Теория лжи

Книги недели: Умберто Эко, Эмир Кустурица, Себастьян Фолкс

Умберто Эко
Фото: Massimo Valicchia / NurPhoto / Zuma / Global Look

Новый роман Умберто Эко, сборник рассказов Эмира Кустурицы и роман в новеллах Себастьяна Фолкса о вранье, любви, жизни и смерти. О том, как сохранить человеческое лицо в нечеловеческих обстоятельствах.

Умберто Эко «Нулевой номер» (изд-во Corpus)

На профессиональном языке нулевым или пилотным номером называется первый выпуск периодического издания, который никогда не окажется в руках у массового читателя. Это проба. Не всегда удачная. Иногда заранее и даже намеренно обреченная на «невыход». Как придуманная Умберто Эко миланская газета «Завтра», которую по поручению не слишком чистого на руку медиамагната в 1992 году собралась делать группа журналистов, набранных из чемпионов среди неудачников: бывшие литературные негры, сотрудники желтого глянца, внештатные корреспонденты, одержимые теориями всеобщего заговора. Несущественность их персон подчеркивают имена, данные по названиям шрифтов в Microsoft Word: Камбрия, Колонна, Лючиди. Они — всего лишь буковки.

Авторы «Завтра» пишут о вчерашних новостях так, как будто они случатся днем позже, и в апреле готовят номер за февраль. Это нужно, чтобы произвести впечатление провидцев и собрать компромат, который потом инвестор сможет использовать в целях шантажа. Рассказчик Колонна, по официальной версии, нанят на должность литературного редактора, в действительности же — чтобы написать книгу о том, как делалась газета, которая никогда не выйдет. На обложке издания, разумеется, будет стоять имя не Колонны, а его босса.

На ежедневных совещаниях руководитель проекта Симеи учит разношерстную журналистскую компанию профессиональному ремеслу: не браться за темы, которые могут бросить тень на инвестора, писать опровержения очевидного, дискредитировать оппонента и подтасовывать новости. Это первая линия романа. Вторая — любимый конек Эко — конспирологическая теория. Опираясь на косвенные доказательства, журналист по имени Браггадоччо приходит к выводу, что Муссолини не был казнен весной 1945 года, а на миланской площади Лорето неистовствовавшая толпа глумилась над телом его двойника. Дуче же удалось бежать и дожить до конца 1970-х. За это время не без его участия произошли важнейшие события мировой истории вроде убийства папы римского.

И, наконец, третья сюжетная линия, самая светлая — романтические отношения Колонны с молодой журналисткой Майей.

Этот короткий роман (каких-то 240 страниц) Эко писал долгие 20 лет. Он начал его в 1994 году, по горячим следам антикоррупционной операции «Чистые руки». Тогда в Италии одно громкое уголовное дело перешло в еще более резонансное политическое (среди арестованных был младший брат Сильвио Берлускони). Война велась на всех фронтах, в том числе на информационном. Чуткий не только к интерпретации событий Средневековья, но и к актуальной повестке дня, профессор Эко сел за книгу, но не закончил ее. Он занялся осмыслением механизма создания социальных мифов на материале более нейтральном — так появился 500-страничный роман «Баудолино», действие в котором разворачивается в XII веке и построено на битве неправды с откровенной ложью.

А недавно 80-летний ученый и писатель вернулся к старым наброскам и закончил «Нулевой номер». Причем закончил на довольно спокойной ноте, предложив читателю в период информационных войн и политической нестабильности посвятить себя «теории малых дел» и «возделыванию своего сада». Потому что «жизнь вполне переносима, если не требовать слишком многого».

Эмир Кустурица «Сто бед» (изд-во «Азбука»)

Не ждут многого от жизни и герои рассказов Эмира Кустурицы из сборника «Сто бед». Немножко родительской любви. Хотя бы небольшой подарок на день рождения. И чтобы отец пожалел и защитил, а не сказал, что «только дурак может позволить сидящей на цепи собаке укусить себя». Потому что оказалось, что недостаток любви убивает. И если в критический момент рядом не будет любящего человека, то жизнь добровольно покинет тело, а близкие плюнут на твой труп и скажут: «Придурок!»

Или жена зачем-то хочет знать, какая у мужа зарплата. Просто так. Не для того, чтобы его в чем-то ограничивать. Ей важно это знание. Зато строго-настрого запрещает 13-летнему сыну говорить отцу, что она в больнице и ей удалили желчный пузырь. Чтобы не тревожить напрасно. А муж тщательно скрывает от жены свой первый инфаркт — тоже чтобы не тревожить. А потом попробует утаить и второй. И все откроется только тогда, когда оба родителя по сути окажутся беспомощными старыми развалинами на руках у взрослого разумного сына. Тогда можно перестать хорохориться и спокойно принять изменения, которые с ними со всеми произошли.

Оказалось, что знаменитый сербский кинорежиссер и музыкант еще и чуткий к слову и образам прозаик. Его зарисовки жизни «маленьких людей» в Югославии периода правления Тито с точки зрения художественной выразительности абсолютно самодостаточны и не требуют визуального сопровождения. Это «Жизнь как чудо» не только в смысле жанра, но и как сюжетный ход. И чудо с героями каждый раз происходит. При том что они его очень ждут и именно по этой причине почти не надеются, что оно случится.

Себастьян Фолкс «Возможная жизнь» (изд-во «Синдбад»)

В Россию Фолкс пришел семь лет назад как продолжатель дела Яна Флеминга и автор романа про агента 007 «Дьявол не любит ждать». Что довольно странно, потому что этот выпускник Кембриджа вообще-то пишет совсем не детективы. Его книги далеки от погонь и шпионских заговоров. Он исследует жизнь. Разных людей и в разные времена. Как в романе «Неделя в декабре», например. Депутат парламента и его жена, женщина-машинист и иммигрант из Азии, циничный финансист и желчный литературный критик — они не знакомы друг с другом, каждый живет своей жизнью. И вдруг оказывается, что есть нечто, что их всех связывает.

К столетию с начала Первой мировой войны на русский язык перевели один из самых знаменитых в Великобритании романов Фолкса — «И пели птицы». Книга объемная, подробная и очень страшная. Об аде тоннельных войн. Об окопной правде без умолчаний. О грязи, крови и смерти. Но заканчивается книга рождением ребенка — то есть все-таки победой жизни.

Как будто с того, чем закончился «И пели птицы», Фолкс начинает свою новую книгу — «Возможная жизнь». Роман состоит из пяти на первый взгляд абсолютно самостоятельных новелл. Англичанин стал бойцом французского Сопротивления, встретил любовь своей жизни, которая его предала, и попал в немецкий концлагерь. Сапожник, житель викторианского Лондона, сдал своего сына в работный дом, чтобы как-то свести концы с концами, а мальчик потом вытащил всю семью из нищеты. У итальянской девочки Елены совсем нет друзей, но есть выдающиеся интеллектуальные способности. Она станет неврологом и на исходе XXI века докажет, что человеческое «я» имеет физическую природу. Французская крестьянка Жанна живет в наполеоновскую эпоху, а автор и исполнитель песен в стиле фолк Аня Кинг производит фурор в Америке 1960-х.

Между героями — ничего общего. Разве что все они остаются людьми в нечеловеческих условиях. Но к финалу окажется, что это далеко не все, и есть скрытая пружина, которая соединяет разрозненные части в единый механизм.

Культура00:0213 декабря

Напрасная юность

Героиню детского ситкома раздели и заставили поклоняться Сатане