«Революционер — человек обреченный» 145 лет назад убили Александра II. Его называли Освободителем, но почему ему желали смерти?

13 марта (1 марта по старому стилю) исполняется 145 лет одной из самых трагических страниц российской истории. В первый день весны 1881 года на набережной Екатерининского канала в Санкт-Петербурге в результате дерзкого покушения оборвалась жизнь российского императора Александра II. Монарх, вошедший в историю как Освободитель, был смертельно ранен самодельными бомбами, став жертвой террористического акта, который потряс империю до самых основ и навсегда изменил ее будущее. «Лента.ру» вспоминает об этом трагическом эпизоде в истории России.

Роковой день

Император Александр II, вошедший в историю как Освободитель, чьи масштабные реформы изменили лик России, стоял на пороге роковых событий.

13 марта 1881 года, Санкт-Петербург. Стоял морозный день. В начале второго император Александр II выехал из Михайловского манежа после дежурного развода караулов и смотра войск.

По плану государь должен был ехать по Инженерной улице, затем по Невскому проспекту и Большой Морской, но изменил маршрут, решив проехать по набережной Екатерининского канала (ныне канал Грибоедова), чтобы заехать к кузине, великой княгине Екатерине Михайловне, а затем уже ехать к Зимнему.

Монарха сопровождал петербургский полицмейстер Александр Дворжицкий и конвой казаков. В 14:20 императорская карета двинулась по Малой Конюшенной, затем свернула на набережную Екатерининского канала. Террористы «Народной воли» под руководством Софьи Перовской уже замерли на позициях.

В 14:25 карета приблизилась к углу Инженерной и набережной Екатерининского канала в районе Конюшенного моста. Внезапно из укрытия выскочил бомбист Николай Рысаков и бросил под проезжающую карету сверток с бомбой. Бомба взорвалась за каретой, повредив заднюю часть экипажа.

Карета вполне могла двигаться дальше, но Александр II приказал ее остановить и, несмотря на уговоры охраны, направился к месту взрыва, чтобы оценить ситуацию.

Когда Александр II осматривал место взрыв, из толпы вышел второй бомбист — Игнатий Гриневицкий. Как только царь двинулся вдоль решетки канала, Гриневицкий бросил ему под ноги вторую бомбу. Раздался оглушительный взрыв. Император упал. Он истекал кровью, его ноги были раздроблены. Смертельно раненый бомбист Гриневицкий упал неподалеку.

Толпа в панике разбежалась. К императору подбежал брат, великий князь Михаил.

«Саша, это я, узнаешь меня, Саша?» — склонился Михаил над телом брата. На это император ответил утвердительно. Голос его был слабым. Он добавил:

С большим трудом истекающего кровью царя уложили в карету и повезли в Зимний дворец. Никто не пытался остановить кровотечение. Когда раненого привезли во дворец, вокруг собрались врачи — обсуждали возможность ампутации и пытались остановить кровотечение. В то же время никто не хотел брать на себя ответственность, если царь умрет во время операции. Потеряли время.

Государь Александр II скончался в 15:35. Сразу же на флагштоке Зимнего дворца был приспущен императорский штандарт, оповестив население Санкт-Петербурга о смерти Александра II. Вечером в госпитале скончался его убийца Гриневицкий.

На Александра II было совершено больше покушений, чем на любого другого русского монарха. Принято считать, что его пытались убить шесть раз. Некоторые исследователи считают, что покушений было больше — до десяти.

Был ли Александр II настолько плохим царем, что именно ему желали смерти? Вряд ли. На сегодняшний день последние дни монарха и обстоятельства его гибели изучены по минутам, но это не добавляет ясности в общую картину.

«Добрый дедушка Студень»

По данным соцопросов, большинство россиян считает отмену крепостного права правильным решением, но лишь около трети уверенно называют ее автором Александра II.

Все потому что трудно составить внятный портрет царя. Он олицетворяет важнейшую переходную эпоху второй половины XIX века и будто бы растворяется в ней.

В поздние годы жизни монарха мнения о нем расходились до диаметрально противоположных. В одной из заграничных брошюр публициста Петра Алисова его аттестовали как «доброго дедушку Студня» и «полусгнившую развалину».

В среде народовольцев он значился как «Александр Вешатель», так как при нем возобновились смертные казни. Народовольцы называли его кровавым тираном и деспотом, они же его и убили.

Для представителей правого, консервативного крыла Александр II был недостаточно жесток, и его якобы чересчур либеральные реформы вели Россию к развалу.

Ярые монархисты и консерваторы, в их числе Константин Победоносцев и Константин Леонтьев, с большей или меньшей прямотой говорили, что «император погиб вовремя».

Совсем неожиданные свидетельства можно прочитать в воспоминаниях консервативного цензора Евгения Феоктистова:

«Некоторые высказывали прямо, что в событии 1 [13] марта видят руку провидения; оно возвеличило императора Александра, послав ему мученическую кончину, но вместе с тем послужило спасением для России от страшных бедствий, угрожавших ей, если бы еще несколько лет оставался на престоле несчастный монарх, который давно уже утратил всякую руководящую нить для своих действий».

Начальник личной охраны царя Александр Дмитриев-Мамонов вспоминал в разговоре со своим родственником Спасским-Одинцовым, что накануне рокового дня к нему поступало бесчисленное множество анонимок о готовящемся покушении.

Возникает множество вопросов: почему царю не обеспечили достойную охрану, почему не удержали от выезда в город в столь опасный день, почему не оказали своевременную медицинскую помощь и уж хотя бы не перетянули раны, чтобы остановить кровотечение? По современным данным, его можно было спасти. Но нужно ли это было кому-нибудь? Вопрос повисает в воздухе.

«Сценарий любви»

Александр II являет собой редкий в российской истории тип либерального царя. Царя, который предпочитает кнуту пряник и вообще за все хорошее. Историк Ричард Уортман в своей книге «Сценарии власти» называл модель власти Александра II «сценарием любви».

В идеале, а идеал царил у него в голове, он воплощал образ великодушного монарха, любящего свой народ, и тот должен был отвечать ему взаимностью. На практике — очень хрупкая, очень шаткая и ненадежная конструкция.

Александр II завершил гибельную и затянувшуюся Крымскую войну, и так умело, что страна не потеряла лицо.

Беды Крымской войны подтолкнули его к реформам, самая известная из них — крестьянская, то есть отмена крепостного права. Историки традиционно говорят о серии «великих реформ» Александра II, и они, что бы о них ни говорили, сделали Россию более современной, подтолкнув к развитию в стране капитализма. Неслучайно на короткое время, в девяностых и начале нулевых, Александр II стал героем соцопросов, чтобы затем снова уйти в забвение.

Казалось бы, хороший царь. И на этом фоне 4 апреля 1866-го раздается револьверный выстрел Дмитрия Каракозова. Это было первое в истории России покушение на монарха, не связанное с дворцовыми интригами и попытками военного переворота. Пуля не достигла цели, и по этому поводу существует несколько версий, но сейчас это несущественно.

На вопрос, почему он это сделал, Каракозов ответил, что царь обманул крестьян.

«Новое крепостное право»

В газете «Колокол» Александр Герцен называл условия крестьянской реформы 1861 года «новым крепостным правом».

Отменить крепостное право собирались давно — подобные проекты высказывались при Екатерине II, при Павле I, при Александре I и Николае I. Никто не решался, но кто-то должен был это сделать.

Реформа однозначно настроила против царя часть помещиков и дворянства. Однако и крестьяне остались недовольны. Да, они получали личную свободу, но свою землю они должны были выкупить. Поскольку денег у них не было, предоставлялась рассрочка на 49 лет под 6 процентов годовых. Также крестьяне за пользование землей вынуждены были отрабатывать барщину. Были крепостными — стали обязанными.

В итоге крестьяне получили свою землю, переплатив в три-пять раз больше ее рыночной стоимости. Последняя рассрочка была погашена лишь в 1907-м, когда Николай II после первой революции сначала уменьшил выкупные платежи, потом отменил их.

Реформа получилась половинчатой, так как это не один царь решал, работала целая комиссия, которая подвергалась влиянию в том числе помещиков. Но клеймо обманщика досталось Александру II.

По данным историков, в 1861-м было зафиксировано 1176 крестьянских восстаний — больше, чем за предыдущие «закрепощенные» годы. Восстания подавлялись армией. Это не прибавило царю-освободителю популярности. Как писал Герцен, воля без земли — фикция. Значит, нужна земля и воля.

От хождения — к террору

Вторая половина XIX века ознаменована развитием многих областей общественной мысли в России. Это золотой век литературы, публицистики и революционного движения. Образование стало более доступным, появилась такая категория граждан, как разночинцы. Если раньше интеллигенция была преимущественно дворянской, то в разночинцы попадают из самых разных слоев населения. Это мыслящая и потенциально взрывоопасная среда.

Вскоре после крестьянской реформы возникла организация «Земля и воля». Она состояла именно из разночинцев. Огромное влияние на их взгляды оказал роман Николая Чернышевского «Что делать?». Ключевой для России вопрос. Еще один ключевой вопрос задал в романе «Кто виноват?» революционный эмигрант Александр Герцен.

Представители «Земли и воли» идеализировали крестьян и считали, что именно из этой среды выйдет революция. Поначалу «Земля и воля» действовала мирными средствами. Самая их знаменитая акция — «хождение в народ»: разночинцы, вооруженные знаниями, ходили агитировать крестьян за революцию. Но «умники» разночинцы не нашли общего языка с крестьянами. Их деятельность достигла пика к 1874 году, а затем пошла на спад.

После покушения 1866-го Александр II сворачивает процесс либерализации и обращается к репрессивной политике. Большое влияние обретают консервативно настроенные чиновники. Вводится цензура. Но процесс, запущенный в обществе, уже не остановить.

В 1879 году «Земля и воля» раскололась, из нее вышла «Народная воля» (другая часть — «Черный передел»), которая уже не верила в силу слова и своим главным козырем называла террор.

Покушения на Александра II можно разделить на стихийные и организованные. В 1866-м в царя стрелял Каракозов, желая отомстить за крестьян. В 1867-м в него стрелял поляк Антон Березовский, мстя за подавление польского восстания 1863-1864 годов.

Настоящая охота на Александра II началась в 1879-м, когда свежеорганизованная «Народная воля» объявила своим оружием террор.

«Благими намерениями вымощена дорога в ад»

А теперь подведем предварительные итоги. Царь Александр II был идеалистом. В 13 лет, 5 августа 1831 года, в своем дневнике будущий самодержец писал:

Он искренне следовал «сценарию любви», и сам лично, как отмечали современники, проявлял гуманизм даже по отношению к террористам. Но его политическая воля — не самое простое место для исследователей. За ним стоял государственный аппарат, и в нем баланс между консерваторами и реформаторами все время колебался.

С конца 1870-х царь вернулся к либеральной линии, и порукой тому было возвышение генерала Лорис-Меликова, одним из проектов которого была «диктатура сердца», а конечной целью — выработка чего-то вроде конституции, и как следствие — установление конституционной монархии.

Исследователи отмечают, что сложность оценки личности Александра II состоит в том, что он был достаточно мягок и не любил проявлять свою политическую волю. Однако когда вынужденно проявлял ее — подавлял восстания или казнил кого-то, — это вызывало мощный резонанс.

Вступив на путь реформ, он запустил процесс, в котором оставаться добрым, справедливым и всеми любимым монархом было просто невозможно. Революционеры считали его непоследовательным обманщиком, а консервативные круги были убеждены, что реформы Александра II тянут Россию в пропасть.

И уж если анализировать сценарий покушений на царя, то внутренняя логика должна звучать не как «плохие народовольцы против хорошего царя» или «хорошие народовольцы против плохого царя», а скорее как «выпущенная из глубин многовековой России иррациональная разрушительная сила, направленная на образ монархии, которая ассоциируется с несправедливостью и многовековым рабством».

И так уж получилось, что иррациональная сила воплотилась в народниках-бомбистах, а козлом отпущения стал Александр II. Именно поэтому его после гибели часто сравнивали с Иисусом Христом. Его миссия якобы состояла в том, что посеять доброе, разумное, вечное, запустить реформы, а в благодарность получить мученическую смерть.

Есть такая поговорка: «Благими намерениями вымощена дорога в ад». Это парадоксальная логика, но только она может хоть как-то объяснить процессы второй половины XIX века.

«Оставьте меня в покое»

Александр II был фаталистом и в то же время верил, что Бог хранит его для великой миссии. Он не очень заботился о своей безопасности. Вот что говорится в воспоминаниях министра царского двора Александра Адлерберга:

Нет, Александр II не говорил, чтобы убийцам предоставили прямой доступ к нему, но просил заниматься его безопасностью без привлечения его внимания: «Принимайте меры, ты и Дворжицкий, какие признаете необходимыми, но я хочу остаток жизни по воле Божьей прожить в покое!»

Материалы по теме:

«Истреблять врагов всеми способами»Как Россия стала родиной политического терроризма?

4 октября 2021

«Это плата народа за империю»Что помешало России в XIX веке догнать и перегнать Запад

18 января 2023

Народовольцы точно не хотели оставлять его в покое. Россию можно считать родиной политического террора, и впоследствии этот опыт использовался многими. Политический террор, в данном случае убийство царя, получил характер религиозного фанатизма. Именно поэтому террористы-бомбисты не моргнув глазом взрывали бомбы, понимая, что вместе с жертвой скорее всего погибнут сами. Шли на плаху, отказывались от исповеди. При покушении часто гибли посторонние и непричастные люди, но это не играло никакой роли для бомбистов. Так в пореформенной России возник новый тип человека — человека обреченного.

Этот феномен подробно исследован Федором Достоевским в романе «Бесы».

Летом 1879 года исполнительный комитет «Народной воли» постановил подорвать поезд с царем. Поезд изменил маршрут.

В 1880 году устроившийся слесарем на работу в Зимний дворец народоволец Степан Халтурин заложил бомбу на первом этаже и устроил взрыв, в результате которого погибли 11 караульных Финляндского полка, десятки были ранены.

Каждая из таких акций вызывала ответное насилие — нажим цензуры, аресты, усиление полицейского надзора и репрессий. Царь так до конца и не понял, за что его хотят убить. Последние годы он провел в депрессии, и многие современники отмечали, что царь устал. Революционеры добавляли к этому: «И ничего уже не решает». Требовалось сильное средство, чтобы устранить эту подвешенность.

Это была настоящая охота. Убийство царя стало идеей фикс, и, скорее всего, какая-либо логика, даже если она изначально существовала в действиях народовольцев, затмилась самим процессом и достижением цели. Потому что убийство царя не принесло революционерам никакой выгоды, но стало выгодной их противникам из консервативного лагеря.

«Какого царя убили!»

Итак, бомбисты достигли цели 1 (13) марта 1881 года. Их быстро переловили. Суд приговорил Андрея Желябова, Софью Перовскую, Николая Кибальчича (изготовителя бомбы), Александра Михайлова и Николая Рысакова к смертной казни. Фактически убивший царя Гриневицкий умер, как уже говорилось, в один день с царем.

Убийство царя не привело к всеобщей революции, как надеялись бомбисты, напротив — страна погрузилась в некоторую задумчивость. Все случившееся напоминало некий кровавый ритуал: сначала царь, затем его убийцы. На месте убийства царя построили храм Спаса на Крови. Запоздало начались стенания: «Какого царя убили!» Александр II будто бы обрел большую ценность после смерти, чем при жизни.

Его сын Александр III вступил на престол, и с ним связана эпоха контрреформ. Этот период называют самым спокойным, так как в это время Россия не вела крупных войн, и внутренние процессы, в том числе разрушительные, заморозились. Наступило будто бы время отдыха после чрезвычайно интенсивных предыдущих десятилетий. Если при Александре II Россия разрывалась между реформами и закручиванием гаек, то теперь осталось только закручивание гаек.

В связи с этим существует версия, что убийство Александра II было инспирировано кем-то из правящей верхушки, а народовольцы стали лишь средством, ведомой силой. Особых подтверждений этим предположениям нет, но эта версия имеет место.

И все-таки. Вот царя убили. Кто выгодоприобретатель этой кровавой акции? Точно не революционеры, у которых при Александре II было больше пространства для маневра. Достаточно сказать, что на Александра III официально готовилось всего одно покушение, которое задушили в зародыше, и за это был казнен старший брат Ленина — Александр Ульянов.

После гибели Александра II усилились антисемитские настроения. Часто можно было слышать, что «царя убили евреи». Участились еврейские погромы на юге России в 1881-1882 годах, потом они продолжились в 1890-х.

При Александре III законсервировались, не получив достойного разрешения, многие процессы, которые впоследствии выльются в три революции, вторая из которых положит конец царской России.

Фактически Россия еще сильнее раскололась на левый и правый лагерь, внутри каждого из которых существовали свои фракции. И если консерваторы винили реформы Александра II в том, что происходило в России, то либералы считали эти реформы единственным позитивным наследием эпохи Александра II.

Одна из проблем оценки Александра II, в том числе и акта его убийства, состоит в том, что она сильно зависит от политических взглядов субъекта.

Деревянная часовня на месте гибели Александра II

Фото: public domain

При большевиках убийцы царя, которых прокляли в 1881-м, были канонизированы, в честь Желябова, Перовской и других террористов называли улицы, которые до сих пор есть в каждом городе, им ставили памятники, о них снимали фильмы и писали книги.

Во времена Сталина некоторые монархи вернулись в исторический пантеон из забвения, но среди них не было Александра II. Были Петр I, Екатерина II, даже Иван Грозный, но не было царя-освободителя. Он, как уже говорилось, вернулся из забвения в девяностые, к которым сегодня отношение неоднозначное.

Можно сказать только одно: Александр II, следуя идеалам своего отрочества, запустил масштабные процессы, которые содержали в себе и созидательные, и разрушительные силы, а также породили его убийц. В этом состояла его миссия, и миссия эта действительно сродни мученической, хотя Александра II по разным причинам так и не канонизировали.