описывали памятник национального значения как «дом на одну семью», «волшебное место» и «идеальную локацию для съемок драматических кинематографических сцен». Выкупить источенные ветром древние камни можно было за 100 тысяч фунтов стерлингов (около 10,5 миллиона рублей).
Люди и не подозревали, что замок, считавшийся символом побережья, находится в частной собственности. Википедия много лет утверждала, что руины принадлежат некоей леди Эми Макфолл, однако доказательств существования такого человека найдено не было.
Настоящим владельцем замка, как выяснилось, с 1999 года является уроженец Германии, миллионер Дитер Штанцеляйт.
Штанцеляйт купил замок накануне наступления нового тысячелетия за 75 тысяч фунтов стерлингов (сегодня это соответствует примерно 8,8 миллиона рублей). Эта покупка стала частью его «шотландского шопинга» — тогда же он приобрел соседний остров Орнси.
Уже в 2001 году немец пожалел о спонтанной покупке и выставил Орнси на продажу за 250 тысяч фунтов (около 26,2 миллиона рублей), а вот замок он оставил себе. По словам его дочери Сюзанны, причиной была давняя мечта — сделать снова жилым замок, который, согласно историческим документам, лежал в руинах с середины XVII века.
Штанцеляйт так и не приступил к восстановлению здания. Поскольку замок охраняется государством, едва ли это ему удалось бы: фотографии в объявлении красноречиво демонстрируют потрескавшиеся стены и покосившуюся кладку — последствия сотен лет воздействия суровых ветров и соленого морского воздуха.
В описании говорится: «Замок лежит в руинах, но фрагменты его величественной архитектуры со стенами толщиной пять футов все еще стоят. Они дают представление о системе укреплений и оригинальности планировки».
Что вообще можно сделать с замком, имеющим статус памятника? Это главный вопрос, возникающий у любого покупателя. «Присвоение статуса памятника обеспечивает определенную степень защиты, и эта ответственность ложится на владельца, — отвечает Брюс Гиттингс, эксперт из Эдинбургского университета. — Цель — сохранить остатки постройки, насколько это возможно, в том виде, в каком они существуют сегодня».
Таким образом, мечта Штанцеляйта о восстановлении замка с самого начала была под большим вопросом.
Местные уже и забыли, что при покупке замка Штанцеляйтом в 1999 году многие выражали недовольство: их возмущало, что шотландскую землю и историю собираются продать чужакам.
Миллионер оправдывался, рассказывал, что его мать якобы была из клана Макдональдов с острова Скай, и обещал, что «раскроет туристический потенциал Дански».
Штанцеляйт неспроста упоминал Румынию. Примерно с 1993 года он безуспешно пытался доказать, что является биологическим сыном покойного румынского короля Михая I.
Михай был последним румынским монархом. Он известен как первый и единственный король-коммунист, поскольку именно при нем страна перешла на социалистические рельсы. Несмотря на это 30 декабря 1947 года Михая вынудили отречься от престола. Бывший король провел остаток жизни в Швейцарии. Его не стало в 2017 году.
Штанцеляйт ссылался на собственное расследование, в ходе которого он якобы установил контакты с историками и свидетелями, подтвердившими версию о его происхождении от монарха и британки Нериссы Боуз-Лайон. Он утверждал, что его настоящие родители поженились тайно. Брак окончился трагическим образом, когда солдаты СС расстреляли Нериссу на глазах у сына.
Штанцеляйт предоставил несколько документов, в том числе свидетельство о том, что у Нериссы родился мальчик, которого назвали Николай-Василь, свидетельство о ее браке с Михаем и несколько якобы засекреченных документов из румынских архивов. Однако ни один суд не принял во внимание эти бумаги, ссылаясь на их сомнительное происхождение и отсутствие юридически значимых доказательств.
Штанцеляйт требовал проведения ДНК-экспертизы, чтобы установить отцовство тогда еще живого короля Михая. Однако после запроса суда в Германии король, по всей видимости, так и не предоставил образцы своей ДНК для анализа. В 2016 году апелляционный суд Румынии окончательно отказал Штанцеляйту, оставив в силе старую запись в его свидетельстве о рождении, где отцом указан Макс Бернхард Штанцеляйт.
О раннем детстве миллионера доподлинно известно лишь то, что ему в очень юном возрасте пришлось бежать от нацистов. Эти детские воспоминания сильно повлияли на него. Он смог выстроить успешный и прибыльный бизнес, торгуя редкими антикварными скрипками, однако стресс от старой травмы оставался с ним всю жизнь. Именно с этим связывает фантазии отца его дочь Сюзанна. Она считает, что Штанцеляйт страдал от психоза, развившегося на почве посттравматического стрессового расстройства.
Миллионер любил свой шотландский замок на родине воображаемой матери, но последние годы он провел в Бухаресте и считал румынскую столицу своим настоящим домом. «Мне очень, очень жаль, но мой дом — в Румынии», — заявил он, когда выставил на продажу остров Орнси.
Замок же оказался на рынке недвижимости не по воле владельца. Несколько лет назад Штанцеляйт стал страдать от симптомов деменции, которые постепенно усиливались. Со временем ухаживать за ним стало так трудно, что семья приняла решение поместить его в дом престарелых.
За эти годы от состояния Штанцеляйта почти ничего не осталось — до такой степени, что не хватало даже на лечение, поэтому Сюзанна решила продать замок. По крайней мере так она объяснила свое решение журналистам.
«В покупке собственных руин есть что-то неоспоримо романтическое — и замок Дански предлагает эту романтику в полной мере. Возвышаясь на утесе с видами на западное побережье Шотландии и Северную Ирландию, он обладает грандиозным кинематографическим потенциалом, что объясняет, почему его неоднократно использовали в качестве съемочной площадки», — говорит о Дански старший риелтор из эдинбургского офиса Strutt & Parker Иан Корбетт-Или.
Он, однако, осторожно добавляет: «Конечно, существует потенциал для реставрации при получении необходимых разрешений от органов планирования, но, с другой стороны, его можно оставить и в том виде, в каком он есть сейчас».
Так или иначе, история замка Дански — это памятник не только шотландской истории, но и человеческим мечтам, порой столь же величественным и призрачным, как руины на скалистом побережье.