«Вторгся? Так сбейте его!» Советские ракеты лишили США господства в воздухе и изменили ход холодной войны. Как это было?

Зенитные ракетные войска 8 июля отмечают профессиональный праздник. Ежедневно расчеты российской ПВО еще на дальних рубежах перехватывают до 95 процентов целей — от дронов до баллистики и гиперзвука. Основу этой эшелонированной защиты составляют комплексы С-300 и С-400, но постепенно в войска поступают и новейшие С-500. За статистикой Минобороны стоят тысячи спасенных жизней. «Лента.ру» рассказывает, как создавалась отечественная система противовоздушной обороны, когда она впервые лишила американскую авиацию господства в воздухе и как сегодня устроен воздушный щит, отражающий массированные удары.

«Летчик выбросился с парашютом»

Утро 1 мая 1960 года. Москва готовится к параду на Красной площади. Около семи часов на «вертушку» правительственной дачи Никиты Хрущева поступает звонок от министра обороны Родиона Малиновского: «Американский самолет-разведчик Lockheed U-2 пересек границу со стороны Афганистана и идет к Свердловску».

Никита Сергеевич, по воспоминаниям свидетелей, реагирует резко и коротко: «Вторгся? Так сбейте его. Любыми средствами!» — и бросает трубку. Средства эти были. Под Свердловском не так давно развернули одну из группировок новейших подвижных зенитных ракетных комплексов С-75 «Двина».

Менее чем через два часа Малиновский докладывает:

Это был военный летчик Фрэнсис Гэри Пауэрс, завербованный ЦРУ. Его задержали жители деревни Поварня под Свердловском, где он приземлился. Ему предстояло провести во Владимирском централе десять лет, однако через полтора года его обменяли на советского разведчика Рудольфа Абеля, который отбывал 30-летний срок в Федеральной тюрьме Атланты.

Но главное тут — то, что новейший советский зенитный ракетный комплекс достал американский борт, считавшийся неуязвимым на сверхвысотах. Правила игры изменились.

Свое боевое крещение С-75 прошел годом ранее. В октябре 1959-го расчет комплекса уничтожил над Пекином тайваньский разведчик RB-57D Canberra. Самолет шел на высоте 22 километров, недосягаемой для истребителей того времени. Информацию об успехе советских ракетчиков тогда засекретили, приписав заслугу китайским силам ПВО.

Разгром U-2 расставил все точки над «i». «Американской военщине, видимо, понравилась безнаказанность», — заявил Хрущев. Теперь эра безнаказанности подошла к концу, ведь С-75 не только сбил наглеца, но и заложил фундамент современных зенитных ракетных войск. А ведь создавали его в жуткой спешке и при дефиците технологий.

«Эта система нам нужна»

До появления С-75 основу наземной ПВО составляла ствольная артиллерия: по самолетам били заградительным огнем, тратя тысячи снарядов на одно попадание. Принятая в 1955 году стационарная система С-25 «Беркут» с ее мощной инфраструктурой прикрывала только Москву. Опоясать всю страну бетонными дорогами и гигантскими радарами было невозможно.

Концепцию нужно было менять. У инженеров уже появились первые наработки — прообраз будущего С-75, ведь в новых условиях армии требовались именно мобильные передвижные комплексы. Эту концепцию поддержал министр обороны маршал Георгий Жуков. В беседе с куратором ракетно-космического сектора Вячеславом Малышевым он сказал: «Эта система нам нужна».

Начинали уже не с нуля. В новой гонке большую роль сыграл ракетный задел Сергея Королева: он помог сформировать кадры, инженерную культуру и технологическую базу, без которых сделать рывок было бы куда сложнее.

Проект передали в КБ-1 под руководством Александра Расплетина, а за ракету для комплекса отвечал Петр Грушин. Инженерам предстояло уменьшить габариты и массу аппаратуры по сравнению со стационарной ПВО. В условиях тогдашнего дефицита и ограниченных возможностей электронной компонентной базы сделать это было непросто.

Однако темпы диктовал противник, а не множество «но». Начиная с июля 1956-го U-2 периодически прорывали воздушное пространство СССР. Они могли сфотографировать основу ядерного и ракетного паритета — закрытые оборонные объекты. Никита Хрущев на совещаниях, не скупясь на выражения, требовал от военных «приземлить это "явление"».

Времени на раскачку не было, что привело к ряду инженерных решений. Разработку ускорили до предела, и уже в 1957-м С-75 сбил первую мишень — учебный Ил-28. На сороковую годовщину Октябрьской революции ракеты провезли по Красной площади, а к декабрю комплекс приняли на вооружение под шифром СА-75 «Двина». Правда, было похоже, что Вашингтон, привыкший к безнаказанности своих высотников, счел все это блефом.

По воспоминаниям сына советского лидера Сергея Хрущева, еще в 1959-м американский разведчик Раймонд Гартофф, сопровождавший вице-президента США Ричарда Никсона в ходе визита в СССР, на подлете к Свердловску сфотографировал позиции С-75.

Впоследствии Сергей Никитич задавался вопросом: «Почему накануне встречи в верхах (планировался визит Эйзенхауэра в Москву) в ЦРУ решили снова послать разведчиков пофотографировать советские секретные военные объекты?»

Ответ крылся в самонадеянности Вашингтона: там не верили в возможности советской ПВО. Поскольку высотных истребителей-перехватчиков у СССР еще не было, главную ставку сделали на ракеты. И когда 1 мая 1960 года под Свердловском расчет С-75 уничтожил борт Пауэрса, это не только сорвало визит президента Эйзенхауэра, но и заморозило отношения двух стран. Но в эффективности новой системы больше никто не сомневался.

8 июля 1960 года в Генштабе учредили должность командующего зенитными ракетными войсками. С этого дня официально ведет отсчет история зенитных ракетных войск. В этом году им исполняется 66 лет.

Комплексы начали массово разворачивать по всей стране. К началу 1961 года боевое дежурство несли уже 154 зенитных ракетных полка. Интеграция мобильных С-75 и стационарных московских С-25 потребовала принципиально новой армейской структуры.

«Мы вам так ухнем!»

После триумфа С-75 под Свердловском весть о новом комплексе разнеслась по всему миру. Многие захотели иметь у себя такой же, и СССР охотно продавал его своим союзникам. В итоге за десятилетия комплекс встал на вооружение более чем в 40 странах — от Вьетнама и Индии до государств Ближнего Востока. В Китае его производили по лицензии под индексами HQ-1 и HQ-2.

Сбитый американский самолет-шпион U-2 не только прославил инженеров, но и добавил смелости политикам. Никита Хрущев, обыгрывая русское прочтение названия самолета, теперь открыто бросал Вашингтону: «Если вы будете "ухать", то мы вам так ухнем!»

За этими эмоциями стояла технологическая база, а не пустое бахвальство, ведь советские конструкторы, создавая необходимое оружие, сформировали основательную школу проектирования зенитных систем.

В 1966 году Александр Расплетин предложил концепцию единого зенитного управляемого ракетного оружия (ЗУРО). Эволюционировала и сама линейка С-75: появились помехозащищенные версии С-75М и С-75М2 «Волхов», способные бить по маневрирующим целям, а вершиной серии стала модификация С-75М3.

По оценке Игоря Ашурбейли, биографа конструктора Расплетина, именно системы, разработанные этой школой, напрямую повлияли на международную обстановку 1970-1980-х годов, определив ее курс.

Опыт создания С-75 стал основой для последующих поколений советских зенитных комплексов — С-125, С-200, опытного С-225. Они значительно расширили дальность, высоту и круг поражаемых целей.

Итог этого технологического рывка точно сформулировал участник тех событий Борис Перовский:

***

Спустя полвека принципы, заложенные создателями С-75, эволюционировали в современную многоэшелонную архитектуру ПВО. Сегодня российская противовоздушная оборона (разделенная на ПВО Воздушно-космических сил и ПВО Сухопутных войск) выстроена так, чтобы исключить «слепые зоны».

Дальний рубеж контролируют комплексы С-400, С-500 и модификации С-300 — они перехватывают угрозы за сотни километров. Средний радиус закрывают системы семейства «Бук». На ближних подступах работают «Тор», «Панцирь-С1», «Оса», «Стрела-10» и переносные комплексы.

По оценкам военных экспертов, сегодня эта эшелонированная система способна перехватывать 90-95 процентов целей и считается одной из наиболее развитых в мире.

У зенитчиков, круглосуточно дежурящих у радаров, есть свои неофициальные девизы. Одни звучат строго: «Ничто не пролетит незамеченным!» Другие — с долей профессионального цинизма: «Сами не летаем и другим не даем».

И в этой армейской шутке кроется вся суть Зенитных ракетных войск. Принцип чистого неба, во имя которого расчет С-75 утром 1 мая 1960 года сбил «неуязвимый» U-2 Фрэнсиса Гэри Пауэрса, сегодня стал законом. Эра безнаказанных полетов над территорией России закончилась тогда, под Свердловском. Сегодня это правило гарантируют «Панцири» и С-400.