В сети вышла «Смерть Робин Гуда» с Хью Джекманом — новый, свежий и мрачный взгляд на историю легендарного английского героя. Режиссером картины стал Майкл Сарноски — автор «Свиньи» с Николасом Кейджем и блокбастера «Тихое место. День первый», один из самых ярких молодых американских постановщиков. «Лента.ру» рассказывает о фильме, которому, как и его герою, вполне вероятно уготована долгая память.
К 1247 году Робин Гуд (Хью Джекман) успел поседеть, а его глаза приобрели тусклый отблеск неизбывной тоски. Однако он не обрел покоя и не лишился боевых навыков и разбойничьего чутья. Он по-прежнему способен притвориться спящим, чтобы в нужный момент вонзить нож в висок гораздо более молодому противнику. Таких становится все больше — у тех, кого Робин убил и ограбил, выросли дети, а может быть, и внуки. Все это его не пугает и даже не слишком заботит, поскольку усталый, закутанный в шкуру мужчина ищет лишь достойной (или хотя бы просто подходящей) погибели.
Очередную возможность предоставляет старый товарищ Малыш Джон (Билл Скарсгард). Некоторое время назад он забрал у одной из своих жертв имя и семью, но теперь его новообретенному очагу всерьез угрожают. После отчаянного сражения Джон отвозит тяжело раненого Робина в монастырь, настоятельница которого Бриджид (Джоди Комер) славится целительскими способностями. Бриджид будет пускать Робину кровь, а он будет размышлять о былом — пока на пороге монастыря не появится нуждающаяся в защите дочка Джона Маргарет (Фэйт Дилейни).
«Смерть Робин Гуда» — последняя из пяти основных баллад о знаменитом благородном разбойнике. И самая странная: в остальных он предстает в привычном героическом образе, здесь же — тихо умирает, обманутый коварной настоятельницей. Самый яркий образ — пущенная из лука Малыша Джона последняя стрела, которая указала место захоронения Робина. Ни о недомогании, которое привело его в монастырь Кирклис, ни о мотивах злосчастной монахини там нет ни слова. Таинственность такого рода производит особое впечатление на мальчиков, которые интересуются героями былых времен. Так случилось и с режиссером Майклом Сарноски, который полюбил текст «Смерти Робин Гуда», будучи десятилетним обладателем целой армии игрушек, связанных с героем.
Надо сказать, что проверку на прочность, вшивость и прочее подобное обязательно проходят все герои, придуманные Сарноски. В «Свинье» это был отшельник (Николас Кейдж), вынужденный вспомнить опасные навыки ради поисков любимого животного. В приквеле «Тихого места» смертельно больная героиня Лупиты Нионго хотела просто поесть пиццы посреди инопланетного вторжения. «Смерть Робин Гуда» — это третий фильм режиссера. На этом этапе уже чувствуется творческая инерция автора, позволяющая говорить о манере и сквозных темах. В случае Сарноски — это широкий спектр понятий между насилием и смертью, причем если всякий экшен может быть ограничен пределами первого акта, то прощание с физическим телом непременно будет отдельным и тщательно продуманным номером. Неслучайно в данном случае оно, согласно заглавию, является вообще центральным событием фильма.
Сюжет вырос именно из попыток выстроить версию разрешения загадок исходного текста, понять, какие отношения могли бы связывать Робина и его благочестивую убийцу. Этим стремлением, по всей видимости, продиктована и тональность фильма. Несмотря на промо-кампанию, построенную на упорно не выходящей из моды деконструкции мифологического героя, «Смерть Робин Гуда» ни в коем случае не претендует на скрупулезную достоверность исторической реконструкции. И даже наоборот: Сарноски не отменяет Робин Гуда, но придумывает для него новую, релевантную настоящему моменту легенду.
Главный мотив в этом смысле — соотношение старой доброй мифологии с зыбкой современной постправдой. Здешний Робин сам распустил о себе доброжелательные слухи, но они ему так и не помогли. На пороге гибели он готов отказаться от них, но оказывается, что у этого решения больше существенных оговорок, чем можно было предположить. Собственно, стрела здесь становится образом долгой памяти, работать с которой всегда приходится живым — то есть, людям будущего.
Если в «Тихом месте» Сарноски формально сыграл по студийным правилам, выведя на первый план плакатную драму и экшен-динамику, то в «Смерти Робин Гуда» вернулся к установкам своего дебюта. «Свинье» повезло со временем выхода: в пандемию от фильма (особенно такого) никто не ждал большой кассы. На сей раз рыночные обстоятельства жестче, так что «Смерть Робин Гуда» стала первым в карьере Сарноски коммерческим провалом (7 миллионов долларов сборов при бюджете в 20 миллионов). Но она же, повторимся, утвердила его как автора, обладающего собственным стилем, который (что важнее) годится для реализации весьма специфических задач. В сущности, этот фильм (как и «Свинья») производит сильное впечатление не только в живописном (благодаря бессменному оператору Пату Скола), но и в отчетливо литературном аспекте. И дело здесь не в первоисточнике, а в том, как Сарноски мастерски преодолевает привычную динамику жанрового фильма.
Такая отмороженность нарративной структуры уравновешена накалом сентиментальности — Комер и Джекман на многое способны, и здесь их с определенного момента никто не сдерживает. Собственно, безупречный выбор актеров — еще одно достоинство, присущее Сарноски. Особенно это касается Джекмана, который с годами, совсем как его герой, приобрел такую тоску в глазах, которая сделала его амплуа глубже, лишив голливудской однозначности.
Благодаря тому, что все взрывное и горящее здесь расположено в начале, а к концу становится все больше красивых волн и долгих взглядов, драматургический каркас словно задрапирован. Фильм вроде бы делится на три акта, но в какой именно момент наступает кульминация, так сразу и не скажешь. В этом тоже есть литературность — в духе почтенных текстов в жанре философской медитации, которыми богата, в частности, русская литература. Кажется, что Сарноски справился бы и с эпилогом «Войны и мира», и с «Соборянами» Лескова. Вполне вероятно, примерно так мог бы выглядеть недавний русский «Лермонтов» (тоже посвященный пути к смерти), если бы его создатели работали на других уровнях мастерства и вовлеченности. Для самого же Сарноски следующим проектом вроде бы станет экранизация видеоигры Death Stranding. Кодзима гений, что тут еще скажешь.