Ценности
«Все могут быть красивыми»
Этот фотограф показал красоту женских недостатков: умер легендарный Петер Линдберг

4 сентября в Instagram легендарного Петера Линдберга появилось сообщение: накануне, в возрасте 74 лет, фотограф скончался. За свою насыщенную жизнь он запечатлел самых красивых женщин столетия, отснял обложки самых культовых модных журналов и научил фэшн-индустрию ценить природную красоту женщин. Прошлым летом он даже успел посотрудничать с самой скандальной личностью Кенсингтонского дворца — Меган Маркл. Линдберг перевернул мир портретной и фэшн-фотографии так же, как Карл Лагерфельд, в свое время, перевернул индустрию моды.

Автостопом за свободой

Жизнь Линдберга началась в промышленном немецком городке Дуйсбурге, и будущее, казалось, не сулило ему никаких побед. Потеряв в раннем возрасте мать, мальчик рос в крошечном домике вместе с братом и отцом, который был совершенно равнодушен к искусству. Однако сам Петер с детства тяготел к прекрасному: подростком он уехал на заработки в Швейцарию, где получил место оформителя витрин в торговом центре. Проживая на границе с Нидерландами, летние каникулы семья проводила на побережье Нордвейка. Бескрайние пустынные пляжи и индустриальные пейзажи родного города навсегда запечатлелись в памяти Петера и в дальнейшем оказали сильное влияние на его творчество.

Позже Линдберг перебрался в Берлин. По ночам он зарабатывал себе на жизнь, стоя у станка на заводе, а днем мечтал о карьере художника. В 1960-х он поступил в Берлинскую академию искусств. «Больше всего меня поразило то, насколько устаревшей оказалась программа. Все живописные и фотографические техники преподавались самым стандартным, старым способом», — признался художник в одном из своих интервью. Сам же Линдберг мечтал о свободе. Вскоре по стопам своего главного идола Винсента ван Гога он отправился в Арль, а затем автостопом пустился в путешествие по Испании и Марокко.

Через два года Петер вернулся в Германию. В Крефельде он изучал абстрактное искусство, и еще студентом получил предложение выставить свои работы в известной авангардной галерее Дениз Рене. В начале 1970-х Петер увлекся фотографией. Два года он ассистировал дюссельдорфскому фотографу Гансу Люксу перед тем как открыть собственную студию.

«Мы отдадим тебе 14 страниц, просто сделай нам такую же съемку»

Когда в 1971 году Линдберг стал помощником Люкса, снимавшего коммерческие проекты, он ничего не смыслил в фотографии. Петер получил эту должность не потому, что подходил для нее, а лишь потому, что был другом друга Люкса. Тогда Линдберг еще не осознавал себя фотографом. Но одно он понимал четко: все, чего он хочет — это общаться с людьми и создавать искусство собственными руками.

В студии Люкса юный художник был поражен тем, как его наставник работает с оборудованием и светом. Новое занятие так поглотило Линдберга, что ему не оставалось ничего, кроме как открыть собственную маленькую студию в Дюссельдорфе, а затем прославиться на весь мир. Одна из первых знаменитых съемок Петера была совершенно не связана с фэшн-индустрией. Да он и не любил, когда его ассоциировали исключительно с ней.

Линдберг хотел снимать рекламу, и его дебютом стал проект для табачной компании Samson, которая продавала табак и предлагала клиенту самостоятельно скручивать папиросы. В рамках этой работы Линдберг отправился в Амстердам и в жанре документальной съемки фотографировал незнакомцев, которые делали самокрутки. С самого начала он понимал, что постановочная фотография — не для него. Линдберг умел ценить естественность и видел в ней особую красоту. Он заставлял свои фотографии разговаривать.

Его стиль и уникальное видение быстро принесли свои плоды. В 1977 году Петеру позвонил знаменитый графический дизайнер и арт-директор журнала Twen Вилли Флекхаус с предложением о сотрудничестве. Это дало Петеру возможность отснять фотоисторию для французского бренда Kenzo, которую должны были разместить на десяти страницах модного журнала Moda & Vonen.

«Я снимал эту историю совершено бессознательно, у меня не было опыта подобных фотосессий. Я был знаком с несколькими работами Ханса Ферера, Ирвина Пенна и Ричарда Аведона, и на этом все. Я соорудил фон из окрашенной ткани размером 4х8 метров. На ней было много крошечных точек, как на зернистой пленке. Вот так я и отснял материал, который, судя по всему, был диковинным для того времени», — вспоминал Линдберг.

После этого легендарные издания засыпали художника коммерческими предложениями. Первым был Stern, который пригласил его в Париж со словами: «Мы отдадим тебе 14 страниц, просто сделай нам такую же съемку». Затем контракт предложил Marie Claire, а позже с Петером связался арт-директор американского Vogue Александр Либерман.

«Когда я снимаю модель, меня больше всего занимает ее лицо, ее личность»

Однако стиль фэшн-фотографии в 1980-х сильно отличался от современного и совершенно не импонировал Линдбергу. Сложившиеся тогда стереотипы о том, как должна выглядеть женщина на обложке, шли вразрез с видением фотографа. Он не хотел участвовать в создании очередного образа ярко-раскрашенной героини с Пятой авеню, которая только что вышла с собачкой из собственного лимузина. Поэтому Петер совершил очень рискованный, но заслуживающий уважения поступок: он отказал Либерману, заявив, что не видит женщин такими, какими их показывает Vogue.

На это Либерман предложил Линдбергу прилететь в Штаты и продемонстрировать свое представление о женской красоте. Петер принял вызов и отправился в Лос-Анджелес. Вместе с выдающимися моделями того времени — Татьяной Патитц, Линдой Евангелистой, Кристи Тарлингтон, Карен Александр, Рейчел Уильямс и Эстель Холлидей — художник поехал на пляж. Он одел девушек в простые белые рубашки и попросил их не краситься: важна была только естественная красота.

С получившимися фотографиями Линдберг вернулся Нью-Йорк и, вдохновленный проделанной работой, отправился в редакцию Vogue. Однако сотрудники издания просто пожали плечами: они не знали, что делать с такими снимками. В конце концов их разместили в неприметной колонке с советами о том, как можно привлекательно выглядеть на пляже с растрепанными волосами. Очевидно, мир Vogue еще не был готов принять Линдберга. Однако скоро нашлась та, кто оценил его талант по достоинству.

В 1988 году пост главного редактора в самом известном модном журнале заняла Анна Винтур. Она снова пригласила Петера сделать фотосъемку для Vogue, и тогда он почувствовал, что фэшн-индустрия готова к переменам. Для фотосессии он выбрал сильных и умных представительниц мира моды: Наоми Кэмпбелл, Линду Евангелисту, Татьяну Патитц, Синди Кроуфорд и Кристи Тарлингтон.

С ними он создал запоминающийся стиль, ставший знаковым для 1990-х. Одетые в простую одежду модели без макияжа стояли в естественных позах и смотрели с обложки журнала на читателей. Этот момент стал переломным для всего мира моды. С выходом свежего номера Vogue красота неразрывно переплелась с личностью женщины, а не с ее социальным статусом. Так благодаря Линдбергу родился термин «супермодель».

Черно-белая фотография была его особенной страстью. «Когда я снимаю модель, меня больше всего занимает ее лицо, ее личность. Я много раз снимал одного и того же человека в том же самом пространстве на черно-белую пленку и в цвете. А потом я разглядывал то, что получилось. Черно-белое фото гораздо ярче раскрывает личность», — объяснял сам художник. Как-то ему довелось снимать актрису Шерон Стоун для Harper’s Bazaar, и для обложки был выбран именно черно-белый снимок. Фотограф прокомментировал: «Получилась прекрасная фотография: на ней она красивая, сильная. Я сделал точно такой же кадр в цвете, и он выглядел как обычная реклама».

В своей работе Петер Линдберг не был приверженцем исключительно пленочных камер. Однажды уже после появления цифровых фотоаппаратов он со смехом признался, что вовсе не скучает по темной комнате, в которой проявляются фотографии: его помощник выкуривал по 60 сигарет в день, и в фотолаборатории было невозможно находиться. Несмотря на то что цифровые камеры несколько скомпрометировали саму идею фотографии, Линдберг увидел в них значительное упрощение организации рабочего процесса. «Я не верю, что цифровые снимки холодные и что на них видны все изъяны объекта. Они тоже могут быть очень красивыми, если сделаны рукой мастера», — считает он.

Сила перемен

Последней работой Питера Линдберга стала обложка нового, сентябрьского номера британской версии журнала Vogue, для которого он снимал впервые с 1992 года. Вместе с приглашенным редактором, женой принца Гарри Меган Маркл и главным редактором Эдвардом Эннифулом на протяжении семи месяцев фотограф создавал серию фотографий, посвященных женской силе. Под лозунгом «Сила перемен» (Forces for Change) на первой странице легендарного издания появились 15 женщин, «новаторов, которых объединяет бесстрашие в преодолении преград».

Изначально Эннифул хотел, чтобы для журнала снялась одна единственная Меган Маркл. Но герцогиня сочла появление своего лица на обложке целого номера слишком высокомерным. И, вероятно, учитывая непрерывную критику прессы в адрес любого ее поступка, это было мудрым решением. Таким образом, вместо нее Линдберг запечатлел 15 активисток из разных сфер деятельности, которые меняют мир к лучшему, борются с дискриминацией и несправедливостью.

Своими героинями Меган Маркл избрала модель и постоянную участницу кампаний в поддержку психического здоровья Адвоа Абоа, премьер-министра Новой Зеландии Джасинду Ардерн, африканскую модель-беженку Адут Акеч, активистку бодипозитивного движения Джамилу Джамил, сомалийскую боксершу Рамилу Али и балерину Франческу Хейуорд. Последнее, 16-е место на обложке герцогиня оставила свободным: это пространство покрыто зеркальным напылением и предназначено для каждой читательницы Vogue.

Фото опубликовано @therealpeterlindbergh

Недавно Линдберг рассказал, как сильно его поразили инструкции Меган Маркл, которые она дала в телефонном разговоре в последнюю ночь перед съемкой. Представления герцогини Сассекской о женственности в точности совпадали с собственным видением художника. Герцогиня желала видеть природную красоту всех участниц фотосессии. «Ее инструкции были крайне просты, она хотела увидеть их веснушки! Для меня нет ничего проще. Я их обожаю!» — шутил фотограф.

За эти веснушки Петер Линдберг боролся всю жизнь и, к счастью, его услышали. «Люди делают кадр за кадром, потому что знают: у них есть фотошоп. Любая женщина на фотографии теперь будет совершенной. Мне кажется, это ужасно», — переживал Петер. Но на его глазах выросло целое поколение последователей.