Вводная картинка
Россия

«Думали: какой же он идиот — зря жжет покрышки!» Как Россия полюбила дрифт на японских машинах и покорила этим весь мир

Большинство российских обывателей полагают, что дрифт, как и другие направления стритрейсинга, зарождался где-нибудь на Воробьевых горах в Москве. На самом же деле начало русскому дрифту было положено за годы до этого во Владивостоке. Занималась этим не золотая молодежь, а простые парни из опасных районов. В рамках спецпроекта «Русский форсаж» мы встретились с гонщиками, которые первыми в стране стали красиво валить боком, а потом так подтянули свое мастерство, что смогли выступать наравне с лучшими японскими дрифтерами.

Начало русского дрифта

История российского дрифта, как и первого парня в стране, научившегося красиво «валить боком», берет начало от Змеинки. Так называется весьма своеобразный район Владивостока, который отделяют от центра сразу две бухты — Золотой Рог и Диомид.

Район этот будто бы застрял между эпохами: асфальтовые улочки с многоэтажками, а рядом грунтовки с деревянными домишками. А еще гаражи, какая-то портовая инфраструктура, живописный лес и пляж, где, как говорят, можно не только позагорать, но и искупаться, не боясь измазаться в мазуте.

Здесь люди знают друг друга, как в большой деревне, и привыкли жить без централизованного горячего водоснабжения. А еще здесь не очень хорошо обстоят дела с общественным транспортом. Из-за этого местным приходилось пробираться в центр города через Чуркин — соседний и самый криминальный район Владивостока.

В девяностые и нулевые сюда не совались без нужды, чтобы не нарваться на проблемы. Но у жителей Змеинки особого выбора не было: приходилось идти между двух заводских заборов дорогой, которую прозвали Раздевалкой. Тут можно было лишиться не только наличности, но даже куртки, а позднее и мобильника.

Проблемы с логистикой и вынудили жителей Змеинки пересесть на дешевые, хлынувшие в город с начала 90-х подержанные японские автомобили.

О том, как человек менял свой взгляд на это место, сев за руль, красноречиво написал Гиляровский современного Владивостока Василий Авченко: «Закоулки-очкуры того же Чуркина, где я до этого бывал считаное количество раз и всегда опасаясь, изменили для меня свой облик. С моим металлическим Вергилием наш гоп-Гарлем стал ближе и безопаснее».

Именно здесь находится единственный городской гоночный трек — картодром «Змеинка». Такое впечатление, что от извилистого рисунка трассы этот картодром, а потом и весь район получили свое название. Хотя на самом деле оно произошло от сопки, на которой водилось много змей.

Первый дрифтер

«Въезд на трек был свободный, и еще в 2001 году я там "давал угла" на Toyota Carina 1982 года выпуска. У нее был двигатель 1,8 турбо и механика», — вспоминает выросший в этом районе Александр Крупин.

Тогда Крупин, разумеется, не знал, что он первый дрифтер в стране, но так единогласно утверждают самые авторитетные в движе пилоты Владивостока, которых, в свою очередь, признают первыми дрифтеры из Москвы и других регионов России.

Поразительно, но первый дрифтер России научился искусству, когда у него не было даже водительских прав. В машину они набивались впятером с друзьями, но за рулем чаще всего оказывался именно Крупин, потому что он не только «пятаки крутил», а каким-то интуитивным путем пошел в сторону японской техники дрифта, то есть без упора на ручной тормоз.

«Я разгонялся, ставился и боком проходил аппендикс на "Змеинке", так же как потом годы спустя это происходило на дрифт-соревнованиях. Ручником я изначально не пользовался, и выворот у передних колес на машине был стандартный», — рассказывает Крупин.

Еще один гонщик Дмитрий Семенюк вспоминает, как летом 2004 года они с друзьями гоняли по «Змеинке» на время и наблюдали за тем, что там вытворял Александр.

Всего год спустя во Владивостоке уже пройдут первые соревнования по дрифту.

На глазах становившийся легендой Крупин входил во вкус. Это хорошо заметно по эволюции его автопарка. Сначала он приобрел убитый Nissan Skyline r32 c самым простеньким из доступных для такого авто двухлитровым двигателем RB20, а со временем заказал к нему новый кузов и значительно более мощный движок RB25.

Затем был приобретен Nissan Silvia. «Брал с аукциона в Японии, явно из-под какого-то японского дрифт-панка. Эта была Silvia S14 c мордой от S15, то есть, видимо, владелец ее не жалел. У нее еще стояла турбина от Nissan GTR и редуктор был заварен», — описывает машину Александр.

К моменту ее покупки у Крупина, как у настоящего спортсмена, уже появился спонсор.

К слову, именно на той Silvia Александр с несколькими друзьями по просьбе прокатчиков приехал к кинотеатру «Океан», где летом 2006 года должна была состояться премьера фильма «Тройной форсаж: Токийский дрифт».

«Это кино стало мощным толчком для дрифт-движения. У нас во Владивостоке, конечно, к этому времени оно уже существовало, но мы стали больше внимания уделять тюнингу, жгли движки, чтобы вытянуть из них максимум», — вспоминает Крупин.

Выход на мировой уровень

Летом 2008 года в столицу Приморья приехал знаменитый Номукен — гонщик Кен Номура. По его фильмам люди тогда по всему миру учились «валить боком».

Номукена встречали парни, которых, как и Крупина, можно считать первыми российскими дрифтерами: Дмитрий Семенюк, Андрей Тараненко и Константин Авшаров.

Они вспоминают, что жутко волновались, ведь они, обычные молодые гонщики, взяли на себя ответственность за организацию визита.

Проблемы начались сразу после прибытия делегации. Съемочная группа Номукена, со свойственной японцам дотошностью, задекларировала все свое оборудование как особый груз, но не учла особенности русской таможни.

«Это было вечером, и человек, который такой груз должен досматривать, уже ушел домой. Мы пытались договориться, но забрать вещи с большим трудом удалось только на следующий день», — вспоминает Семенюк.

Уставших японцев повезли в армянский ресторан, а утром сразу на «Змеинку». Кен Номура согласился судить дрифт-соревнования. Его удивило, что трасса бесплатная и открыта для всех, а потому на нее периодически выезжали и даже входили какие-то неизвестные люди с непонятными целями.

Номура предложил не ездить по всему треку, как тут делали прежде, а оставить для оценки лишь одну связку поворотов. Выбрали ту, которая располагается ближе всего к судьям и зрителям.

Еще Номукена очень удивило, что на парных заездах владивостокцы выезжали, соблюдая дистанцию в десятки метров друг от друга, — слишком уж берегли свои машины. «Какой же тогда в этом смысл?» — поражался японец.

После соревнований Константин Авшаров со своей девушкой организовали тут же, на «Змеинке», пикник, который затем перерос в тренировку: японский мастер преподал несколько уроков русским коллегам. Еще один мастер-класс Номукен провел на следующий день.

Посетил японец и нелегальные ночные гонки. Тогда это был исключительно драг-рейсинг — классические спринтерские заезды пар автомобилей. Наглые владивостокские парни перекрывали для заездов довольно оживленные улицы, а потом медленно и неохотно меняли дислокацию после приезда милиции.

«Здесь, во Владивостоке, происходит то, что раньше было у нас, — прокомментировал в своем видео Кен Номура. — Много энергичной и смелой молодежи, которая готова круто отжигать на тех самых машинах, что прежде гоняли по Японии».

Однако не все было так радужно.

Именно в конце нулевых в приморском дрифт-движении начался мощный кризис: люди прокачали машины, посоревновались друг с другом, но надо было двигаться дальше, и почти никто не понимал куда.

«Тогда я стал терять интерес к дрифту. В итоге перешел в мотокросс. Помню, в какой-то момент только у Димы Семенюка оставалась уверенность, что у дрифта большое будущее, — говорит Александр Крупин. — Он убеждал всех, что нужно развиваться, притягивать спонсоров, зрителей, выводить состязания и подготовку к ним на качественно новый уровень. Это воспринималось как безнадежный энтузиазм, но годы показали, что правда за Семенюком. Его роль в развитии дрифта как нового вида спорта трудно переоценить».

В конце 2008 года Дмитрий Семенюк, жаждавший превращения этого стихийного панковского действа в престижный, зрелищный и хорошо организованный спорт, как в Японии, организовал этап в городском парке Артема, договорившись с местными властями.

«Я думал, что организаторы заездов на "Змеинке", которые к 2008 году стали откровенно подзабивать на свою работу, посмотрят, как это может выглядеть, сделают правильные выводы и изменят подход, а они просто все бросили и отказались делать что-либо дальше. Я же совсем не планировал уходить в организаторы и бросать карьеру гонщика», — вспоминает Семенюк.

Однако ситуация вынудила Дмитрия взять все в свои руки и стать мишенью для хейтеров, в особенности среди уличных дрифтеров.

Отец RDS

Дмитрий Семенюк родился и вырос во Владивостоке, с детства увлекался спортом, в особенности футболом и легкой атлетикой. В начале 90-х он уже выступал за сборную Приморья в Японии, где занял второе место в тройном прыжке.

Девять лет Дмитрий выступал за сборную России, занимал разные призовые места, был даже момент, когда им заинтересовались в Австралии. Ему предложили обосноваться там, где его обеспечили бы жильем и всем необходимым, но Семенюк вернулся во Владивосток.

Здесь в 90-е уже вовсю кипела жизнь. Он познакомился с миром околоспортивных японских машин, которые тогда можно было покупать за несколько сотен долларов. Первой пушкой-гонкой Семенюка стала турбовая Subaru Alcyone.

А в 2001 году на экраны вышла первая часть «Форсажа», и этот фильм пробудил у приморских парней, уже привыкших к скорости, интерес к драг-рейсингу. Начались первые состязания, в которых сразу же начал участвовать Дмитрий.

Катались ребята сперва по той же «Змеинке» — вернее, по прямому участку трассы, который был длиной всего 120 метров. Затем переместились на заброшенный военный аэродром Майхе в поселке Штыково. Там проводился чемпионат Дальнего Востока.

На этом аэродроме Семенюк и присмотрел себе Honda Integra у одного из гонщиков. У тачки стуканул мотор, и Дмитрий забрал ее за 700 долларов. Эту машину он потом доводил до ума, экспериментируя с настройками и турбиной, растачивал движок в прямом смысле напильником. Годами он бился за первое место с хабаровчанином Антоном Луневым, пока не добился абсолютного лидерства в своем классе, проезжая четверть мили за 13 секунд.

В итоге Дмитрию стало скучно, и летом 2005 года он решил поучаствовать в первом соревновании по дрифту на «Змеинке», приехав туда на своей переднеприводной, то есть совершенно неподходящей для этого дела, Integra.

«Я приехал на второй этап. Нужно было проехать поворот боком, и тебя оценивали по десятибалльной системе судьи из зрителей. Я разгонялся по полной, врубал ручник, потом отпускал и весь поворот боком проходил, — вспоминает Семенюк. — Инерционный дрифт получался. Сейчас бы, наверное, не стал так делать, но тогда страха не было никакого. И я занял второе место, уступив только Крупину».

Ночью перед следующим этапом соревнований Семенюк приезжал на «Змеинку», чтобы попробовать сделать то же самое, только поставив на задние колеса стертую лысую резину. Получилось лучше. На следующий день Дмитрий выиграл.

Однако тачку пришлось сменить. Сперва на Toyota MR2, с которой выше седьмого места ему подняться не удавалось. Следом был куплен Nissan 180SX. Он был заметно резвее, и Семенюк уже рассчитывал на победу с ним и в дрифте, и в драге. Однако перед решающими соревнованиями Дима загубил движок, заправившись поддельным бензином на заправке по дороге к гоночному треку.

Невольно став организатором чемпионата следующего 2009 года, Семенюк решил вывести состязания на следующий уровень, при том что общий бюджет был всего 80 тысяч рублей, из которых 40 тысяч — призовой фонд.

Дмитрий скооперировался с Денисом Трусовым, который был отцом-основателем дрифта в Москве, начав тренироваться на прибывшей из Японии «праворукой» Toyota Altezza зимой 2005 года.

«Обучался на снегу, льду, мокром асфальте. Собрал команду, — рассказывал он. — А первое масштабное выступление было на тюнинг-шоу в "Лужниках" в 2006 году».

Тем летом, по словам Трусова, было положено начало и дрифту на отечественном «тазопроме». Сделал это Федор Воробьев, который выступил на первом же соревновании на своем ВАЗ-2105.

«Машина вполне конкурировала с иномарками», — признает Денис.

В 2009 году Трусов и Семенюк предприняли первую попытку объединить дрифт-движение по всей стране под брендом «Формула дрифта». Однако к концу сезона гонщики и организаторы успели рассориться вдрызг.

Победитель чемпионата Тимофей Кошарный, который нанес на карту российского дрифта Санкт-Петербург, решил делать свой чемпионат. Того же хотел и Семенюк.

Нужно было сделать что-то грандиозное, всероссийского масштаба. С единым сводом правил, но при этом с региональными отделениями

Дмитрий Семенюкоснователь RDS и один из первых дрифтеров страны

«Мы созвонились с Тимофеем, обговорили все и придумали Russian Drift Series», — рассказывает Дмитрий.

Первые соревнования RDS Запад и RDS Восток прошли в 2010 году. Тогда же Аркадий Цареградцев — легендарный уже лидер сибирских дрифтеров, руководивший красноярской трассой «Красное Кольцо», предложил проводить в конце сезона состязания между лучшими западными и восточными пилотами. У него в Красноярске, разумеется.

Так появилась «Супердрифт-битва», которая проходила до 2016 года.

«Потом она потеряла свою актуальность, потому что у нас появилось такое мероприятие, как D1 Primering GP, где гонщики сборной России боролись с гонщиками из японского чемпионата D1 GP. Соответственно, оно было значимее и гораздо интереснее», — рассказывает Семенюк.

Этот международный чемпионат вновь на несколько лет сделал Приморье центром развития российского дрифта. Однако с 2019 года состязания с участием японцев срывались.

Но у владивостокцев и теперь большие планы. Они провели ребрендинг, превратив RDS Восток в RDS Азия.

«С этим названием меняется концепция. Мы намерены проводить многоэтапные чемпионаты не только для Дальнего Востока, но и в масштабах всей Азии. На этот сезон уже есть договоренности с десятью гонщиками из семи разных стран», — говорит Дмитрий.

Всерьез занявшись драгом, Семенюк перестал гонять на улице, и такой выбор должен, по его мнению, сделать любой, кто видит себя в том или ином направлении автоспорта.

«Дрифт изначально появился у нас именно как легальный движ», — объясняет он.

Даже выход третьей части «Форсажа» не привел к буму нелегального дрифта. По-настоящему он стал развиваться только в десятых годах, когда подросло новое поколение. Далеко не все эти ребята хотели идти в построенные «стариками» чемпионаты, считая, что такие, как Семенюк, делают на них деньги.

Впрочем, живет этот человек не в шикарном коттедже, а в однокомнатной квартире в обычной пятиэтажке.

«Спонсоров практически нет. Участники, по сути, сами оплачивают все наши спортивные мероприятия. С одной стороны, грустно, а с другой — люди ответственнее подходят к подготовке машин, тренировкам и выступлениям, когда тратят свои деньги. В спорте очень важна ответственность, дисциплина, и я за ней строго слежу. Думаю, в этой строгости, правилах, судействе, необходимости трудиться и кроется проблема, а не в стартовых взносах».

Во Владивостоке, по словам Дмитрия Семенюка, молодежная автомобильная тусовка, которая в середине нулевых еще была единой, со временем разрослась и развалилась на страты:

Есть просто любители кальян покурить возле машин, а еще стенсеры, псевдодрифтеры, мажоры — все это разные тусовки, и собираются они в разных местах и с разными целями

Дмитрий Семенюкоснователь RDS и один из первых дрифтеров страны

С расцветом соцсетей, в особенности YouTube и Instagram, многие ребята поняли, что можно быть звездой не в спортивном, а в медийном плане, набирая авторитет через тысячи просмотров, которые собирают ролики «плохих парней», гоняющих по центру города.

Семенюк считает, что эти псевдодрифтеры всерьез мешают развитию спорта. Они отпугивают возможных спонсоров и негативно настраивают к дрифту местные власти, без которых нормальное развитие невозможно.

Легальный дрифт пытается идти навстречу тем, кто остается в нелегальном по реальным, а не надуманным причинам.

Так, Семенюк, у которого есть собственная школа дрифта на Primering, стал два раза в неделю проводить на «Змеинке» открытые тренировки для тех, кто не сможет себе позволить там обучаться.

А четыре года назад начал ежегодно организовывать полноценный многоэтапный зимний чемпионат по дрифту на морском льду, для которого в разы легче и дешевле подготовить машину.

* * *

Раннее утро. Мы сидим в одной машине с Дмитрием Семенюком. Его редкий для Приморья леворульный немецкий внедорожник премиум-класса не спеша едет по покрытому снегом льду морского залива: то прямо, то описывая широкую дугу. Следом тащится небольшой трактор, расчищая дорогу ковшом.

«Ну что ты делаешь? Просто сдвигай на обочину, не ломай снежный бруствер!» — в сердцах говорит сидящий за рулем Дмитрий, наблюдая за действиями тракториста в зеркало заднего вида.

На наших глазах постепенно, что называется, на ровном месте появляется трасса для зимнего дрифта.

«Первая дорожка — слева, вторая — справа. Разгон от старта и постановка, которую нужно сделать до входа в клиппинг-зону, где нужно уже ехать боком, под углом не менее 90 градусов. Затем нужно нарисовать ровненькую дугу, без коррекции. Потом проталкиваемся вперед, перекладываемся в большой угол и через внутренний тач-энд-гоу двигаемся ко второй внешней клиппинг-зоне, подходя к которой нужно докинуться и пройти ее в максимальном угле», — утром следующего дня Семенюк объясняет легенду ледяной трассы гонщикам перед состязаниями.

Дмитрий стоит с указкой у распечатанной схемы, как учитель. Так и положено на настоящих соревнованиях, где есть правила, судейство и честная борьба.

Вокруг нас несколько десятков мужчин, подготовленные для дрифта машины, большие подкатные домкраты, стопки шин с обычными шипами и раллийными супершипами, выступающими на 1,5 миллиметра.

Вся эта предгоночная суета в яркий солнечный день будто бы переносит происходящее со льда в такую же белую соляную пустыню в американском Бонневилле, знаменитую на весь автомир. Сходства добавляет и красивый силуэт горных склонов на горизонте.

Здесь, кстати, тоже есть соль, ведь это морской, а не пресный лед. По словам Дмитрия, приморский лед — последний рубеж на пути распространения «боевой классики», или «жигадрифта».

«Он очень цепкий, и “тазопром” здесь быстро и красиво выступить не может, не выдержит конкуренции с японскими машинами», — объясняет Семенюк.

Дмитрий совсем не слепой фанат JDM-культуры, хотя обожает Mazda и считает, что та же RX8 очень недооценена российскими гонщиками. Современные японские тачки Семенюк считает скучными, и в ежедневном режиме он ездит на леворульном Mercedes, а в планах — разыграть его с конкурса и приобрести Porsche Cayenne.

Семенюк любит выделяться в городском трафике, и его радует возможность без очереди залить топливо на любой заправке, так как лючок бензобака у «немца» расположен не слева, как у япошек, а справа.

Под дрифт же у Дмитрия собран Toyota Mark II. Никакой бюджетной европейской альтернативы, способной практически в стоке валить и по льду, и по асфальту, по сути нет. По этой причине дрифт в стране появился именно во Владивостоке, в точке максимального скопления доступных японских тачек.

В следующем году на лед собирается выйти и Александр Крупин, если найдет спонсоров или другие возможности построить подходящее авто, так как сам только что потратился на подготовку мотоцикла к новому сезону в приморском мотокроссе.

«Для зимы много не надо. Машина с задним приводом, двигателем 2,5 литра, коробкой, заваренным редуктором, выворотом. Плюс шипованная резина», — говорит первый дрифтер, который явно не собирается завязывать с гонками.

Русский форсаж