«Это самый плохой сценарий» Бывший президент Молдавии — об объединении с Румынией, провокациях ВСУ и судьбе Приднестровья
Бывший президент Молдавии Додон: Конфликт на Украине может остановиться в этом году
Сергей Болиев (редактор отдела «Бывший СССР»)
Фото: «Лента.ру»
После прихода Майи Санду к власти в 2020 году Молдавия резко сменила внешнеполитический курс. Команда президента ведет страну к вступлению в Европейский союз (ЕС), подала заявку на выход из Содружества Независимых Государств (СНГ), пересматривает политику памяти о Великой Отечественной войне, требует вывода российских миротворцев из Приднестровья и все чаще обсуждает возможное объединение с Румынией. Оппозиция считает, что такой курс грозит не только окончательным разрывом с Россией, но и потерей нейтралитета, а в худшем случае — втягиванием страны в конфликт на Украине. О том, чем опасен приднестровский вопрос, какую угрозу для Молдавии могут представлять Вооруженные силы Украины (ВСУ) и как можно восстановить отношения с Россией, «Ленте.ру» на полях Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) рассказал пятый президент Молдавии, лидер Партии социалистов Игорь Додон.
Лента.ру: Как вы оцениваете нынешнюю политику Майи Санду в отношении памяти о Великой Отечественной войне и Второй мировой войне в целом?
Фото: Kremlin Pool / Globallookpress.com
Игорь Додо
Игорь Додон: В последние годы нынешние молдавские власти делают все возможное для того, чтобы приуменьшить роль Великой Отечественной войны и Победы. Власти приняли несколько законов и постановлений парламента, которые изменили название 9 Мая.
Мы всегда праздновали и празднуем День Победы, а власти тем временем внесли штраф за ношение георгиевской ленточки, около 500 евро (42 тысячи рублей). Но, несмотря на все это, каждый год 9 мая по всей Молдове сотни тысяч человек отмечают День Победы. В Кишиневе, вы видели и в этом году, и в прошлом, и в позапрошлом, десятки тысяч жителей выходят на акцию памяти «Бессмертный полк». В этом году 9 мая в Кишиневе [на акции] было около 30 тысяч человек.
Потому что мы одними из первых приняли удар. Люди это помнят и хорошо понимают. Поэтому всеми этими запретами власти только провоцируют людей выходить еще активнее. Как говорят, запретный плод еще слаще. Так они думают.
Это энпэошники, которые добрались до власти, которых привезли, привели в молдавскую власть для [достижения] конкретных целей. Но самое важное, что народ это понимает и продолжает массово хранить эти ценности.
Политика памяти в Молдавии при Майе Санду
После прихода Майи Санду к власти в 2020 году молдавские власти начали последовательный разрыв с советским наследием и усилили курс на сближение с Румынией и Европейским союзом.
Одним из главных направлений стала политика памяти. 9 Мая власти стали трактовать не как День Победы, а как День памяти и примирения — в европейской традиции. Дату 23 августа, связанную с подписанием пакта Молотова — Риббентропа, объявили Днем памяти жертв коммунизма.
В Молдавии запретили георгиевскую ленту. За публичное использование ряда символов, включая флаг Победы и букву Z, предусмотрены крупные штрафы. Оппозиция называет такую политику историческим реваншизмом и считает, что она раскалывает общество. Сторонники Майи Санду, напротив, говорят о декоммунизации и окончательном уходе от политического влияния России.
В публичных выступлениях Майя Санду, говоря о событиях 1941-1945 годов, обычно использует формулировку «Вторая мировая война», а не «Великая Отечественная война». Она делает акцент на репрессиях и жертвах войны среди жителей Молдавии, но не подчеркивает их советскую принадлежность.
1/1Действующий президент Молдавии Майя СандуФото: Vadim Ghirda / AP
Как вы относитесь к дискуссии в Молдавии об учебнике для 12-го класса, где, в частности, снимается ответственность с режима румынского диктатора Иона Антонеску за холокост?
Сначала поставлю точку по Антонеску.
Дискуссия в Молдавии про учебник истории
В 2024 году Министерство образования Молдавии утвердило новый учебник истории для 12-го класса. В центре книги оказались холокост, фигура румынского маршала Иона Антонеску и советский период, который в учебнике описывался как оккупация. В целом учебник вписывался в курс нынешних властей на пересмотр исторической памяти и отдаление от советского наследия.
Однако вскоре вокруг него разгорелся один из самых острых за последние годы споров о прошлом. Главной причиной стала трактовка фигуры Иона Антонеску — союзника Адольфа Гитлера, при котором в 1941-1944 годах были уничтожены сотни тысяч евреев и цыган. В учебнике его правление описывалось через формулировки «наведение порядка», «трудовая дисциплина» и «моральное возрождение нации».
Критики, прежде всего еврейская община Молдавии, увидели в этом попытку реабилитировать военного преступника. Особое возмущение вызвала фраза о том, что маршал «не участвовал в массовой депортации евреев». Историки заявили, что это противоречит документам трибуналов и свидетельствам выживших.
Тему холокоста в Бессарабии в учебнике, по мнению критиков, сделали второстепенной: ее вынесли в отдельную небольшую главу и представили скорее как частный эпизод, а не как системную трагедию. При этом точные данные о числе жертв не приводились. По разным оценкам, только в 1941 году на территории современной Молдавии были убиты около 50 тысяч евреев, а всего в зоне оккупации под контролем Королевства Румынии — от 280 до 380 тысяч человек. Вместо слова «концлагеря» авторы использовали эвфемизм — «места депортации».
После общественного давления Министерство образования отправило учебник на международную экспертизу. Израильский мемориал «Яд Вашем» и румынский Институт Эли Визеля раскритиковали книгу за методологические ошибки, искажение роли Иона Антонеску и недопустимое преуменьшение Холокоста. Еврейская община Молдавии заявила о намерении подать в суд на правительство.
И Майя Санду делает это в Молдове. Это нужно будет исправлять, и мы это исправим. Нужно в корне пересмотреть учебники. У нас долгое время они назывались «История Румынии». Нужно вернуть историю Молдовы и описывать, что у нас происходило начиная с XIV века.
Мы победители Великой Отечественной войны! Да, в советское время были и непростые периоды. Мы помним репрессии. Молдаване тоже прошли через сталинские репрессии, был голод. Но Кишинев и Молдова строились именно тогда.
Например, Майя Санду заседает в здании, построенном в советский период. Промышленность Молдовы была создана тогда, в советское время.
Думаю, хорошего было намного больше, чем вот этих эпизодов, которые, к сожалению, бывают. От этого не получится отречься — хотим мы этого или нет
Мы получили независимость в начале 1990-х, прошло 35 лет. И все признают — экономисты и не только, — что мы еще не достигли того экономического уровня, который был у нас при выходе из Советского Союза.
По ВВП, по всем экономическим показателям мы ушли в минус за эти 35 лет. Я уже не говорю про население.
Я на прошлой неделе был в Беларуси, встречался с Лукашенко. Они смогли все сохранить и еще развить.
1/1Проевропейская акция в КишиневеФото: Vladislav Culiomza / Reuters
Каким вы видите ближайшее политическое будущее Молдавии?
Следующие полтора-два года для Молдовы будут очень важными.
Не случайно Майю Санду привели к власти в Молдове.
С первой задачей нынешние молдавские власти справились. Второй нам, к счастью, удалось избежать.
Вопрос в том, что будет дальше. Надеюсь, война на Украине остановится — может, в этом году. Владимир Владимирович [Путин] говорил, что [к этому] готов. Но мы надеемся, что быстрее закончится.
Через (...) год у нас [состоятся местные] выборы. Молдавии нужны будут люди у власти, которые готовы разговаривать не только с Брюсселем, но и с Москвой, Китаем и другими партнерами.
1/1Фото: Vadim Ghirda / AP
Что показывают последние опросы о настроениях в молдавском обществе по отношению к России?
Последние опросы показывают, что среди зарубежных лидеров наибольшим доверием у молдаван пользуются [Владимир] Путин и [президент Белоруссии Александр] Лукашенко.
И это в условиях, когда пять лет у нас цензура, закрываются все оппозиционные каналы, ваш сайт, «Лента.ру», не откроешь в Кишиневе.
Поэтому все будет хорошо, но не просто.
Со стороны властей Украины звучат тревожные заявления о Приднестровье — в том числе о возможности силового решения. Как вы оцениваете вероятность такого сценария?
Тем, кто хочет продолжения войны, нужно втягивание [в конфликт] новых территорий.
Белоруссию тоже в последнее время часто вспоминают [в этом контексте]. Это самый плохой сценарий. Всегда было желание открыть второй фронт и в других местах. Нынешние власти Грузии об этом тоже говорят открыто: их в 2022 году также призывали начать.
1/1Президент Украины Владимир ЗеленскийФото: Vadim Ghirda / AP
Что будет дальше?
Думаю, все зависит от ситуации на фронте на Украине. И [того] насколько позволят Зеленскому дестабилизировать ситуацию и на нашем направлении.
Самый плохой сценарий — какая-то провокация и заход ВСУ на территорию Приднестровского региона.
Но без согласия Кишинева это невозможно. Потому что это будет считаться агрессией Украины против независимого государства. В следующие месяцы разговоры об этом будут продолжаться. Но я надеюсь, мы сможем этого избежать.
Майя Санду не раз заявляла о желании объединиться с Румынией. Насколько реален такой сценарий?
Что касается ликвидации молдавской государственности и объединения с Румынией, то большинство граждан Республики Молдова категорически против.
В Брюсселе против, в Бухаресте против. Публичные заявления есть, но все понимают: [такой сценарий] чреват дестабилизацией всего румынского государства.
Нынешняя Молдова в таком случае потеряет ряд регионов — Гагаузию, Приднестровье и так далее.
Но почему Майя Санду делает такие заявления? Чтобы шантажировать Брюссель. Есть четкое понимание, что Молдавия не станет членом Европейского союза в ближайшее время.
«Если вы нам не дадите четкие перспективы, мы зайдем через форточку». Унирия [объединение с Румынией] — это и есть [попытка зайти] «через форточку». Но это нереально сделать.