Иранская война навсегда изменила мировую экономику, которая стала более нестабильной. К такому выводу пришло издание The New York Times (NYT).
Узнайте больше в полной версии ➞По мнению автора публикации, глобальный порядок трансформировался и едва ли вернется к тому состоянию, в котором пребывал до нападения США и Израиля на Иран. Одним из главных последствий войны на Ближнем Востоке стал энергетический кризис, который, скорее всего, ускорит переход к солнечной, ветровой и атомной энергетике. Инвестиции в эти сегменты также стали более выгодными. Общая окупаемость проектов сократилась с 30 до двух лет.
А самую большую выгоду от развития возобновляемых источников энергии получит Китай. Он серьезно опережает остальной мир в производстве ветряных турбин, высоковольтных кабелей, трансформаторов, солнечных панелей, аккумуляторов, программного обеспечения для управления энергетическими потоками и многого другого. Возрастающая роль Китая в обеспечении надежных поставок энергии другим странам усиливает его стратегическое влияние. При этом агрессивные попытки президента США Дональда Трампа остановить проекты в области возобновляемой энергетики означают, что Вашингтон фактически выходит из этой глобальной конкуренции и уступает промышленное и технологическое преимущество своему крупнейшему сопернику.
Еще одним последствием стало ослабление ОПЕК+ после того, как этот картель покинули Объединенные Арабские Эмираты. Это создает риски усиления волатильности на нефтяных рынках. Что касается России, то, как пишет NYT, она серьезно укрепилась благодаря иранскому кризису. Администрация Трампа временно отменила санкции, что позволило Москве увеличить прибыль от экспорта нефти.
Ранее Всемирный банк ухудшил прогноз по росту мировой экономики в 2026 году до 2,5 процента. Впрочем, темпы могут упасть и до 2,1 процента, если средняя цена на нефть составит 115 долларов за баррель.