Все умрут, они останутся

Юрий Сапрыкин о неумении просить прощения

Юрий Сапрыкин главный редактор интернет-издания «Афиша-Воздух»

Нужно всегда исходить из того, что люди хотели как лучше. Что они не специально, что так сложилось, и все это, как пелось в известной песне, по обстоятельствам, а не со зла. И наверняка у них были простые и понятные мотивы поступить так, как они поступили. Ну представьте сами: вечер пятницы, с неба льет как из ведра, завтрашние шашлыки накрываются, и как бы рассаду не побило. А тут еще звонят - мол, угроза наводнения. Господи ты боже мой, так у нас каждое лето угроза наводнения, климат такой, опять же, горы - нашли чем напугать. Ну и чего сейчас, по домам бегать - так тебя же первого и пошлют, люди перед выходными уже разогретые, им море по колено. И потом, поднимешь сейчас на уши ГУВД, отправишь по городу машины с сиренами - так тебя же потом первого по темечку и тюкнут, за паникерство и растраченный бензин. Авось, пронесет. Разрулится как-нибудь само.

Логика, в которой здешние власти всех уровней принимают решения в момент чрезвычайной ситуации, давно известна и прекрасно понятна - стремление помочь пострадавшим или предупредить беду неизменно отступает перед желанием не навредить себе. Никому ничего не объяснять - чтобы не создавать панику, до последнего не докладывать начальству, преуменьшать масштабы случившегося, занижать на порядки количество жертв и разрушений, объяснять все слепыми силами природы, в лучшем случае - объявить виноватыми тех, кого уже нет в живых. Так было в Чернобыле, в Буденновске, в Беслане, так было во время аварии "Курска" и в момент катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС, так происходит сейчас. Чиновничий страх и безалаберность - в сущности, такая же слепая сила природы, как и ливневый дождь, невозможно жить здесь, не делая на это поправку.

И потом, безотносительно к устройству чиновничьего ума, человеку вообще свойственно ошибаться - тем более в критической ситуации, когда непонятно, что происходит, и тем более непонятно, что делать, а решение нужно принимать за секунды. В недавнем фильме Александра Миндадзе "В субботу" рассказывается про первый день после Чернобыльской аварии - и видимо, в первые часы после того, как из-за горизонта встало солнце, а в Крымске начала спадать вода, вокруг города происходило примерно то же самое: все вокруг приходит в стремительное неконтролируемое движение, всем срочно куда-то нужно, ни до кого не дозвониться, одни бегут в неизвестном направлении со всех ног, другие хлещут водку из горла, начальство стоит по стойке смирно перед телефоном, только бы не ляпнуть лишнего: в такие минуты хаос и вправду правит миром. И как бы ни были ужасны картины жертв и разрушений, и как бы ни бесило человеческое наплевательство и некомпетентность - все это можно понять и со временем даже простить. Непонятно одно.

ПОЧЕМУ ОНИ САМИ НИКОГДА НЕ ПРОСЯТ ПРОЩЕНИЯ?

Вот смотрите. Из-за того, что в пятницу вечером вам лень было оторвать жопу от стула - а в более отдаленной перспективе никак не доходили руки достроить дамбу, или укрепить русла горных рек, или сделать еще хоть что-нибудь, чтобы город в один прекрасный день не смыло - из-за этого на свете больше не живет несколько сот человек. Просто представьте себе, как они в полной темноте разбивали кулаки о двери, которые уже прижало снаружи неодолимой силой. Представьте женщину, которая поднимает ребенка над подступающей к горлу мутной водой. Представьте, что чувствует ребенок. Представьте, что все это случилось с людьми только из-за того, что вы накануне выходных беспокоились из-за рассады или завтрашних шашлыков и не пошевелили пальцем для того, чтобы пустить по городу машины с сиренами. Как можно после этого не выйти к людям, не бухнуться оземь и не сказать - мол, это я виноват, делайте что хотите? Как можно не сделать этого - и продолжать жить?

Хорошо, давайте совершим еще одно усилие и предположим, что и здесь они хотят как лучше. Предположим, им кажется, что от таких извинений авторитет власти пошатнется и затрещит вертикаль, а это в наше тяжелое время - и особенно в дни чрезвычайных ситуаций - абсолютно недопустимо. Наверное, они были бы даже правы - если бы сейчас был конец (а еще лучше начало) 1980-х, если бы мы жили в относительно монолитном обществе с относительно высоким уровнем доверия, если бы сами пострадавшие не были уверены, что на них специально спустили тонны воды, чтобы спасти какой-нибудь дорогостоящий нефтяной терминал, если бы у водохранилища немедленно не обнаруживались собственники, которые по странному стечению обстоятельств подтырили недавно 15 миллионов долларов кредита на реконструкцию систем водоснабжения. Если бы, в конце концов, не бронзовый загар и безупречные рубашки губернатора Ткачева, прилетевшего словно с другой планеты, где не бывает горя и зла, и все мечты давно исполнились, и единственное, что мешает жить - это истерика в твиттере да понаехавшие волонтеры.

Но вместо того, чтобы посмотреть на всю эту картину со стороны, и стереть с лица уверенный вид, и поговорить наконец с людьми по-человечески, они ведут себя перед телекамерами, будто нашалившие троечники, которых вызвали к директору. А чо я, по домам ходить буду. А чо они дома сидели, я ж предупреждал. А я чо, они сами виноваты. Чо я-то.

P. S. Отдельно хотелось бы уточнить у иерархов Русской православной церкви и лично Никиты Сергеевича Михалкова, утверждавших недавно, что цунами было послано народу Японии за безбожие - так вот, наводнение тоже было послано народу Кубани за безбожие? или за то, что понастроили там патриарше-президентских дворцов? или есть еще какое-то мистически-промыслительное объяснение? или это только в Японии цунами из-за безбожия, а на Кубани - из-за месячной нормы осадков?

Извините, если что не так.

Обсудить
Другие материалы
Больно, но полезно
Китай готовится к реформе госкорпораций, чреватой социальным взрывом
Participants attend a gay pride parade in central Istanbul June 30, 2013. Tens of thousands of anti-government protesters teamed up with a planned gay pride march in Istanbul. Crowds were stopped by riot police from entering Taksim, the centre of previous protests, but the atmosphere appeared peacefulОпасное интернет-проникновение
Грозит ли подъем геев-мусульман исламскому миру
FILE - In this Saturday, June 4, 2011 file photo made by Associated Press photographer Anja Niedringhaus, injured U.S.Marine Cpl. Burness Britt reacts after being lifted onto a medevac helicopter from the U.S. Army's Task Force Lift "Dust Off," Charlie Company 1-214 Aviation Regiment. Location:
Sangin, AfghanistanПадение Сангинграда
Десятилетнее сражение за столицу наркоторговли завершилось победой «Талибана»
Demonstrators take part in a protest aimed at showing London's solidarity with the European Union following the recent EU referendum, inTrafalgar Square, central London, Britain June 28, 2016. REUTERS/Dylan Martinez TPX IMAGES OF THE DAYСпасет ли уход Меркель Европу?
Свое 60-летие Европейский союз встречает в состоянии экзистенциального кризиса
Лазерный пистолет и стреляющий эспандер
Пять самых необычных и бессмысленных пистолетов
Срисовали
Как разоблачили банду, охотившуюся на картины знаменитых художников
Не уберегли
Как в изоляторах погибают ключевые свидетели по антикоррупционным процессам
«Я стала плевать кровью на снег»
Как выстрел в лицо офицеру МВД обернулся обвинениями в самостреле: расследование
Невспаханная «Нива»
12 модификаций легендарного внедорожника, о которых вы не знали
Тает лед
Как Ferrari и Феттель воскресили интригу в Формуле-1
Они из будущего
Объясняем, почему «Мерседесы» выглядят так, как выглядят, и какими они станут
Место рождения
Как выглядят самые крупные и самые необычные автозаводы мира
Талант расправил плечи
Лучшие архитектурные проекты 2017 года: от города в пустыне до термальных ванн
Адская машина
Ученые и урбанисты придумали, что делать с заполонившими города автомобилями
«Если у тебя нет любовника, квартире взяться неоткуда»
Исповедь россиянки, ставшей ипотечницей в 20 лет
Тариф «Хватит»
За услуги ЖКХ можно платить в разы меньше