«Доносились стон и вой» Нацистские «эскадроны смерти» пытали и убивали миллионы мирных женщин, стариков и детей. Что ими двигало?

«Лента.ру» совместно с Национальным центром исторической памяти при Президенте Российской Федерации продолжают цикл материалов «Без срока давности», посвященный преступлениям нацизма. Для уничтожения отдельных групп советского населения нацисты сформировали айнзацгруппы — эти «эскадроны смерти» несли страх, ужас и массовый террор, не щадя ни стариков, ни детей. В их задачи входило тотальное уничтожение евреев и других «расово неполноценных» народов, а также больных, госслужащих и коммунистов. Айнзацгруппы подразделялись на айнзацкоманды и тайлькоманды. Уклоняясь от столкновений с партизанами, они целенаправленно хватали мирных людей, выискивали своих жертв среди военнопленных и массово расстреливали или умерщвляли в специальных мобильных душегубках. По приблизительным данным, на счету «эскадронов смерти» более миллиона невинных жертв.

В один из весенних дней 1942 года село Александровка в Крыму содрогнулось от нечеловеческих криков — айнзацкоманда 11В прибыла для расправы над пациентами лечебницы для душевнобольных. Всех силой погрузили в машину-«душегубку»: отъехав метров 30 от калитки, она остановилась.

Вскоре страшный грузовик вернулся за следующей партией. Кто-то из зевак заметил, что, если пациентов не хватит, в «душегубку» начнут грузить детей и подростков. Испугавшись, Максимова убежала подальше от жуткого места. И только потом узнала, что трупы больных сбросили в противотанковый ров в двух километрах от города Карасубазар (ныне Белогорск).

«Любая снисходительность и нерешительность — это слабость»

Готовясь к вторжению в Советский Союз, пропагандисты НСДАП стремились расчеловечить образ советских граждан и военнослужащих и в глазах своих солдат и офицеров. Сопровождая наступающие части вермахта, они должны были выявлять врагов Третьего рейха — в первую очередь евреев и коммунистов — и безжалостно ликвидировать их.

Подобная стратегия была опробована еще в ходе аншлюса Австрии, вторжения в Чехословакию и Польшу. Конкретно для использования в СССР в мае 1941-го были сформированы четыре такие группы. Сама крупная из них, помеченная литерой A, насчитывала около тысячи человек и относилась к группе армий «Север». Ее отряды действовали в Латвии, Эстонии и Литве, а также в районах к востоку от этих республик до Ленинграда (Ленинградская и Калининская области). Айнзацгруппа B — 655 человек, приписанных к группе армий «Центр», — орудовала в Белоруссии и Смоленской области, к западу от Москвы. Зоной активности айнзацгруппы C (700 человек), сопровождавшей группу армий «Юг», значилась Северная и Центральная Украина. Наконец, айнзацгруппа D (600 человек, 11-я армия вермахта) промышляла в южной Украине, Крыму и на Кавказе.

«Нацистская оккупационная политика стала логическим продолжением геноцидной стратегии, — считает белорусский историк Святослав Кулинок.

Айнзацгруппы были введены в состав немецкой армии 28 апреля 1941 года секретным приказом главнокомандующего сухопутными войсками Вальтера фон Браухича. В их задачи входили действия в тылу, включающие обнаружение и подавление «враждебных Рейху и государству намерений лиц и организаций, а также информация командующих тыловыми прифронтовыми районами о политическом положении». Для централизованного управления «оперативными группами» в каждой армии вводилась должность уполномоченного шефа тайной полиции и службы безопасности (СД).

Незадолго до начала операции «Барбаросса» Гейдрих на служебном совещании объявил руководителям айнзацгрупп, что вторжение в СССР неминуемо и перед «эскадронами смерти» стоит задача провести «особое лечение», то есть ликвидировать «потенциальных противников».

Согласно приказу Гитлера на уничтожение, эта группа людей включала в основном еврейское население подлежащих оккупации территорий и прочие «низшие в расовом отношении элементы», а также функционеров и членов коммунистической партии. Гейдрих также говорил о том, что сам фюрер отдал приказ уничтожить еврейское население на Востоке и обязанности между айнзацгруппами и войсковыми частями урегулированы соглашением с соответствующими службами вермахта.

«Любая снисходительность и нерешительность — это слабость, представляющая собою опасность», — все нацистские приказы об обращении с советским населением требовали быть жестокими.

Во главе айнзацгруппы A встал Вальтер Шталекер, один из наиболее рьяных проводников расовой идеологии НСДАП. В ее задачи входило «умиротворение тыла» и выполнение «особых задач»: подавление любого сопротивления местного населения, расстрел активных партийных и советских работников, военнопленных, партизан, евреев (в первую очередь мужчин призывного возраста), цыган, умственно и физически неполноценных людей, асоциальных элементов. Прикрываясь знаменем борьбы с партизанами, высокопоставленный нацист беспощадно проводил на оккупированных территориях политику геноцида. Отметим, что аналогичные приказы имелись и в вермахте. Помимо «приказа об особой подсудности в зоне операции “Барбаросса”» следует также отметить дополнение к директиве № 33, изданное ставкой Гитлера, которое требовало проводить террор: «Командиры должны поддерживать безопасность и порядок на своей территории не требованием большего количества силы, а путем применения драконовских мер».

Перед нападением Германии на СССР личный состав айнзацкоманд готовили для проведения карательных операций на советской территории. Для этого со всего рейха отбирали сотрудников гестапо и уголовной полиции, работников СД с крепкими нервами, уже имевших опыт работы в условиях военных действий, побывавших вместе с частями вермахта во Франции, Чехословакии и других странах.

Старший руководящий состав органов полиции безопасности и СД знакомили с материалами о Советском Союзе, добытыми немецкой разведкой через свою агентуру. Одним из таких поставщиков информации был уроженец Москвы Вальдемар фон Радецкий, латвийский немец и штурмбаннфюрер СС, проживавший в Риге: в 1940-м нацисты отправили его под видом дипломатического представителя в СССР, где он занялся шпионажем.

Их командиры следили за соблюдением распорядка, проводили занятия по строевой подготовке и изучению материальной части оружия. Кроме того, командир роты распределял личный состав на работы. Воспитатели взводов читали лекции по истории, проверяли успеваемость солдат.

При этом общая численность айнзацкоманды 8 не превышала 60-80 человек, включая водителей и переводчиков. Костяк отряда составляли госслужащие среднего звена из гестапо и уголовной полиции, а также работники СД.

«Жертвы молились и пытались отстаивать свою невиновность»

Уже 22 июня 1941 года айнзацкоманда 8 покинула Германию и продвигалась вслед за боевыми частями группы армий «Центр». Первоначально она планировалась для выполнения задач полиции безопасности в Москве, однако ввиду неудачного для немцев наступления на советскую столицу осталась в Могилеве, где проводила расстрелы населения.

Свои операции айнзацкоманда 8 выполняла по одному и тому же сценарию: сначала окружался квартал или улица, после чего начинался обыск и поиск жертв. После поимки людей перевозили на заранее определенное и подготовленное место расстрела либо какое-то время держали в подходящих помещениях, после чего неминуемо происходила казнь. Выгруженные из грузовиков, они были вынуждены сидеть на земле и смиренно ждать своей участи. Потом их волокли силой либо вели через коридор из членов айнзацкоманды, при необходимости подгоняя палками.

«После сдачи своих ценностей и хорошо сохранившихся предметов одежды, если это не произошло еще во время ареста, они должны были лечь в яму лицом вниз, а затем их убивали выстрелом в затылок», — сообщается в одном из документов по разбиравшемуся в 1961 году в суде Мюнхена уголовному делу в отношении бывших сотрудников айнзацкоманды 8.

Старики и больные, не способные самостоятельно передвигаться, умерщвлялись уже в ходе «прочесывания».

В целях более компактного погребения изуверы укладывали трупы слоями. Часто перед смертью обреченному приходилось ложиться на тело своего товарища по несчастью, а ожидавшие у края ямы могли слышать и даже видеть, как убивают их соседей, родственников и друзей.

Чтобы создать впечатление, будто карательные акции спровоцированы поведением самих убитых, нацисты придумывали для казней различные причины: например, отсутствие у еврея необходимого отличительного знака, распространение антинемецких слухов, непокорное поведение, пребывание за пределами гетто и так далее. Например, после захвата Львова в июне 1941 года командир айнзацгруппы С бригадефюрер СС Отто Раш обвинил в убийствах местных заключенных «жидов из НКВД», что послужило предлогом для печально известного Львовского погрома.

В июле-августе 1941-го айнзацкоманда 8 находилась в Минске, осуществив не менее семи расстрелов еврейских женщин и детей. На одной из массовых казней, в которой погибли около 300 человек, присутствовал рейхсфюрер СС Гиммлер. Он заявил бойцам айнзацкоманды 8, что приказ фюрера необходимо проводить в жизнь при любых обстоятельствах и, если надо, с применением самых жестких мер.

Постоянное прямое участие в массовых убийствах не могло не оказывать на членов айнзацкоманд разлагающего влияния. Данное обстоятельство заставило нацистов подумать об альтернативных методах уничтожения неугодных людей. Вскоре для массовых убийств айнзацгруппы снабдили «душегубками» — специальными машинами с устройствами для отравляющего газа.

Айнзацгруппы уничтожали советских людей не в одиночку: всемерную «поддержку» им оказывали армейские части, полицейские подразделения и предатели из местных жителей. К весне 1943 года на оккупированных территориях СССР уничтожили не меньше полутора миллионов человек. Айнзацгруппы сгоняли своих жертв в шахты, овраги, карьеры, котлованы или специально выкопанные траншеи, после чего обирали, раздевали и расстреливали. Имущество жертв убийцы зачастую делили между собой.

Как следует из отчета айнзацгруппы А от 15 октября 1941-го, в Прибалтике нацисты очень полагались на «помощь» местного населения в уничтожении большевиков и евреев, «причем не должно было быть обнаружено руководство немецких властей».

Тем не менее в одной только Латвии к дню составления отчета были убиты 30 тысяч евреев. 500 человек уничтожили во время погромов в Риге. Оставшихся поместили в гетто и принуждали к тяжелым работам.

В Эстонии, где к 1940 году проживали всего 4,5 тысячи евреев, решить «еврейский вопрос» оказалось еще легче.

«Эстонская самооборона, образованная при приближении вермахта, сразу начала аресты евреев, но спонтанных погромов не произошло, — отмечалось в немецкой сводке донесений от 26 июня 1942-го. — Казни евреев стали осуществляться только полицией безопасности и СД после того, как евреи становились ненужными для выполнения работ. На сегодняшний день в Эстонии больше нет евреев».

В свою очередь, бригадефюрер СС Шталекер хвастался, что за первые четыре месяца вверенная ему айнзацгруппа А уничтожила 135 тысяч человек.

Показателен отчет айнзацгруппы B о деятельности с 15 ноября по 15 декабря 1942 года. Всего за один месяц входившая в ее состав зондеркоманда 7А убила 160 человек; зондеркоманда 7B — 86 человек, зондеркоманда 7С — 530 человек, айнзацкоманда 8 — 376 человек, и так далее.

«Гестаповцы вытаскивали трупы замученных людей и сбрасывали их в Кубань»

Зачастую «эскадроны смерти» проводили операции совместно с обычными армейскими частями. Так, 18 сентября 1941 года члены айнзацкоманды 8 устроили в городе Крупки под Минском совместную бойню с солдатами 3-го батальона 354-го пехотного полка вермахта. Обязанности распределялись следующим образом: «простые» военные выбрали место казни подальше от жилых домов, согнали евреев целыми семьями на базарную площадь, где местные полицаи провели перекличку по заранее составленному списку, а подразделение СД после массовой казни занялось сбором денег и ценностей — их обреченных заставили взять с собой и отложить в сторону перед экзекуцией.

Среди отобранных для «грязной работы» солдат лишь один отказался выполнять свою задачу. Кто-то шел на это «с тяжелым сердцем», другие, подогреваемые идеологией антисемитизма и природной жестокостью, наоборот, с большой охотой.

Вальтер фон Радецкий с первых дней войны состоял на службе в должности заместителя начальника зондеркоманды 4А. В июне 1942-го он оказался в оккупированном Курске, где арестовывал евреев, коммунистов и партизан. Всего же зондеркоманда 4А уничтожила в этом городе около 400 человек. В августе того же года подразделение перевели в Воронеж — и вновь нацисты рыскали по улицам и квартирам, допрашивали предателей и планомерно вели истребление еврейского населения.

После оккупации правобережной части города в 1942 году немецкое командование под предлогом очищения прифронтовой полосы издало приказ о выселении всего населения на запад. Руководил процессом фон Радецкий. Истинной целью нацистов, как позднее установили советские органы, являлось массовое уничтожение жителей, особенно больных, стариков и детей, а также расхищение оставшихся в Воронеже ценностей. Большинство карательных мероприятий осуществляла зондеркоманда 4А, оснащенная «душегубкой».

О ее злодеяниях поведали арестованные предатели из числа местных жителей. Среди преступлений зондеркоманды 4А — казнь около 60 детей в возрасте от 6 до 12 лет, вывезенных из больницы (им стреляли в головы в упор из автомата), расстрел 450 взрослых, находившихся на излечении в госпиталях, убийство 72 человек в Поповом логу.

Из числа выселенных воронежцев фон Радецкий набрал 25 человек, раздал им повязки и удостоверения полицейских — они начали проводить «очистку» города от оставшихся жителей, грабить имущество и все ценности грузить на машины для отправки в Германию.

Безжалостно уничтожались и евреи, и крымчаки, с которыми нацисты прежде не сталкивались. Командующий айнзацгруппы D Отто Олендорф даже отправил запрос в Берлин о расовой принадлежности этой народности, там посовещались и в декабре 1941-го прислали ответ: «крымчаки являются евреями, которые говорят на татарском языке и состоят в смешанных браках с окружающим населением». В итоге в Крыму истребили свыше 40 тысяч евреев и 6 тысяч крымчаков — практически всех, кто не успел эвакуироваться.

Зондеркоманда СС 10-А, ведомая штурмбанфюрером СС Куртом Кристманом и насчитывавшая около 200 человек, «прославилась» своими зверствами на территории Краснодарского края. Ее отряды заживо сжигали заключенных краснодарской тюрьмы, убивали пациентов городской больницы, не щадили и детей.

По воспоминаниям командира диверсионно-разведывательного партизанского отряда на Кубани Петра Игнатова, «немцы со свойственной им педантичностью провели обыски и облавы» в Краснодаре, арестовав почти всех мужчин. Их поместили в лагерь за колючей проволокой, оборудованный караульными башнями по углам. Скученность была такая, что пленники могли только стоять. В другой лагерь свозили арестованных стариков, женщин и детей.

Функции зондеркоманды, равно как и особенности комплектования ее личного состава могли отличаться, в зависимости от этапа войны и стоящих задач. Одним из самых кровавых подразделений даже на фоне остальных групп карателей была зондеркоманда СС под руководством уголовного преступника Оскара Дирлевангера. К ее созданию приложил руку сам Гиммлер, распорядившийся собрать отряд профессиональных убийц из осужденных за браконьерство и тяжкие преступления.

В январе 1942 года отряд переименовали в зондеркоманду СС «Дирлевангер». Это подразделение «отличилось» многочисленными убийствами мирных жителей. Позднее зондеркоманда выросла до штурмбригады и развязала массовую резню населения при подавлении восстания в Варшаве в 1944-м.

Существовали и зондеркоманды в концлагерях, набранные из их узников. Например, в Освенциме их принуждали ассистировать в массовом конвейерном убийстве сотен тысяч других заключенных нацизма в газовых камерах, в кремации и в утилизации пепла, сборе личных вещей, золотых зубов и женских волос.

«Истреблять все, что восстает против нас»

Особую ненависть членов «эскадронов смерти» вызывали партизаны. Их выявляли и убивали изощренными методами. Так, 20 сентября 1942 года члены одной из зондеркоманд захватили в плен у хутора Дружба на оккупированном Ставрополье восемь советских партизан. Одного зверски убили на месте поимки, тогда как остальных переправили в гестапо, базировавшееся в Черкесске. Там этих людей в течение суток подвергали жестоким пыткам и избиениям, после чего вывезли в лес на расправу: били прикладами автоматов, травили собаками, а затем раздели догола и закопали. Подобная участь грозила и мирному населению.

В ответ на эти слова начальник штаба Верховного командования вермахта Кейтель заявил: «Население должно знать, что будет расстрелян всякий, кто не работает, и что любой будет привлечен к ответственности за малейший проступок».

Разумеется, партизаны не собирались становиться мальчиками для битья. 23 марта 1942 года в партизанскую засаду угодил бригадефюрер СС Шталекер: после тяжелого ранения его пытались срочно эвакуировать в Прагу, но в самолете он скончался от потери крови. Так сложилась судьба одного из самых жестоких нацистских злодеев.

После войны руководители айнзацгрупп предстали перед трибуналом в Нюрнберге и на других процессах. Однако лишь 14 из 24 обвиняемых приговорили к смертной казни как военных преступников, и только в отношении четырех приговор привели в исполнение — остальным наказание решили смягчить.

Удавалось выкручиваться и руководителям более мелких подразделений. Командир зондеркоманды 10А Кристман, за время войны выросший в звании до оберштурмбаннфюрера СС, в мае 1945-го скрылся с поддельным паспортом, а после разоблачения и помещения в лагерь для интернированных лиц бежал. Еще через три года он попал в Аргентину и сохранил верность идеологии нацизма.

Кристман перепробовал себя в различных ипостасях и в 1956-м осмелился вернуться в родной Мюнхен, где занялся недвижимостью и вскоре стал одним из богатейших людей города. Преступления в Краснодаре всплыли в следующем десятилетии, однако старый нацист пытался избежать уголовного преследования, буквально штампуя поддельные документы. Когда его все-таки приперли к стенке, Кристман заявил, что ничего не знает о ликвидации евреев, а в «душегубках» «уничтожались только партизаны, диверсанты и шпионы».

В итоге в 1980-м подсудимого приговорили к десяти годам тюрьмы за участие в военных преступлениях. Кристман отсидел только пять лет. Свои последние полтора года, вплоть до кончины в апреле 1987-го, он провел на свободе. В СССР тогда уже вовсю шла перестройка.

Что же касается фон Радецкого, то еще в 1948-м ему назначили 20 лет лишения свободы. Затем срок сократили вдвое, а в 1951 году его освободили. Убийца тихо работал в крупной фармацевтической компании в Леверкузене и занимался популяризацией культуры прибалтийских немцев.

А вот командир айнзацгруппы В Артур Небе сложил свою голову еще до завершения войны, в начале марта 1945-го. Правда, повесили его не за убийство советских граждан, а за участие в заговоре 20 июля 1944 года. Но заговорщики, как видно по их биографиям, симпатии к СССР отнюдь не питали.