Президент ежедневно подписывает десятки указов и неустанно борется с мировым терроризмом. Недавно Комиссия по правам человека предложила президенту создать Международный правозащитный центр. Владимир Путин решил, что эта мера может содействовать дальнейшему становлению гражданского общества в России, а заодно расширить взаимодействие между общественными и государственными институтами, и указ подписал. Так что теперь у нас будут свои собственные официальные правозащитники. Целая сеть.
| ДЛЯ СПРАВКИ |
| Указ президента РФ "О дополнительных мерах государственной поддержки правозащитного движения в РФ" |
Наши "органы" недвусмысленно предлагают нам свою любовь. Действующий президент подписывает указ "О дополнительных мерах государственной поддержки правозащитного движения в Российской Федерации". Почему "дополнительного"? Потому что 13 июня 1996 года другой президент подписывал другой указ, только меры поддержки тогда были "некоторые". А дальше, как говаривал еще один президент, "нАчать мы нАчали, теперь надо углУбить". "И укрепить", - резюмирует наш президент. В сообщении пресс-службы президента России от 27 сентября сего года говорится: "Цель Указа - способствовать развитию правозащитного движения и более тесного сотрудничества с органами государственной власти в интересах защиты прав российских граждан".
Практика убедительно показывает, что просто слов для защиты наших прав недостаточно. Законы и документы у нас уже есть, но их либо не читают, либо трактуют по-своему. Пора дело делать.
Те, кто это понимает, активно поддерживают президента. Элла Памфилова, председатель Комиссии по правам человека, которая и выступила с инициативой создания сети карманных правозащитников, в интервью радиостанции "Эхо Москвы" заявила, что во всех нормальных демократических странах государство оказывает определенную помощь общественным организациям. Вот мы и создаем государственный правозащитный институт. Член экспертного совета Уполномоченного по правам человека в России Анатолий Божков отметил, что раз международный терроризм является сетевой структурой, то общество для борьбы с ним должно создать аналогичную сетевую структуру. А советник нашего президента Асламбек Аслаханов пошел еще дальше и назвал инициативу создания общественного антитеррористического движения "великолепной".
В отношении предмета разговора - понятия права - необходимо определиться. У человека, как известно, есть множество прав - на отдых, на труд, на гражданство, на религию, на жизнь, в конце концов. Но в нашей стране, кажется, все больше обращаются к определениям советским, четким и однозначным, простым и понятным, удобным для верхов и навязанным низам.
Откроем замечательную пухлую книгу под названием "Большая советская энциклопедия". Там толкование права дается, без преувеличения, просто гениально: "Право - совокупность общеобязательных правил поведения (норм), установленных или санкционированных государством. Право носит всегда классовый характер: с помощью права господствующий класс закрепляет порядок отношений, соответствующий его интересам. В этом смысле право - возведенная в закон воля господствующего класса".
Если подумать, кто у нас нынче за господствующий класс, то все сходится: этому классу приспичило создать правозащитные институты, подконтрольные государству. Чтобы мы могли сплотиться, создать сеть и противостоять терроризму под наблюдением и с высочайшего одобрения.
Читаем дальше: "Характерная особенность права - соблюдение его норм - обеспечивается принудительной силой государства". Вот так. Партия сказала: надо защищать права и бороться с террором. А то раньше вы только баловались и нападали на государство. А оно и само хочет права защищать. Это красиво. Это модно, в конце концов. Так все в мире делают. А из тысяч действовавших до сих пор гражданских правозащитных объединений и союзов далеко не все, как считает президент, были ориентированы на отстаивание реальных интересов людей. Ну, это же без смеха сквозь слезы слышать нельзя. Действительно, кто ж их отстоит, реальные интересы людей, как не родное государство? Не сами же люди, в самом деле. Люди только грозят небу кулаком или сопли размазывают.
А государство сильное и крепкое, оно может что угодно от чего угодно защитить. Правда, до сих пор и у него, родного, не очень-то получалось...
Впрочем, государство считает, что это у общественных организаций ничего не получается. А между тем правозащитники пишут письма в адрес Специального представителя Генерального секретаря ООН и жалуются на свое тяжелое положение. В письме они рассказывают о том, как их преследует государство и препятствует их деятельности.
| ТАКЖЕ ДЛЯ СПРАВКИ |
| Комиссия по правам человека при президенте РФ Комитет Госдумы по безопасности Институт прав ч |
В отношении неправительственных некоммерческих организаций принимается "репрессивное законодательство", ведется административное преследование и оказывается давление со стороны властей. Общественным правозащитным организациям отказывают в перерегистрации, их ликвидируют, им угрожают. У Фонда защиты гласности, у правозащитного центра "Мемориал", у Движения "Солдатские матери России", у общественных организаций "Горячая линия" и "Гражданское содействие" и многих других власти требовали исключить из названий и устава слова "защита прав человека" и "защита прав граждан".
Аргумент был удивительно простым: защита прав человека входит в компетенцию государства. Общество же вправе только содействовать и помогать. Ябедничать, иными словами, друг на друга, сообщать, кто у нас тут враг. И тихо сидеть, не рыпаться. И тогда государство активизирует свои усилия и всех нас защитит. А заграница в лице мирового сообщества нам поможет, потому что теперь у нас будет международный центр.
Пока еще можно, некоторые граждане выступают против. Член "Комитета-2008: Свободный выбор" Ирина Хакамада отрицательно относится к любой инициативе сотрудничества правозащитников с государством, потому что "их роль - противостоять официальной власти". Исполнительный директор общероссийского общественного движения "За права человека" Лев Пономарев считает, что новый "правозащитный" указ - это часть пиара Путина, который озабочен своим имиджем на Западе и критикой в его адрес по поводу зажима демократии. "Независимых правозащитников наш президент не любит, - уверен Пономарев, - поэтому он выстраивает государственное правозащитное движение, одомашненное и прикормленное, которое критиковать его не будет. Я вижу желание власти расколоть правозащитное движение".
Вообще-то, до сих пор мы как-то справлялись. Худо ли, хорошо, но права человека и их защита гарантировались, между прочим, нашей Конституцией. Про права и свободы человека и гражданина там написана целая вторая глава.
Кроме того, в нашем государстве есть президентская Комиссия по правам человека, работает целый Институт Уполномоченного по правам человека и официально защищает наши права Московская Хельсинская группа. Мало того, в стране действуют, по меткому выражению президента, тысячи гражданских объединений и союзов. В их числе - Институт прав человека, Московский исследовательский центр по правам человека, Фонд защиты гласности, правозащитный центр "Мемориал", общественная организация "Гражданское содействие", движение "Солдатские матери России", Комитет содействия международной защите…
| ЕЩЕ ДЛЯ СПРАВКИ |
| Всеобщая декларация прав человека |
Нужно ли говорить, что на защите прав человека в России также стоят вышеупомянутая Конституция, российское законодательство, целый ряд международных документов и, в конце концов, Всеобщая декларация прав человека, которую мы приняли и которую пока еще никто не отменял.
Совершенствованием правозащитной работы в стране призван заниматься Институт Уполномоченного по правам человека в России. Уполномоченный - это такой специальный человек, который обнаруживает наши недостатки и указывает на имеющиеся проблемы, содействует реализации прав граждан перед лицом бюрократических структур. Он также рассматривает жалобы и передает их куда следует, анализирует и совершенствует законодательство, развивает международное сотрудничество, занимается просветительской деятельностью и регулярно докладывает о своих успехах широкой общественности, правительству, депутатам, судьям, прокурору и самому президенту.
Уполномоченному можно позвонить и написать письмо, так что он в курсе постоянных и грубейших нарушений прав граждан, а самое главное - призван "способствовать укреплению авторитета государственной власти". Если надо - приедет и лично разберется. По-свойски. А еще Уполномоченный регулярно контактирует с десятками неправительственных правозащитных организаций. Целый список у него есть.
Для государства сегодня важнее всего - не защита наших прав, а защита вообще от мирового терроризма в частности. Вот и Всеобщая декларация прав человека, казалось бы, гласит: "Воля народа должна быть основой власти правительства". Может, стоит спросить у народа, желает ли он создания нового правозащитного центра или желает, чтобы не мешали работать уже действующим центрам и обществам, которые он же, народ, и создал?
Представитель народа и президент Центра развития демократии и прав человека Юрий Джибладзе полагает, что Международный правозащитный центр будет работать в тесном взаимодействии с Комиссией по правам человека при Президенте РФ, а все члены комиссии - входить в попечительский совет центра. Джибладзе уверен, что указ президента поддержит общественные правозащитные организации и поможет сделать взаимодействие с властью более эффективным.
А председатель Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева более осторожна в прогнозах. "Я считаю, что этот указ будет во благо, - сказала она в интервью Первому телеканалу, - но самое главное для меня - остановить несправедливые нападки на правозащитное движение". И честно призналась: "Я не знаю, что имел в виду президент, подписывая указ о создании Международного правозащитного центра. Как и прежде, мы должны придерживаться принципа: на наш роток не надевай платок".
Угрожали нам раньше происки мирового империализма, потом еще досаждал мировой сионизм, а теперь и международный терроризм добавился. А у нас на него найдется управа - крепкое государственное регулирование. Раз можно для экономики, то почему бы не применить к политике? Крепкая и длинная рука власти, разумеется, ни в какое сравнение не идет со слезами солдатских матерей, редкими жалобами общественников и тявканьем продажной прессы, мнящей себя свободной. Мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем. И мировой терроризм задушим.
Раз президент решил создать правозащитный центр, там непременно дадут защищать права. Кому надо, дадут. Потом догонят и еще дадут. Газета "Русский курьер" написала по этому поводу так: "Похоже, вся эта бутафория с созданием новых общественных структур типа Международного правозащитного центра служит не только встраиванию правозащитников в вертикаль власти, но и способствует "мягкой" зачистке старого правозащитного движения".
Возможно, подписывая указ о дополнительных мерах государственной поддержки правозащитного движения в России, президент думал и о своих собственных правах. Наверное, он читал на ночь Конституцию и как раз дошел до статьи 45, где в пункте два ясно сказано: "Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом". А президента то и дело пытаются обвинить в нарушении то закона, то самой Конституции. Но нарушать права президента ни у кого теперь не получится. Он защитит себя и тех, кого его душа пожелает, сам.
Таким образом, правозащитное движение выходит на новый виток. Поддержка будет приходить свыше. Грядущее наше будет светлым. Мы создадим легальную сеть стукачей и радостно противопоставим ее сети мирового террора. Мы будем "закладывать" друг друга на государственном уровне. Павлик Морозов может отдыхать.
А следующим указом президента наверняка должна стать национализация сети Интернет. Нужно срочно что-то придумать, чтобы оправдать цензуру какими-нибудь благими намерениями. А вообще, все это уже было в нашей жизни. И так вольно дышал человек, и сын за отца не отвечал. Мы тогда сложили анекдот про надпись на дверях КГБ: "Стучите!" Мы старались ради светлого будущего всего человечества.
Мария Кингисепп