«Фронт меня закалил». Эти спортсмены прошли войну, а после выиграли Олимпиаду

«В голове остались два осколка, и я решил бороться». Анатолий Парфенов

Анатолию Парфенову не было и семнадцати, когда началась война. Парень из подмосковного Воскресенска пришёл в военкомат и, приписав себе пару лет, стал пулеметчиком.

Он прошел множество сражений, но одной из самых тяжелых была битва за Днепр. В 1943-м стрелковая рота Парфенова оказалась в настоящем аду. Фашисты яростно обстреливали советских бойцов, пока те форсировали Днепр. Многие погибли, но Анатолий чудом спасся вместе с пулеметом.

Парфенов трое суток отбивал атаки врага, пока окоп, в котором он сидел, переехал тяжелый танк. Бойца так засыпало землей, что его нашли лишь по звуку — он кричал от боли из-за многочисленных ранений, перебитой руки и контузии

За этот бой Анатолий получил орден Ленина, высшую награду страны. Но о той битве на память у Парфенова осталось еще кое-что — осколки снарядов в голове.

Несмотря на тяжелую травму, война для бойца не закончился. После госпиталя он выучился на механика-водителя Т-34. Парфенов прошел немало битв, едва не сгорел в танке, получил новые ранения и добрался до самого Рейхстага. К концу войны на груди у него, помимо ордена Ленина, сияли ордена Отечественной войны I и II степени.

Казалось бы, спорт после такого невозможен, но не для Парфенова. В 1951 году он пришёл в зал греко-римской борьбы. Кривая рука, контузия, незаживающие раны — со стороны его желание заниматься борьбой выглядело как безумие. Но через пять лет, в 1956-м, Анатолий завоевал олимпийское золото в Мельбурне.

На той Олимпиаде он соревновался в тяжелейшем весе. Ему было уже за тридцать, а конкуренция в этом виде спорта была дикой. Но Парфенов прошел турнир без особых проблем: три чистые победы в трех схватках. Финальный поединок против болгарина Петко Сиракова он выиграл с явным преимуществом. Зал ревел. Человек с перебитой рукой и двумя осколками в голове стоял на высшей ступени Олимпийских игр.

«Неизвестные друзья отвели занесенную над нами руку смерти». Виктор Чукарин

Чемпион Украинской ССР по спортивной гимнастике Виктор Чукарин ушел на фронт добровольцем в возрасте 19 лет. Под Полтавой был контужен и попал в плен.

Фашисты гоняли его по всей Европе. Узник № 10 491 прошел через 17 лагерей, среди которых был и Бухенвальд. Его морили голодом, избивали, заставляли работать в каменоломнях, а он каждый раз пытался бежать.

В мае 1945-го, когда Гитлер уже был мёртв, а Берлин взяли советские войска, Чукарина и других узников загнали на огромную баржу, увешанную минами, и отбуксировали в открытое море, чтобы затопить. Официальная версия должна была звучать так: «Баржа торпедирована вражеской подлодкой». Фашисты хотели замести следы, но случилось чудо.

Баржу унесло в море, а узников подобрал английский корабль. Когда Чукарин добрался домой, родная мать не узнала его: он весил около 40 кг. Всю жизнь потом в его глазах стояла грусть. Олимпийская чемпионка Лидия Иванова, знавшая его лично, позже признавалась:

Через год после возвращения он уже выступал на чемпионате СССР. Еще через два стал чемпионом страны. А потом была Олимпиада-1952 в Хельсинки — дебютная для сборной СССР.

31-летний Чукарин вышел на помост вместе со звездами мировой гимнастики и выступил так, что все обомлели. С Игр Виктор увез четыре золота (командное первенство, личное первенство, конь и опорный прыжок) и два серебра (на кольцах и брусьях)!

Через четыре года, в Мельбурне-1956, 35-летний Чукарин повторил свой успех: снова взял золото в команде, абсолютном личное первенство и на коне. К тому же он завоевал две награды в отдельных видах. В Мельбурне советский гимнаст стал первым семикратным олимпийским чемпионом.

«Даже Гитлер не смог меня победить». Иван Удодов

17-летний парень из ростовского поселка Глубокий не успел записаться добровольцем: в 1941-м его угнали на принудительные работы в Германию. Сначала батрачил на авиационном заводе, потом попытался бежать. Поймали. Отправили в Бухенвальд.

Два года в лагере смерти. Побои, голод, унижения. Он выжил чудом. Когда в апреле 1945-го американские солдаты освободили лагерь, они увидели живые скелеты. Одного из них, 20-летнего Ивана Удодова, пришлось выносить на руках: он весил около 28 килограммов и не мог идти самостоятельно.

Врачи в один голос твердили: нужна легкая физкультура для восстановления. Но Удодов их не послушал.

Сначала гантели, потом турник, а следом штанга. Тренер Марк Баев разглядел в бывшем «ходячем скелете» будущего чемпиона. В 1948-м Удодов выиграл Спартакиаду Юга России, а в 1951-м стал чемпионом СССР.

На Олимпиаду-1952 в Хельсинки 28-летний Иван приехал биться в весе до 56 кг. Фаворитом считался иранец Махмуд Намдью, который на тот момент уже был трехкратным чемпионом мира и рекордсменом мира, а в Тегеране одна из улиц носила его имя.

Говорят, перед выходом на помост, иранец даже не пожал Удодову руку. Настолько он не расценивал советского штангиста как соперника.

В жиме Иван взял 90 килограммов — на пять меньше, чем иранец. Намдью довольно улыбался: в жиме он был объективно сильнее.

Дальше шел рывок. Иранец зафиксировал 95 килограммов и приготовился праздновать. Но Удодову покорились 97,5 кг, и перед решающим толчком счет стал равным.

Бывший узник Бухенвальда, человек, которого три года назад выносили из лагеря на руках, вышел на помост, вдохнул и поднял 127,5 килограмма. Это личный рекорд. Иранец попытался ответить, но безуспешно. Золото уехало в Советский Союз, а 315 кг, которые Иван взял в сумме, стали новым олимпийским рекордом.

Двукратный олимпийский чемпион по тяжелой атлетике Аркадий Воробьев, знавший Удодова лично, позже скажет о нем точно и без пафоса:

Первое в истории олимпийское золото для советской тяжелой атлетики добыл парень, который совсем недавно был «живым мертвецом». Возможно, именно поэтому слова Ивана после победы запомнились лучше рекорда.