Новости партнеров
Прослушать статью

Турция строит новую Османскую империю. Какое место в ней займет Азербайджан?

Фото: Anadolu Agency / Contributor / Getty Images

Победоносная для Азербайджана война с Арменией серьезно изменила баланс сил в регионе. России удалось вернуть худой мир в Нагорный Карабах, однако она перестала быть единственным крупным игроком в Закавказье. Влияние Турции, поддержавшей Азербайджан словом и делом, значительно выросло и теперь сопоставимо с российским. Турецкие военные продолжают совместные учения с азербайджанской армией, а турецкое государственное агентство «Анадолу» вновь заговорило об отношениях между Анкарой и Баку в русле концепции «одна нация — два государства». Станет ли Азербайджан частью новой Османской империи, разбиралась «Лента.ру».

Пошушукались

Город Шуша — настоящий символ Нагорного Карабаха. Именно взятие Шуши предопределило победу Азербайджана в конфликте. Поэтому неудивительно, что именно там президент страны Ильхам Алиев вместе с турецким коллегой Реджепом Тайипом Эрдоганом подписали двустороннюю декларацию, которая, по словам азербайджанского лидера, имеет «историческое значение».

Алиев подчеркнул, что отношения между двумя странами всегда являли собой пример «уникального союзничества и сотрудничества», но подписание Шушинской декларации выводит их на качественно новый уровень. Конечно, декларация юридически не является обязывающим документом и не зафиксировала формирование полноценного военно-политического блока двух стран.

Однако документ предполагает совместные усилия двух стран в поддержании глобальной и региональной безопасности, создание механизмов свободного перемещения товаров, расширение сотрудничества в сфере оборонной промышленности. И, пожалуй, самое главное его положение гласит: теперь военные действия против одной из стран автоматически означают объявление войны и второй. Уже после возвращения в Турцию Эрдоган раскрыл планы создания в Азербайджане турецкой военной базы.

С 28 по 30 июня страны также провели совместные учения «Мустафа Кемаль Ататюрк-2021». Они были запланированы еще до подписания Шушинской декларации, однако визит Эрдогана в Азербайджан предваряла встреча военных на самом высоком уровне, где обсуждалось сотрудничество в сфере безопасности. Это уже 22-е совместные учения за последние три года. Все это укладывается в заявленное Алиевым желание Азербайджана создать «уменьшенную копию турецкой армии».

Нынешние договоренности — продолжение процессов, планомерно идущих с 2017 года, когда между странами была подписана 21-я статья соглашения о сотрудничестве в области оборонной промышленности. Она позволила туркам начать подготовку азербайджанского офицерского корпуса на учебно-материальной базе ВС Турции. Это позволит уже в ближайшей перспективе интегрировать армию Азербайджана в проводимые Турцией военные операции и заменить базовые высшие военные учебные заведения с российских на турецкие, что позволит свести к минимуму неформальные контакты между офицерскими корпусами ВС РФ и Азербайджана.

Причем поколение выпускников турецких военных академий — это преимущественно молодое офицерство, отличившееся в ходе недавней войны. Это позволяет им «подсиживать» старое офицерство, получавшее свое образование в России. В частности, увольнение начальника генерального штаба ВС Азербайджана Наджмеддина Садыкова связывают именно с его ориентацией на Россию и критикой роста турецкого влияния. А Анкара всегда готова оказать помощь и протекцию ориентированным на нее военным.

18 000
азербайджанских военных прошли подготовку в Турции

Турция активно поощряет модернизацию азербайджанской армии. По заявлению главы Минобороны Турции Хулуси Акара, для этого уже разработана соответствующая дорожная карта. 6 апреля страны утвердили соглашение, позволяющее турецким военным предприятиям разворачивать свою деятельность на территории Азербайджана. При этом турецкие компании сотрудничают с азербайджанской оборонкой как минимум с 2018 года.

Впрочем, суть турецкой политики в сфере безопасности в регионе заключается не только в военном сотрудничестве. 27 октября 2020 года турецкая газета Turkiye выпустила номер с призывом «Решение в армии Турана». В нем авторы призывали к созданию единой пантюркистской армии в составе Турции, Азербайджана, Казахстана, Узбекистана, Туркменистана и Киргизии. Это наглядно показывает, что развитие военных связей — лишь часть последовательной стратегии Турции, за которой стоят политические факторы.

Два народа — один путь

«Какое-то время назад мы разделились, теперь мы едины, одна нация — два государства», — так начинается песня азербайджанского певца Талиба Талея.

Это прекрасно отражает настроения в азербайджанском обществе. По данным социологических опросов, 91 процент населения страны считает Турцию своим главным союзником. Несомненно, что после поддержки, которую Анкара оказала Баку в ходе прошлогоднего конфликта в Нагорном Карабахе, это мнение только укрепилось.

На митинге в поддержку армии в июле 2020 года азербайджанцы скандируют: «Русские, персы и армяне — враги тюрок»

В частности, азербайджанский миллиардер Ильхам Рахимов, имеющий близкие отношения с Алиевым, в интервью проправительственной газете «Ени Мусават» заявил, что странам пора перейти от модели «одна нация — два государства» к модели «одна нация — одно государство». 

Подобной точки зрения придерживаются не только в провластных, но и в оппозиционных кругах. К примеру, Гюльтекин Гаджибейли, одна из ведущих членов Национального совета демократических сил, заявляла, что «идеал Турецкой Конфедерации является наиболее реалистичной моделью выхода из конфликтов и противостояний, существующих в современном мире, особенно в нашем геополитическом регионе, в котором наша страна совершенно не застрахована». 

Идея азербайджано-турецкого единства витает в стране еще с начала 90-х. Как считает кандидат социологических наук в Бакинском государственном университете (БГУ) Санубар Гейдарова, причиной массового увлечения азербайджанцев турецкой культурой было желание вернуться к своим тюркским корням, вытеснив все советское, включая русскоязычие.

Это активно поддерживали и тогдашние власти страны. Первый президент Азербайджана Абульфаз Эльчибей с гордостью называл себя «солдатом Ататюрка» и вставал на защиту идеи объединения Турции и Азербайджана в форме конфедерации. В те же годы Сулейман Демирель, занимавший тогда пост премьер-министра Турции, говорил, что у его страны появилась уникальная перспектива «определять политическое будущее мусульманских республик СНГ». Для реализации этой цели при турецком МИДе даже было создано Агентство тюркского сотрудничества и развития (ТIКА), цель которого заключается в развитии отношений с тюркоязычными странами бывшего СССР.

Абдульхалюк Чей, бывший руководитель этого агентства, заявлял, что современная Турция, как наследница Османской империи, должна развивать эти отношения даже ценой конфронтации с Россией. Кроме того, Турция была первой страной, признавшей независимость постсоветских тюркоязычных республик. В те годы турецкие политики восторженно обсуждали возможности для «восстановления тюркского единства», а в СМИ появлялись новые термины: «узбекские турки», «киргизские турки», «татарские турки» и просто — «внешние турки».

Особо привлекательной Турцию для азербайджанской молодежи делает то, что в стране активно пропагандируются светские ценности, считает азербайджанский историк Алтай Геюшев. Она близка молодым людям по духу, но более свободна, чем их родина. Анкара активно поддерживает эти устремления через сеть турецких лицеев и стипендиальных программ для азербайджанской молодежи, что позволяет с каждым годом укреплять связи между двумя странами.

26 000
стипендий выдали турецкие власти тюркоязычным студентам

Российско-сирийский журналист Аббас Джума считает, что концепция «два государства — один народ» является крепким фундаментом для дальнейшей интеграции, а участие турок в последней Карабахской войне и победа в ней еще более укрепили и оживили этот формат. Эксперт уверен, что посещение именно Шуши, который называют «ключом к Карабаху», во время последнего визита Эрдогана символично и знаково само по себе.

Мост в Азию

С развалом СССР на территории его бывших республик началось выстраивание новых логистических цепочек, связывающих Азию и Европу. Локомотивом этих изменений выступали США, Великобритания и Китай, заинтересованные в расширении грузопотока. В новые маршруты, пролегающие через Закавказье, постаралась встроиться и Турция.

Первым таким проектом стало строительство нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан, предназначенного для транспортировки нефти из Каспийского региона в Европу. Договор о начале его строительства в 1998 году между президентами Турции, Азербайджана, Грузии, Казахстана и Узбекистана был заключен при посредничестве министра энергетики США. Однако по завершению строительства в 2005 году, оператором нефтепровода и самым крупным акционером стала британская Вritish Рetroleum (BP).

В 2013 году Турция стала участником китайской инициативы «Один пояс, один путь». Транскаспийский международный транспортный маршрут предполагает соединение Китая с Европой через Казахстан, акваторию Каспийского моря, Азербайджан и Грузию. Помимо Турции в проект вошли Туркменистан, Казахстан, Азербайджан, Украина, Польша и Румыния. Именно в его рамках и было реализовано строительство железной дороги Баку — Тбилиси — Карс.

Итоги Карабахской войны, к которым приложила руку и Анкара, заложили основу для дальнейшего развития транспортного маршрута из Азербайджана в Турцию и далее в Европу. Благодаря заключенным соглашениям стало возможно начало консультаций о разблокировании сообщения между Арменией и Азербайджаном — впервые за 30 лет.

19 апреля было объявлено о начале строительства из Нахичеванской автономной республики в Азербайджан железной дороги, которая станет частью маршрута из Анкары в Баку и далее в Иран и Пакистан. Решение о ее строительстве было принято в январе по итогам московских переговоров Алиева с армянским премьером Николом Пашиняном. Как уже писала «Лента.ру», годовой объем грузоперевозок по ней достигнет 10 миллионов тонн, и дорога окупится уже через 12 лет.

434
миллиона долларов
будет стоить железная дорога, соединяющая Нахичевань и Азербайджан, Армению и Россию

Важны для турецкого правительства и маршруты через Каспийское море. На фоне падения товарооборота с Азербайджаном с 3 миллиардов долларов в 2013 году до 2,2 миллиарда в феврале 2020 года было подписано соглашение о преференциальной торговле, которое вступило в силу с 1 марта 2021 года. Договор обнулил квоты и пошлины на экспорт и импорт продукции по 15 товарным группам. Более того, Баку и Анкара ведут переговоры о создании свободной экономической зоны. В качестве ее возможных локаций называются турецкая провинция Игдыр и азербайджанская Нахичеванская автономная республика, железнодорожное сообщение между которыми и будет связывать Азербайджан и Турцию.

В Анкаре открыто говорят о связанных с этим выгодах. Спикер президента Ибрагим Калын заявил, что открытие коридора «по меньшей мере так же важно, как освобождение Карабаха». Председатель парламента Мустафа Шентоп назвал это «возрождением исторического Шелкового пути». Азербайджан может стать для Турции своеобразным мостиком в Среднюю Азию, что даст Анкаре еще один инструмент давления на Россию и ресурсную базу для дальнейшей экспансии на Ближнем Востоке.

Статус кво

Однако, несмотря на растущие масштабы сотрудничества, нельзя сказать, что сейчас Азербайджан полностью находится в турецкой орбите влияния. Как подчеркнул в беседе с «Лентой.ру» эксперт международного дискуссионного клуба Валдай политолог Фархад Ибрагимов, нынешнее международное положение полностью устраивает Баку: тесные отношения с Турцией, достаточно хорошие и прагматичные отношения с Россией, нормальные отношения с Ираном, Европой и прочими.

В то же время эксперт призывает не забывать о том, что Азербайджан занимает одно из ключевых мест в турецком проекте по расширению влияния Анкары на постсоветском пространстве, поскольку ему, исходя из роли и географического значения Азербайджана как такового, отведена роль связующего звена. Однако политолог считает, что сейчас сил и ресурсов для подобного проекта у Турции нет. При этом возможности страны выйти на рынки Центральной Азии абсолютно реалистичны, а этот регион обладает огромным потенциалом, прежде всего ресурсным.

Также эксперт отметил, что сегодня Азербайджан себя не видит в концепции «Великого Турана» — популярной в определенных политических кругах тюркоязычных стран идеи объединения в конфедерацию тюркских народов: казахов, киргизов, узбеков, туркменов, а также многих других исповедующих ислам национальностей на постсоветском пространстве. Хотя в стране существует ряд оппозиционных движений и внутриэлитных группировок, которые хотели бы, чтобы Азербайджан стал частью этого проекта, этого недостаточно, чтобы данная концепция стала определяющей курс страны.

Ибрагимов считает, что сейчас России необходимо использовать все рычаги «мягкой силы» в Центральной Азии и Закавказье, которые поспособствовали бы формированию позитивного имиджа страны в глазах простого населения. «Реализация нами крупных экономических проектов, инвестиции и прочие механизмы смогут сохранить наше влияние в Закавказье на многие годы», — подчеркнул политолог.

Азербайджан, безусловно, укрепил свои связи с Турцией, смог создать благодаря помощи Анкары сильную армию и, несомненно, получит возможность участвовать в инфраструктурных проектах, которые дадут толчок экономическому развитию страны. Однако это работает в обе стороны. Баку стремится проводить независимую политику, а турецкая помощь делает ее основание более сильным. И весьма возможно, что именно основываясь на том, что когда-то дала Турция, Азербайджан откажется от участия в геополитических проектах Анкары, чтобы сохранить свой путь.

Российско-сирийский журналист Аббас Джума в беседе с «Лентой.ру» подчеркнул, что согласно Шушинской декларации стороны будут в том числе координировать деятельность диаспор, СМИ, дипломатии, как положено ключевым странам тюркского мира. А это значит, что он уже не будет однозначно однополярным и ориентированным на Анкару.