«В ней — воля народа» Когда на Руси появилась «дума», за что ее ругал Сталин и почему этим словом назвали современный парламент?
120 лет назад, весной 1906 года, состоялось первое заседание Государственной Думы Российской империи. Хотя она просуществовала всего 72 дня и вошла в память современников как «Дума народного гнева», именно с нее началась история российского парламентаризма. При этом слово «дума» появилось задолго до XX века и никогда не сводилось лишь к названию парламента. Оно сопровождало русскую политическую культуру на протяжении столетий — от боярских собраний при князьях до современной Госдумы. Что означает это слово, как менялось его значение и почему «дума» остается важнейшим элементом политической культуры России — в материале совместного проекта «Ленты.ру», Mash и политолога Алексея Чеснакова «По понятиям: русский политический словарь».
Слово «дума» — это не просто название законодательного органа. В русском политическом языке оно соединяет два смысла:
- коллективное размышление, обсуждение и совет;
- участие общества в выработке государственных решений.
В древнерусском языке «думать» означало не только размышлять самому, но и советоваться с другими. Поэтому слово «дума» изначально было связано с совместным поиском решения.
Уже в средневековой Руси важные дела решались не единолично: князь советовался с ближайшим окружением, прежде всего с боярами.
С X до XVIII века Боярская дума стояла во главе древнерусской администрации, была маховым колесом, приводившим в движение весь правительственный механизм
В этом смысле «дума» означала не столько акт власти, сколько способ его подготовки: сначала дело коллективно обсуждали, взвешивали разные позиции, согласовывали решение в процессе обсуждения, и только потом оно становилось волей правителя.
Помимо политического значения, слово «дума» закрепилось и в культуре. Так называется жанр народного эпоса — протяжные исторические песни о подвигах казаков. Именно этот жанр вдохновил русских поэтов XIX века на создание авторских «дум». Наиболее известный пример — цикл «Думы» поэта и декабриста Кондратия Рылеева.
Даже когда формы власти менялись — от княжеских советов и земских собраний до парламентских институтов, — за этим словом сохранялось главное: идея совещания, представительства и участия в принятии решений.
В современном политическом языке этот смысл закрепился за Государственной Думой: граждане избирают депутатов, а депутаты от их имени участвуют в законотворчестве и принятии важнейших государственных решений.
Политолог, руководитель научного совета Центра политической конъюнктуры (ЦПК) Алексей Чеснаков отмечает, что «дума» в этом смысле является не только институтом власти, но и принципом политической организации.
Историческое развитие Думы отражает эволюцию представительных форм власти в России — от княжеских и городских дум до современного парламента
«Сейчас Государственная Дума — центральный элемент системы представительной демократии в России. Она обеспечивает связь между гражданами и государством, служит механизмом выражения интересов общества и инструментом их согласования», — пояснил эксперт.
Поэтому «дума» — это больше, чем парламент. Это выражение самой идеи представительства, в которой соединяются государственная воля и процесс обсуждения и согласования решения с обществом. В более широком смысле «думать» — значит участвовать в общем деле и искать форму согласованного действия.
Слово «дума» относится к числу древнейших понятий русского политического языка. В древнерусском языке существовал глагол «думати», означавший «размышлять» и «советоваться» вместе с другими.
Существительное «дума» фиксировалось уже в ранних летописных текстах. В «Словаре древнерусского языка» Измаила Срезневского 1893 года оно определяется сразу в нескольких значениях: как совет, совещание, мысль, намерение, а также как круг единомышленников. Уже в этих ранних употреблениях видно, что «дума» не сводилась к внутреннему размышлению, а была связана с совместным обсуждением и действием.
Несть человеку мудрости, ни есть мужства, ни думы противу Господеви
Более подробно эту семантику раскрывает «Словарь древнерусского языка (XI-XIV веков)». В нем у слова «дума» выделяются три основных значения:
- мысль, замысел, намерение;
- совет, наставление;
- совещание, совместное обсуждение, совет.
Та же связь размышления, совещания и решения видна в древнерусском глаголе «думати», который употреблялся и в личном, и в коллективном значении: «думать о душе», «думу думати», но также «думе быть» и «совет держати».
Постепенно это значение стало политическим. «Дума» начала обозначать саму форму совещания — круг лиц, с которыми князь или царь обсуждал важные дела.
К XVII веку в языке закрепились устойчивые выражения, связанные с должностными лицами: «думный человек», «думный дьяк» и «дума бояр»
За ними стояла конкретная функция — участие в обсуждении государевых дел и подготовке решений.
Происхождение слова имеет несколько этимологических трактовок. Согласно «Этимологическому словарю русского языка» Макса Фасмера, «дума» — общеславянское слово, родственное польскому duma («раздумье», «гордость»), словацкому duma («размышление»), болгарскому дума («слово»). Оно также соотносится с германским корнем dōms — «суждение», «решение», «приговор». В более широком индоевропейском контексте это слово соединяло мысль, оценку и акт вынесения решения.
Иную версию предлагает Этимологический словарь русского языка Николая Шанского. Он связывает «думу» с древним глаголом dunǫti — «дунуть», «дыхнуть». В этом случае мысль понимается как дыхание или вдохновение — внутренняя работа духа, предшествующая слову и действию.
В письменных источниках слово «дума» встречалось уже в XI веке — прежде всего в летописях и княжеских актах, то есть грамотах. В них этим словом называли сам процесс совещания и согласования решений.
Формулы вроде «по думе» или «с думными людьми» указывали на то, что важные дела решались после обсуждения с ближайшим окружением правителя.
А жити нам, брате, по сеи грамоте: с Татары аже будеть нам мир, по думе; а не будеть нам дати выход, по думе же
При этом само выражение «Боярская дума» как название государственного института является позднейшим, ученым термином — оно появилось в трудах историков XVIII-XIX веков. В древнерусских источниках оно не встречается: тексты говорили о «думе бояр» или «совете с боярами».
Боярская дума — термин ученый, не документальный: его не встречаем в древнерусских памятниках, хотя употреблялось близкое к нему выражение «дума бояр»
Историки относят формирование думы как устойчивого совещательного органа к X-XI векам. Однако институционально она оформилась значительно позже — в XV-XVI веках, по мере складывания единого Русского царства. С этого времени государева Дума стала действующим высшим советом при великом князе, а затем — при царе.
В состав государевой думы входили так называемые «думные чины»: бояре, окольничие, думные дворяне и думные дьяки. Последние обеспечивали делопроизводство, готовили указы и связывали думу с приказами — центральными органами управления. Несмотря на усложнение аппарата власти, ключевым принципом работы думы оставалась совещательность.
Формально верховная власть принадлежала государю, однако «думное слово» имело политический вес. Многие решения — от внешней политики до внутреннего управления — принимались после обсуждения с думой и фиксировались как принятые «по приговору всех бояр» или «приговорили со всеми боярами».
Эта логика особенно ясно проявилась в Соборном уложении 1649 года, где подчеркивался сам процесс согласования важнейших государственных дел. Речь шла уже не только о государевой думе, но и о более широких формах совещания власти.
Как отмечал историк Михаил Кром, земские соборы возникли в результате расширения государевой думы: ее заседания стали проводиться совместно с Освященным собором, а затем — с приглашенными на совещания дворянами, посадскими людьми и купцами. Так принцип думного согласования был перенесен на уровень общегосударственных решений.
Говорил с своими государевыми бояры, и с околничими, и з думными людьми (...) чтобы те все великие дела, по нынешнему его государеву указу и Соборному Уложенью, впредь были ни чем нерушимы
Боярская дума существовала вплоть до реформ Петра I и оставалась важнейшим элементом системы власти. Она занималась повседневной «правительственной практикой» — от вынесения боярских приговоров, имевших силу законодательных актов, до рассмотрения докладных выписок и исполнения конкретных государственных поручений. Через нее проходили ключевые решения, а сама она воплощала принцип «совета при государе».
Петровские реформы и курс на европеизацию радикально изменили язык и устройство власти. Старое слово «дума» практически исчезло из официального употребления.
На фоне возвышения неродовитой служилой бюрократии и общей бюрократизации управления вместо «боярских приговоров» уже с 1696 года вводятся именные указы и высочайшие повеления. Появляются новые органы власти — Ближняя канцелярия, Консилии (Совет) министров, а затем Правительствующий сенат, учрежденный в 1711 году.
Последние заседания Боярской думы относятся к 1704 году, хотя «думные чины» еще упоминались в боярских книгах вплоть до 1712-го
Тем самым совещательная модель власти, связанная с думной традицией, уступила место рационально-бюрократической системе европейского образца, основанной на иерархии, регламенте и персональной ответственности чиновников.
Тем не менее само понятие «думы» — как формы согласования и коллективного рассуждения — не исчезло окончательно. Во второй половине XVIII века оно вернулось в политический язык уже в ином значении, не связанном с двором и царским советом.
Городские думы Екатерины II
21 апреля 1785 года Екатерина II подписала Жалованную грамоту городам, учредившую Общие и Шестигласные городские думы. С этого момента слово «дума» стало обозначать не совет при государе, а орган городского представительства.
Городовым обывателям дозволяется составить общую городскую думу
Общая городская дума состояла из выборных представителей — гласных и городского головы. Из их числа формировалась Шестигласная дума, которая ведала городским хозяйством, благоустройством, доходами и расходами.
Городские думы занимались хозяйственными и административными делами: благоустройством, городскими доходами и расходами, общественными повинностями. Хотя их полномочия были ограничены, именно тогда слово «дума» впервые оказалось связано с идеей гражданского представительства — коллективного решения дел от имени городского сообщества.
Кандидат философских наук, старший научный сотрудник Балтийского федерального университета (БФУ) им. Иммануила Канта Андрей Тесля отметил в разговоре с «Лентой.ру», что введение термина «дума» для обозначения органов городского самоуправления было частью демонстративного «русизма» Екатерины II. Он пришел на смену заимствованным и калькированным названиям петровской эпохи — таким как «бургомистр» или «ратуша» — и подчеркивал стремление к формированию собственного политико-правового языка.
Показательно, что при Павле I городские думы были переименованы на прусский манер в ратгаузы, однако уже в 1801 году Александр I вернул прежнее название.
Институт городских дум существовал вплоть до Октябрьской революции 1917 года: их состав и полномочия менялись, но принцип городского представительства сохранялся
Помимо городских дум, с XVIII века в Российской империи существовали и другие коллективные органы с аналогичным названием — например орденские или кавалерские думы. Это были собрания наиболее уважаемых лиц, награжденных соответствующим орденом, которые рассматривали вопросы награждения низшими степенями и подтверждали статус служилой элиты.
Проект Михаила Сперанского
Словосочетание «Государственная дума» в его современном значении впервые появилось в проектах Михаила Сперанского — юриста и государственного секретаря Российской империи в 1810-1812 годах.
В 1809 году он представил императору Александру I проект реформы «Введение к Уложению государственных законов», в котором предложил создать многоуровневую систему дум: волостные, окружные, губернские и Государственную.
Из депутатов, представленных от губернской думы, составляется законодательное сословие под именем государственной думы
Государственная дума должна была стать высшим законодательным представительным органом империи. Она собиралась бы ежегодно, без отдельного созыва, и рассматривала дела, предложенные министрами или членами Государственного совета.
Законодательной инициативы у думцев не было. Однако они получали право обращаться с представлениями о государственных нуждах, нарушении коренных законов и уклонении высших органов власти от ответственности.
Иначе говоря, Михаил Сперанский видел в думе не парламент в современном смысле, а часть многоступенчатой системы представительства: орган для обсуждения законов и контроля над исполнительной властью.
Никакой закон не может иметь силы, если не будет он составлен в законодательном сословии
В какой-то момент проект был близок к осуществлению: в 1810 году Александр I реформировал Государственный совет. Однако до созыва Государственной думы дело так и не дошло.
Проект предвосхитил появление парламентаризма в России почти на столетие.
Государственная Дума 1906-1917 годов
Слово «дума» вернулось в политический лексикон в начале XX века — на фоне революции 1905 года. Теперь им называли общегосударственный представительный орган.
Название «Государственная Дума» появилось не случайно. На петергофском совещании под председательством Николая II заместитель министра иностранных дел Сергей Крыжановский предложил назвать новый орган именно так — с прямой отсылкой к проекту Михаила Сперанского.
6 августа 1905 года Николай II подписал Манифест об учреждении Государственной Думы. Первоначально она задумывалась как совещательный орган при монархе и не обладала самостоятельной законодательной властью.
Признали Мы за благо учредить Государственную думу и утвердили Положение о выборах в Думу, распространив силу сих законов на все пространство империи
Историк и политический философ Андрей Тесля отметил в разговоре с «Лентой.ру», что появление Государственной Думы было попыткой компромисса — умиротворения общественного возбуждения через создание выборного, но совещательного органа. По замыслу министра внутренних дел Александра Булыгина, Дума должна была обсуждать законодательные предложения и роспись государственных доходов и расходов, оставаясь при этом вспомогательной по отношению к верховной власти.
Именно совещательный характер определил выбор названия: Дума мыслилась как своего рода аналог Боярской думы — места, где «рассуждают и обсуждают», но окончательное решение остается за царем
Ситуация изменилась после Высочайшего Манифеста об усовершенствовании государственного порядка 17 октября 1905 года, закрепившего принцип «никакой закон не может восприять силу без одобрения Государственной Думы». В соответствии с ним Государственная Дума становилась законодательным органом, а подданным императора гарантировались основные свободы — совести, слова, собраний, союзов и неприкосновенность личности.
Однако сам Манифест еще не был конституцией в строгом смысле. Как писал доктор исторический наук, профессор НИУ «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ) Кирилл Соловьев, на это определение скорее могли претендовать Основные государственные законы от 23 апреля 1906 года: именно они закрепили распределение полномочий между императором, Советом министров, Государственным советом (верхней палатой парламента) и Государственной Думой (нижней палатой).
По ним законопроект получал силу только после одобрения Государственной думой и Государственным советом, а затем — утверждения императором.
Последнее слово оставалось за монархом: он мог отклонить законопроект, распустить Думу и назначить новые выборы
Первая Государственная дума начала работу весной 1906 года. Ее открытие вызвало в обществе большое возбуждение: от депутатов ждали быстрых преобразований, расширения прав и решения земельного вопроса.
Совершается великое дело; воля народа получает свое выражение в форме правильного, постоянно действующего, на неотъемлемых законах основанного законодательного учреждения. Великое дело налагает на нас и великий подвиг, призывает к великому труду
Однако она просуществовала всего 72 дня: 8 июля 1906 года Николай II распустил Государственную думу I созыва. Главным предметом конфликта стали аграрный вопрос, пределы реформ и соотношение власти императора и органа народного представительства. Депутаты настаивали на расширении своих полномочий, а правительство — на сохранении верховенства самодержавия. Этот конфликт оказался неразрешимым в рамках существующей политической системы.
Первая Государственная Дума проработала всего 72 дня — с мая по июль 1906 года. Но за это непродолжительное время она успела стать символом народного представительства и надежды на большие перемены.
Главным предметом споров стал аграрный вопрос. Депутаты обсуждали, как решить земельный вопрос. Кадеты предлагали создать государственный земельный фонд за счет казенных, удельных, монастырских и части помещичьих земель, сохранив при этом образцовые хозяйства и предусмотрев выкуп отчуждаемой земли по рыночной цене. Трудовики шли дальше: они требовали наделить крестьян землей по трудовой норме и расширить законодательные права Думы, провести политическую амнистию и ликвидировать Государственный совет.
Правительство на уступки идти не собиралось. 13 мая 1906 года оно опубликовало декларацию, в которой отвергло принудительное отчуждение помещичьей земли, отказалось даровать амнистию и не согласилось на ответственность министров перед Думой. В ответ думцы выразили правительству недоверие. Конфликт стал открытым.
Обстановка еще больше обострилась в начале лета. 6 июня появился эсеровский «проект 33-х», предполагавший ликвидацию частной собственности на землю. А 8 июня широкий резонанс вызвала речь князя Сергея Урусова, который с думской трибуны обрушился на самодержавие и закулисные методы управления.
8 июля 1906 года Николай II распустил Государственную Думу. Власть сочла, что депутаты только усиливают смуту и превращают думскую трибуну в источник нового политического конфликта.
Утром 9 июля бывшие депутаты увидели манифест о роспуске на дверях Таврического дворца. Часть из них решила ответить на роспуск политическим заявлением. Около 220 бывших депутатов уехали в Выборг, находившийся тогда в составе Великого княжества Финляндского, сохранявшего особый правовой порядок. Совещание прошло 9-10 июля в гостинице «Бельведер». За основу воззвания взяли текст, подготовленный Павлом Милюковым, а редакционную комиссию возглавил Максим Винавер.
Авторы воззвания объявляли роспуск Думы неправомерным и призывали подданных к мирному сопротивлению: не платить налоги и не идти на военную службу до созыва нового народного представительства. «Граждане! Стойте крепко за попранные права народного представительства, стойте за Государственную Думу. Ни одного дня Россия не должна оставаться без народного представительства», — говорилось в тексте воззвания.
Однако этот призыв почти не получил отклика. Массового гражданского неповиновения не произошло. Воззвание осталось прежде всего политическим жестом.
В последующие годы Российская империя пережила еще три созыва Государственной Думы. Их состав, полномочия и политическая роль менялись. При этом законотворчество в значительной степени оставалось правительственным, большинство законопроектов готовили не депутаты, а министры.
Однако само появление парламента стало переломом в жизни Российской империи.
Слово «дума» перестало быть только историческим или философским понятием и стало названием реального института представительной власти
После отречения императора Николая II от престола в феврале 1917 года Государственная дума фактически прекратила работу. Осенью того же года Временное правительство официально распустило ее, готовясь к выборам в Учредительное собрание.
После Октябрьской революции 1917 года слово «дума» практически исчезло из политического языка. Для большевиков Государственная Дума была частью старого порядка — ограниченной формой буржуазного представительства в рамках самодержавной системы.
Позиция либеральных помещиков ясна. Они хотят участия в Думе именно потому, что не хотят участия в революционной борьбе
Уже в первые годы советской власти «дума» была вытеснена другим словом — «совет». Но это была не просто смена терминологии, а сознательный разрыв с прежней моделью представительства. Если дума в дореволюционной традиции предполагала обсуждение, согласование и посредничество между властью и обществом, то советская модель строилась на идее прямого классового выражения власти.
Советы были объявлены органами непосредственной власти трудящихся, без разделения полномочий и институциональных сдержек
Представительство в буржуазном смысле большевики рассматривали как форму отчуждения власти от народа.
Негативное отношение к Государственной Думе сложилось в революционной среде еще до прихода большевиков к власти. В 1906 году в статье «Государственная Дума и тактика социал-демократии» Иосиф Сталин называл ее «ублюдочным парламентом», подчеркивая ее зависимость от монарха и правительства: «Что такое Дума, из кого она состоит? Дума — это ублюдочный парламент. Она только на словах будет обладать решающим голосом, на деле же у нее будет лишь совещательный голос, ибо в качестве цензоров над нею будут стоять верхняя палата и вооруженное до зубов правительство…»
Такое понимание закрепилось и в советской историографии. В Малой советской энциклопедии 1928 года Боярская дума называлась «орудием самодержавия». В Большой советской энциклопедии 1972 года Государственная Дума характеризовалась как «учреждение, созданное для укрепления союза с буржуазией и перевода страны на рельсы буржуазной монархии при сохранении политического всевластия царизма».
При этом само слово «дума» не исчезло полностью. Оно сохранилось в культурной и поэтической традиции — в выражениях вроде «тяжкие думы», «думать о судьбе», «народная дума» в значении размышления или песни. Однако в официальном политическом языке оно стало историзмом.
Слово «дума» вернулось в политический язык в начале 1990-х годов — на фоне распада СССР и демонтажа советской системы. Вместе с отказом от модели «власти советов» начался поиск новых форм представительства, не связанных с советской традицией.
Обращение к дореволюционному понятию было осознанным.
Слово «дума» позволяло дистанцироваться от советского прошлого и одновременно подчеркнуть преемственность с более ранними формами российской государственности
В документах Конституционного совещания 1993 года именно название «Государственная Дума» было предложено для нижней палаты Федерального Собрания. Идея назвать парламент именно так принадлежала Сергею Алексееву, одному из авторов Конституции. Так слово «дума», исчезнувшее из политического лексикона почти на десятилетия, вновь стало названием законодательного органа.
Государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации
Конституция Российской Федерации 1993 года, статья 11
Первые годы постсоветского парламентаризма прошли в обстановке постоянных споров, попыток импичмента, отклоненных законопроектов и открытой конфронтации с исполнительной властью.
21 сентября 1993 года Борис Ельцин издал указ № 1400, предписывавший прекратить деятельность Съезда народных депутатов и Верховного Совета и провести выборы в Государственную Думу. Конституционный Суд признал действия президента не соответствующими действовавшей Конституции. Верховный Совет, в свою очередь, объявил о прекращении полномочий Бориса Ельцина и передаче их вице-президенту Александру Руцкому. Противостояние двух центров власти завершилось 3-4 октября вооруженными столкновениями, обстрелом Дома Советов и силовым разгоном парламента.
12 декабря 1993 года одновременно прошли выборы и всенародное голосование по новой Конституции. Она учредила Федеральное Собрание — двухпалатный парламент, нижней палатой которого стала Государственная Дума.
В 1990-е годы Госдума, как ее стали называть в обиходе, превратилась в арену острых политических конфликтов. Она унаследовала саму традицию споров и полемики, но действовала уже в новой политической реальности — рядом с сильной президентской властью и правительством.
Последнее время Думу в народе не жалуют (...) Депутаты больше заняты политическими интригами, а не заботой о благе России и россиян. Господа депутаты, давайте лучше заниматься делом. Терпение людей, терпение президента — небеспредельно
С приходом к власти Владимира Путина формат политического представительства изменился. Государственная Дума постепенно перестала быть площадкой открытого противостояния с исполнительной властью и стала институциональной частью вертикали власти.
В 2000-2010-е годы Государственная Дума постепенно превратилась в более управляемый центр законотворчества, где политическая конкуренция уступила место стабильности и управляемости. Если во втором созыве, в 1995-1999 годах, президент отклонял сотни законопроектов, то начиная с четвертого созыва (2003-2007 годы) такие случаи стали единичными. Политическая система выстраивалась вокруг исполнительной власти, а Государственная Дума все чаще поддерживала предложенную ею законодательную повестку.
При этом слово «дума» стало ассоциироваться не только с институтом власти, но и с ответственностью депутатов перед избирателями.
Роль Государственной Думы (...) значительно возросла. Существенно выше стала и ответственность депутатского корпуса — за реализацию тех обязательств, которые вы взяли перед избирателями
В дискуссиях русской общественно-политической мысли XIX века слово «дума» не занимало центрального места, поскольку не несло самостоятельной идеологической нагрузки.
Историк и политический философ Андрей Тесля в разговоре с «Лентой.ру» отметил, что в спорах славянофилов и западников середины XIX века с этим словом почти не связывалось принципиальных расхождений.
Для участников идейных столкновений 1840-х годов со словом «дума» не сопрягалось никакой конфликтной идеи, за исключением разве что несколько преднамеренно архаичного звучания, к которому тяготели славянофилы и были равнодушны западники
Ситуация изменилась в начале XX века, с появлением Государственной думы. Тогда слово получило новое институциональное содержание, однако и в этом качестве понималось по-разному.
Как подчеркивает Андрей Тесля, для одних Государственная дума была просто названием нижней палаты парламента, для других — формой добровольного самоограничения самодержавной власти, не затрагивавшей ее принципиальных оснований. Особенно ясно эта двойственность проявилась в реакции поздних славянофилов.
Несмотря на «русское» название, они воспринимали Государственную думу как воплощение западного парламентаризма — отказ от поиска собственной политической формы, отличной и от петровского самодержавия, и от европейской парламентской модели. В этом смысле Манифест 17 октября 1905 года стал для них символом утраченной надежды на иной путь.
Философские оценки деятельности Государственной думы также оставались противоречивыми. Нередко в ней видели не готовый институт, а пространство конфликта.
Нет, Дума — наша, Дума — русская, Дума — плод русской истории (...). Не менее этого Дума нисколько не есть подражательное, повторительное явление; никто из самых беззаветных западников не дерзнет сказать, что она есть «скопированное на Западе» учреждение
По-разному понимали ее назначение сами «думцы» и политики. Для одних она была ответственным законодательным учреждением, для других — опасной площадкой политической демагогии. Председатель Совета министров Петр Столыпин, например, предостерегал от превращения парламента в политический цирк.
Павел Милюков, лидер Конституционно-демократической партии (кадетской партии), напротив, воспринимал Думу как моральную трибуну, с которой можно открыто говорить о несостоятельности власти:
Мы потеряли веру в то, что эта власть может нас привести к победе (...) Не обращаясь к уму и знаниям власти, мы обращались тогда к ее патриотизму и к ее добросовестности. Можем ли мы это сделать теперь?
При этом, как отметил Андрей Тесля, несмотря на все идеологические споры и нежелание власти признавать конституционный характер реформ, Дума за десятилетие своего существования стала привычной частью государственной машины.
Идеи ликвидации представительства оказались маргинальными — даже в условиях Первой мировой войны управление страной уже не мыслилось без Думы
К середине XIX века слово «дума» уже закрепилось в русском политическом языке как «свое» название для коллективных органов власти и самоуправления. В отличие от слов «парламент» или «сейм», оно не воспринималось как заимствование или аналитический термин. За ним стояла собственная политическая и культурная традиция — совещания, коллективного рассуждения и поиска решения.
Это различие до сих пор сохраняется и на уровне смысла. В большинстве европейских языков слова, обозначающие парламент, происходят от глаголов говорения — речи, обсуждения, публичного высказывания.
В английской традиции слово parliament происходит от французского parler — «говорить» и восходит к XIII веку
В русском языке слово «парламент» впервые зафиксировано в 1646 году в «Вестях Курантах» — в описании Английской гражданской войны и применительно именно к английскому парламенту.
«Дума», напротив, связана не столько с говорением, сколько с размышлением и советом. Речь идет не только о публичной речи, но и самом процесс коллективного осмысления: коллективно обдумать дело, рассудить, взвесить разные позиции и выработать решение.
Поэтому различие между «думой» и «парламентом» не только терминологическое — оно отражает разные представления о власти и участии.
Политолог Алексей Чеснаков рекомендует:
- Борис Чичерин. О народном представительстве. СПб.: Наука, 2016;
- Василий Ключевский. Боярская дума Древней Руси. М.: Ладомир, 1994;
- Василий Маклаков. Первая Государственная Дума. От самодержавия к парламентской монархии. 27 апреля — 8 июля 1906 года. М.: Центрполиграф, 2022;
- Василий Маклаков. Вторая Государственная Дума. Политическая конфронтация с властью. 20 февраля — 2 июня 1907 года. М.: Центрполиграф, 2022;
- Анатолий Смирнов. Государственная Дума Российской империи. 1906-1917. М.: Центрполиграф, 2021;
- Вениамин Чиркин. Законодательная власть. М.: Норма, 2019.