Переходят границу. Турция мягко захватывает страны бывшего СССР. Почему Россия не может ей помешать?

Фото: Arif Akdogan / Getty Images

В конце июля профессор турецкого университета Малтепе (Стамбул) Хасан Унал наделал шума и в российских, и в турецких СМИ. В интервью «Ленте.ру» он говорил о том, что у Турции нет стремления построить тюркский мир, конкурирующий с Россией, и даже допустил сделку между Анкарой и Москвой по Крыму. В Анкаре поспешили опровергнуть только смелое предположение насчет сделки, но не миролюбивые настроения по отношению к России. Меж тем уже долгие годы Турция не жалеет денег на культурные проекты, которые продвигают идеи единства мусульман и тюрков в возрожденной Османской империи. И особенно — в странах бывшего СССР. Как «мягкая сила» Турции меняет политический климат возле российских границ и собирается ли Москва что-то противопоставить культурной экспансии союзника — в материале «Ленты.ру».

Политический конструктор

Сразу после распада СССР Турция одной из первых признала независимость молодых национальных республик — Азербайджана, Казахстана, Киргизии, Туркмении и Узбекистана. Анкара быстро поняла, что события 1991 года — ее шанс на укрепление влияния в регионах, населенных тюрками. И действовать решено было при помощи «мягкой силы».

В турецких СМИ, рассчитанных на аудиторию из стран СНГ, представителей тюркоязычных народов стали называть просто турками — например, «узбекскими»

Для этих целей создали одну из главных культурно-образовательных организаций Турции — «Агентство сотрудничества и развития тюрок» (TIKA). Согласно сайту TIKA, в ее задачи входит «формирование структуры, идентичности и инфраструктуры тюркских республик, а также совместное возрождение и развитие культуры и искусства тюркских народов». Аналогичной работой занимаются Международная организация изучения тюркской культуры (ТЮРКСОЙ) и центры культуры Института имени Юнуса Эмре.

В начале 1990-х эти организации активно вкладывались в гуманитарные проекты, которые укрепляли бы культурную связь с Турцией: в бывших республиках строили школы, детские сады, мечети, культурные центры, дома престарелых. Страны активно предоставляли эти возможности: за несколько лет только TIKA открыло дюжину центров в странах бывшего СССР — на сайте агентства их называют «исконными землями Турции».

Кроме того, в бывших союзных республиках появлялось все больше протурецких религиозных организаций, многие из которых занимались благотворительностью. Анкара также запустила программы по обмену студентов и начала предоставлять гранты на обучение, вести открытую пропаганду тюркского национализма, обращения к исламским ценностям и объединения. Однако постепенно Турции пришлось снизить обороты.

Дело в том, что столь дерзкая политика постоянно вызывала недовольство официальной Москвы, контролировавшей происходящее в бывших республиках. И это было нежелательно для Анкары, которая совершенно не собиралась бросать Москве этот вызов, указал в разговоре с «Лентой.ру» сотрудник Фонда МПК Меркатор Центра прикладных исследований Турции при Немецком институте международных отношений и безопасности (SWP-Берлин), эксперт клуба «Валдай» Гюней Йылдыз.

По крайней мере турецкие власти не будут вступать в конфронтацию с Россией без помощи стран НАТО

Гюней Йылдызэксперт клуба «Валдай»

«Но вот тут возникает проблема: на помощь альянса в данном вопросе Турции не приходится рассчитывать», — рассказал эксперт. Йылдыз пояснил, что НАТО и Турция не могут действовать сообща, потому что у них разная культурная и гуманитарная политика. Например, обращение к исламской идентичности — это особенность турецкой политики «мягкой силы», не характерная для других стран НАТО.

По мнению старшего научного сотрудника Института всеобщей истории РАН Алексея Муравьева, у Анкары свой подход к внешней политике, который отличается от подхода западных стран. Турция действует сразу на трех направлениях: в странах с мусульманским населением, в странах, бывших частью Османской империи, и в странах с тюркоязычным населением. Такой подход Муравьев называет «политическим конструктором», который предполагает сочетание разных элементов военной, политической и культурной экспансии.

Многосторонние отношения

Профессор Унал, автор громкого заявления о «сделке» России и Турции по Крыму, также говорил о том, что Москве не стоит переживать по поводу торговли оружием между Анкарой и Киевом и других тесных контактов двух стран. Однако в Москве все же переживают, и небезосновательно.

Украинско-российский конфликт для Турции подобен хождению по канату. Россия нам слишком дорога. Поэтому ничто не стоит того, чтобы наносить ущерб нашим отношениям с Россией

Хасан Уналпрофессор турецкого университета Малтепе (Стамбул)

Хотя взаимодействие стран активизировалось еще после распада СССР, оно стало особенно продуктивным после 2014 года — Анкара и Киев нашли неожиданно много общего после присоединения Крыма к России. Крымские татары, живущие на территории Турции, устраивали протесты против «оккупантов» полуострова еще при украинских властях. Теперь же Турция и Украина собираются активно работать ради «защиты прав крымчан и деоккупации полуострова»: Эрдоган поддержал инициативу Киева по созданию «Крымской платформы».

Площадка заявлена как просветительская, но ее задачей, вероятно, станет формирование коалиции стран, готовых проводить антироссийскую политику по крымскому вопросу. В этом плане Турция будет лучшим союзником: она сможет активно продвигать свои культурные и экономические проекты — причем так, чтобы не испортить отношения с Россией. Одним из таких проектов может стать, например, строительство жилья для крымских татар на Украине, об этих планах говорят с 2015 года.

Реджеп Эрдоган и Владимир Зеленский

Реджеп Эрдоган и Владимир Зеленский

Фото: Глеб Гаранич / Reuters

Анкара и сама уже давно и продуктивно работает с населением Крыма, в первую очередь татарами. Еще в 1992-м на полуострове запустили сразу несколько культурно-образовательных проектов, в том числе TIKA, Фонд культуры и взаимопомощи крымских татар, Фонд развития Крыма и «Меджлис крымско-татарского народа» (запрещен в России).

Действует турецкая «мягкая сила» и на территории Украины: TIKA восстанавливает дома престарелых и обучает военных корреспондентов, а центры культуры Института имени Юнуса Эмре ведут активную работу с иностранными студентами, предоставляя им государственные стипендии на обучение в турецких вузах и организуя «Летние школы турецкого языка». Открыто данные о стоимости этих проектов не публикуются, масштабы финансовой поддержки косвенно можно оценить по экономическим показателям. Агентство Anadolu писало, что в 2020 году Анкара стала лидером по объему инвестиций на Украину — они составили порядка трех миллиардов долларов.

Впрочем, Гюней Йылдыз считает, что культурная экспансия — далеко не главная задача Турции на Украине. Прежде всего Анкара использует Киев для усиления давления на другие страны и работы с собственными внутренними проблемами. Разговоры о возрождении Османской империи актуальны для самих турок, а не для крымских татар.

Так, очередное заявление Турции об отказе признать полуостров российским совпало с голосованием по конституционным поправкам 2017 года, которые расширили бы полномочия Эрдогана. Тогда жесткое заявление по российскому региону позволило объединить сторонников политики президента, и поправки одобрили.

Турция считает распространение влияния на Украине скорее тактической целью. Она хочет сделать ее рычагом давления на Россию и Запад

Гюней Йылдызэксперт клуба «Валдай»

Возможно, поэтому российские власти не опасаются турецкой экспансии в Крыму и закрывают глаза на ее инициативы в регионе. Российский президент Владимир Путин заявил, что разные позиции о принадлежности полуострова — не более чем личные убеждения, не играющие роли в отношениях России и Турции. А также напомнил, что экономическое сотрудничество двух стран успешно развивается, и Анкара в этом реально заинтересована.

Я не знаю, что планирует президент Эрдоган, как он относится к османскому наследию. Это вы у него спросите. Я знаю, что сегодня объем торгового оборота у нас — свыше 20 миллиардов долларов

Владимир Путинпрезидент России

Однако есть другие регионы на пространстве бывшего СССР, где разговоры о тюркском мире и возрождении османского величия действительно находят живой отклик, — и Турция умело этим пользуется, создавая абсолютно преданных себе национальных лидеров.

Азиатско-кавказский коридор

В Азербайджане охотно возрождают идеи пантюркизма, исламизма и национализма. Анкара же предстает «прозападным и прогрессивным» старшим братом Баку, а потому ее проекты привлекательны и для азербайджанской молодежи.

Исследователи указывают: после распада СССР Турция фактически «подобрала» Азербайджан, оказавшийся на периферии внимания России. Тогда в страну пришли TIKA, ТЮРКСОЙ и центры Юнуса Эмре, занялись выдачей стипендий и восстановлением памятников. Гуманитарные проекты стали эффективным инструментом насаждения протурецкой политики, как можно было заметить во время последней карабахской войны 2020 года.

Нагорный Карабах, село Талиш под контролем азербайджанских войск

Нагорный Карабах, село Талиш под контролем азербайджанских войск

Фото: Aziz Karimov / Reuters

Именно Турция оказывала активную поддержку Баку в военно-технической сфере и вела пропаганду «возвращения и возрождения азербайджанских территорий». Результат налицо: 91 процент населения Азербайджана (по данным на 2013 год) считали Турцию своим главным союзником, и только один процент говорил то же о России. При этом Москва, а не Анкара является непосредственным участником переговоров по Карабаху с 1996 года, и именно в Москве при ее прямом посредничестве было подписано соглашение о прекращении огня.

Азербайджан играет ключевую роль для Турции, так как становится «мостом» для расширения турецкой экспансии сразу в два региона — в Среднюю Азию и на Кавказ. С азиатскими республиками Анкара не рискует проводить политику по модели «одна нация — два государства»: в прошлом они отнеслись к идеям пантюркизма прохладно. Нур-Султан до сих пор предпочитает прагматичный подход: в перечне его основных внешнеполитических приоритетов вовсе не «братские народы», а наиболее выгодные партнеры — Китай, США, Европейский союз. Турции в этом перечне нет.

Тем не менее в Казахстане давно работают все те же TIKA и другие гуманитарные организации, а Турция уже поднялась на пятое место в списке экономических партнеров страны. Кроме того, Анкара включила Казахстан и Киргизию в Совет по сотрудничеству тюркоязычных стран, в планах которого — активная интеграция в сферах политики, экономики, культуры, образования, туризма в рамках Тюркской стратегии на 2020-й — 2025 годы и Тюркского видения на 2020-й — 2040 годы.

Более приветливо к Турции настроены на Кавказе, где давно реализуются крупные инфраструктурные проекты. Еще в 1993 году Анкара инициировала строительство железной дороги Баку — Тбилиси — Карс в обход путей, проложенных в СССР. В 2013 году проект стал частью китайской инициативы «Один пояс, один путь», который предполагает соединение КНР с Европой через Казахстан, акваторию Каспийского моря, Азербайджан и Грузию. Турецкие власти не раз признавались, что считают Грузию ключом регионального сотрудничества. Протурецкие организации занимаются восстановлением мечетей в стране, выдают гранты на обучение и участвуют в научных и гуманитарных проектах.

Интересы современной Анкары совпадают с интересами Османской империи. Наши физические границы отличаются от границ в нашем сердце. Разве можно отличить Ризе от Батуми?

Реджеп Тайип Эрдоганпрезидент Турции

Кроме того, еще в 2008 году Эрдоган предлагал создать кавказскую платформу мира и стабильности для урегулирования конфликта между Грузией и Южной Осетией. Этот формат должен был охватить Турцию, Россию, Азербайджан, Армению и Грузию, однако Москва не хотела уступать Анкаре первенство в урегулировании региональных конфликтов. Сейчас главный интерес Анкары на грузинском направлении представляет регион Аджария, где живет значительная доля мусульман, часто — выходцев из Турции. И Тбилиси явно проигрывает борьбу за симпатии местного населения.

Еще одна страна, где экспансия Турции заметна невооруженным глазом, — это Молдавия. На деньги турок строят детские сады, школы, а также реконструируют единственный молдавский порт на Черном море — Джурджулешты. Анкара также предоставила 35 миллионов долларов на строительство дорог.

300миллионов евро

превысил капитал турецких компаний в Молдавии по данным на 2020 год

Особенно активно Анкара реализует свои проекты «мягкой силы» в Гагаузии — территориальном образовании в составе Молдавии, уникальном для постсоветского пространства регионе, тюркоязычном и православном одновременно. Сейчас там за 10 миллионов евро строят стадион, на открытие которого уже пригласили высокопоставленных турецких политиков, в том числе Эрдогана. В 2020 году в Гагаузию ввезли турецкой продукции на 39,2 миллиона долларов.

Фото: Глеб Гаранич / Reuters

***

Культурные проекты лишь кажутся далекими от политики. Анкаре важно не только продвигать свои интересы в разных странах, но и растить поколение, которое будет считаться с ее мнением добровольно, а не по указке и принуждению. Это поколение скоро вырастет, и некоторые получат гранты на обучение от ТЮРКСОЙ. Фактически этой мягкой экспансии ничто не мешает. На турецкие деньги уже живет не только Азербайджан, который всегда относился к Анкаре как к «старшему брату», но и страны, традиционно находившиеся в орбите российского влияния: Украина, Казахстан и Молдавия.

Российские власти сравнивают TIKA и ТЮРКСОЙ с центрами «Русский мир». Однако в действительности инициатив, сопоставимых по влиятельности с турецкими, у России пока нет. Пока тюркоязычные националисты с безупречным образованием внедряются в высшие эшелоны власти стран бывшего СССР и готовят антироссийские инициативы, представители «Русского мира» гордо рассказывают о том, как «турецкие друзья» ценят творчество Владимира Высоцкого и посвящают ему свои встречи. Если Москва не расширит «интеграционные сети» и не изменит свою политику на постсоветском пространстве, она из выгодного союзника постепенно превратится в нежелательного соседа, партнерство с которым не приносит никакой пользы.

Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.