Краткосрочные и среднесрочные экономические предсказания будущего России постоянно меняются. Одно остается общим: Минэкономразвития рисует оптимистичные картины, а Минфин и Центробанк более сдержанны. Негосударственные оракулы (как отечественные, так и зарубежные) предпочитают мрачные тона. «Лента.ру» проанализировала, какие экономические прогнозы оказались ближе всего к реальности, а какие были вызваны паникой и неправильной оценкой происходящего.
Сначала — факты. По сведениям Росстата и Минэкономразвития, ВВП России в 2015 году сократился на 3,7 процента. Инфляция при этом достигла 12,9 процента. Средняя стоимость российской нефти марки Urals — 51,1 доллара. Курс доллара — 60,9 рубля. Именно с такими показателями страна закончила прошлый год. Сравнение фактов и прогнозов позволит сделать выводы о точности тех или иных предсказаний.
Согласно прогнозу Банка России на 2015 год, экономика должна была сократиться на 3,7-3,9 процента. При этом прогноз постоянно улучшался: сперва регулятор допускал просадку на 4,4 процента. Председатель ЦБ Эльвира Набиуллина говорила, что инфляция достигнет 12-13 процентов, а за баррель Urals будут давать около 50-55 долларов. В целом прогноз оказался весьма точным. Минэкономразвития также было весьма умеренным: в ведомстве Алексея Улюкаева предупреждали о падении ВВП на три процента и инфляции в 12,2 процента.
Международные организации почти не ошиблись и были достаточно консервативны. Всемирный банк ждал спада ВВП на 3,8 процента, МВФ — также на 3,8 процента, рейтинговое агентство Standard & Poors — 3,6 процента. ОПЕК выделился относительно оптимистичным прогнозом — минус 3,2 процента по итогам 2015 года.
Институт Гайдара и РАНХиГС выступили с одним из самых пессимистичных прогнозов, которому не суждено было стать реальностью: они предполагали, что ВВП России может сократиться на 6,8 процента и предрекали разгон инфляции до 17,1 процента.
Ошиблись многие эксперты. «Мягкая рецессия в четыре процента, которую прогнозирует Банк России, — несбыточная мечта», — так, к примеру, говорил главный экономист Европейского банка реконструкции и развития Сергей Гуриев.
Несбывшиеся ожидания, безусловно, коснулись и курса рубля. Российской валюте предсказывали резкое пике и полный крах. Bank of America Merrill Lynch допускал, что доллар может подорожать до 210 рублей. По мнению представителей финансовой корпорации, именно такая цифра приемлема для правительства: при быстром падении нефтяных котировок до 25 долларов за баррель она позволит наполнить бюджет без дефицита. А при дефиците в три процента ВВП (запланирован на 2016 год) нужен курс в 140 рублей за доллар. Теперь же рубль укрепляется, и аналитики снова считают это большой проблемой. Впрочем, на нефти остановимся отдельно, раз уж рубль так от нее зависим.
Катастрофический обвал мировых цен на нефть начался во второй половине 2014 года и объяснялся ростом добычи в Ираке, Ливии и США, а также падением спроса в Азии и экономической стагнацией в Европе.
В 2015 году избыток нефти на рынке и падение цен спровоцировали панические прогнозы. В сентябре прошлого года американский банк Goldman Sachs заявил, что нефтяные котировки могут в среднесрочной перспективе опуститься до 20 долларов за баррель. Международное энергетическое агентство (МЭА) предсказывало, что обвал цен приведет в 2016 году к рекордному сокращению добычи странами-экспортерами, не входящими в ОПЕК. Снижение добычи до 57,7 миллиона баррелей в сутки — самое большое за последние 20 лет — предсказывается в США, России и странах у Северного моря. Минфин в сентябре 2015-го также рассматривал сценарий падения стоимости нефти до 20 долларов за баррель на короткий срок.
Президент «Лукойла» Вагит Алекперов в январе 2015 года допускал, что цена на нефть в течение 2015 года может опуститься до 25 долларов за баррель.
Прогнозы на 2016 год выглядят более спокойными. Главы министерств финансово-экономического блока и Банка России заводят осторожные разговоры о точках роста. В то же время как отечественные, так и зарубежные эксперты говорят прямо: падение продолжится.
Минэкономразвития говорит о росте на уровне «плюс-минус ноль». ОПЕК ожидает прибавки на 0,3 процента. Прогноз МВФ — минус 1,5 процента. Всемирного банка — минус 1,2 процента.
Минфин и вовсе не исключает рост ВВП в 2016 году, если сохранятся «позитивные факторы внешнеэкономической конъюнктуры».
Эксперты Института Гайдара и РАНХиГС в нынешнем году ожидают продолжения сокращения реального ВВП (на 1,2 процента по базовому сценарию и на 0,5 процента — по оптимистичному).
Эксперты Высшей школы экономики в начале июня диагностировали, что Россия продолжает скатываться в рецессию и искать дно. «Полноценного отскока от дна по сути не произошло, и экономика продолжает углубляться в рецессию», — отмечает эксперт ВШЭ Николай Кондрашов и объясняет, что, если экономическая активность останется на уровне апреля, падение ВВП в 2016 году составит более 1,5 процента.
Теперь к инфляции. Опрошенные Reuters экономисты весной предсказывали рост цен в России в 2016 году на уровне 7,9 процента. По словам главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной, к осени в России может быть зафиксирована недельная дефляция (уход индекса потребительских цен в отрицательную зону). При этом Банк России пока не пересматривает свой прогноз по инфляции на весь 2016 год, который остается на уровне пяти-шести процентов, отметила председатель Центробанка. Цель на 2017 год остается прежней — четыре процента.
В целом можно говорить о том, что за последние два года российская экономика адаптировалась к непростым внешним условиям и постепенно возвращается к траектории восстановления. Чья это заслуга — Минфина и Центробанка (в апреле премьер-министр Дмитрий Медведев оценил их заслуги в укреплении финансовой стабильности) или, например, продовольственного эмбарго (подстегивает развитие отечественного сельского хозяйства) — открытый вопрос. С уверенностью можно сказать одно: самые пессимистичные прогнозы, сулящие катастрофу, имеют свойство не сбываться. Судя по всему, такие прогнозы сильно упрощают реальность и не способны учесть всех возможных факторов, которые влияют на постоянно меняющиеся экономические процессы.