Не только почитать, но и посмотреть — в нашем Instagram
Новости партнеров

Похвала быдлу и женской любви

Главные кинопремьеры недели

Саша Барон Коэн в фильме «Братья из Гримсби»

В прокат наконец выходит великий фильм о лесбийской любви — «Кэрол» с Кейт Бланшетт и Руни Марой. Саша Барон Коэн воспевает провинциальных гопников, а Александр Миндадзе воссоздает трагедию крушения мира по истории довоенных германо-советских отношений. «Лента.ру» рассказывает, на что идти в кино.

«Кэрол» (Carol)
Режиссер — Тодд Хэйнс

Терез (Руни Мара) скучает за стойкой нью-йоркского универмага — в унылом рождественском колпаке и не самом праздничном настроении. В 1951 году — так что девушке добавит еще и смущения странное, необъяснимое притяжение, которое она почувствует к одной из покупательниц, укутанной в роскошную шубу и дымку редкой для замужней женщины самодостаточности. «Меня зовут Кэрол», — скажет посетительница (Кейт Бланшетт) и будто нарочно забудет на кассе перчатки. Терез ей позвонит — и согласится встретиться на завтрак. А затем повидаться еще и еще.

«Кэрол», новый фильм видного американского эстета Тодда Хэйнса и экранизация Патриции Хайсмит, гарантированно сбивает привыкшего к современному кино зрителя с ног — и вовсе не тем фактом, что повествует об однополой любви. Нет, любовь Терез и Кэрол подчеркнуто ординарна и обыденна, как любые романтические отношения, она состоит больше из пауз, недомолвок и душевных порывов, чем из поступков и громких фраз. Величие «Кэрол» не в новизне сюжета или персонажей, а в уникальности режиссерской оптики. Хэйнс задействует классические инструменты больших голливудских фильмов 1950-х — от зернистой 16-миллиметровой пленки и контрастной палитры кадра до бравурных струнных саундтрека. Но если Голливуд золотого века так снимал в основном героические истории, то Хэйнс, напротив, наводит всю эту красоту на подчеркнуто рядовой сюжет о самом банальном (но и самом притягательном) чувстве на свете. И чудо происходит — сама материя любви за счет красоты постановки избавляется от затасканности, наполняется героизмом. Более того, работает такой подход и в обратную сторону: современная ординарность отношений героинь фильма вдыхает жизнь в заезженные классицистские приемы старого Голливуда.

В сущности, «Кэрол» превращает в большое, изысканное искусство простые чувства простых людей — то есть делает лучшее, на что способно кино в принципе.

«Братья из Гримсби» (The Grimsby Brothers)
Режиссер — Луи Летерье

Яйца, носки, перегар и щетина, прокачанная до несусветных бакенбардов — Нобби (Саша Барон Коэн), уроженец британской дыры, именуемой Гримсби, явно годится на образ дикого мужчины. На деле, впрочем, он давно одомашнен: необъятная возлюбленная (Ребел Уилсон), одиннадцать детей, верность пабу и родному захолустью, пределов которого Нобби никогда не покидал. По крайней мере до тех пор, пока в его жизнь не вернулся старший брат Себастьян (Марк Стронг), с которым они не виделись с детдома и который успел вырасти в бегущего от преследований спецслужб шпиона. Большого идиота Нобби впервые ждут действительно большие дела.

Братья из Гримсби
IMDB

Саша Барон Коэн сделал себе имя бойкими псевдодокументальными провокациями, которые высмеивали худшие из людских предрассудков, — культурных («Али Джи»), национальных («Борат») и даже политических («Диктатор»). В «Братьях из Гримсби» он, впрочем, делает странный поворот на 180 градусов — привычная коэновская травести-эквилибристика и виртуозность по части возмутительно отталкивающего юмора здесь идут на службу не сатире, а пародии. Коэн пробегает вместе со Стронгом нелепый марафон из шпионских клише. Попутно он не столько издевается, сколько всерьез воспевает обиженное при рождении и лишенное права на лучшую жизнь быдло этого мира — вплоть до унылой шутки, что только гопников планеты надо благодарить за успех «Форсажа». Прежней остроты добиться у Коэна уже не получается — для фильма, залезающего в матку слонихи во время совокупления и бьющего рекорды по анальной фиксации, «Братья из Гримсби» поразительно беззлобны.

«Милый Ханс, дорогой Петр»
Режиссер — Александр Миндадзе

Весной 1941-го четверо немецких инженеров (трое мужчин и одна женщина) мучаются, страдают, орут друг на друга, пытаясь создать идеальное «стекло» — линзу для военной оптики. Причем делают это они на советском заводе, в рамках недавнего и недолговечного союза двух супердержав. Впереди — трагедия. Сначала — маленькая: взрыв не выдержавшей повышения температурного режима печи, который унесет жизни двоих рабочих. Затем — большая: успевший за полтора часа экранного времени почти врасти в расхристанный советский пейзаж, чуть ли не слиться в одно целое со своим парадоксальным двойником Петром немец Ханс (Якоб Диль) вернется в те же места в военной форме, в коляске мотоцикла и с биноклем, оснащенным, кажется, той самой оптикой.

Милый Ханс, дорогой Петр
IMDB

Предчувствие, точнее даже предвкушение трагедии, исторической катастрофы — основной материал режиссера Миндадзе (хотя в какой-то степени о том же были и его сценарные работы, снятые Вадимом Абдрашитовым), отчего особенно глупо выглядит клеймо антинаучности, выданное его новой картине отказавшим в госфинансировании министром Мединским. Хотя бы потому, что по Миндадзе, снимающему нервные, будто распадающиеся на отдельные куски реальности фильмы, это ощущение мира, вот-вот собирающегося разорваться в клочья, не покидает русской жизни никогда — вот и заезжих немцев неотвратимо сводит с ума и переводит на другую сторону человечности то же самое апокалиптическое чувство . «Милый Ханс» оказывается фильмом не про пакт Молотова-Риббентропа, не про дьявольскую сделку одного тирана с другим и даже не про беспомощность одного человека перед лицом большой истории. Миндадзе снял нечто помощнее: дьявольской сделкой здесь служит сам факт бытия — катастрофа снесет тебя с лица земли, даже если немцы не придут и никакой войны не будет.