Новости партнеров
Прослушать статью

«Истреблять врагов всеми способами» Как Россия стала родиной политического терроризма?

«Покушение на императора 1 марта 1881 года»
«Покушение на императора 1 марта 1881 года»
Картина К. Порфирова

В издательстве «Эксмо» вышла книга «Терроризм в Российской империи. Краткий курс». Она повествует о тяжелых и неоднозначных страницах прошлого нашей страны — о феномене массового революционного терроризма в России, повлиявшего на весь дальнейший ход ее истории. Почему современный политический терроризм появился именно в России? Участвовал ли в терактах молодой Иосиф Сталин? Какое отношение к так называемому «патриотическому» террору имел великий русский композитор Петр Чайковский? Заставил ли массовый террор со стороны революционеров российскую власть пойти на политические реформы и приблизил ли он крах монархии в 1917 году? На все эти вопросы «Ленте.ру» ответил автор книги, доктор исторических наук, профессор Факультета гуманитарных наук, директор Института советской и постсоветской истории НИУ ВШЭ Олег Будницкий.

«Диалог» с властью

«Лента.ру»: Можно ли назвать именно Россию родиной политического терроризма?

Олег Будницкий: Историки и политологи до сих пор спорят о времени и месте происхождения терроризма. Некоторые возводят его чуть ли не к убийству Каином Авеля. Однако широкое развитие террористических идей в российском революционном движении во второй половине XIX века, их размах, самобытный характер и «успешность» этой специфической формы борьбы с властью надолго сделал русских революционеров примером для подражания радикалов во многих странах мира. В этом смысле Россию можно считать родиной терроризма в современном его понимании.

Современное его понимание — это что?

Надо понимать разницу между классическим тираноубийством (эта форма сопротивлению деспотической власти известна еще со времен Древней Греции) и терроризмом как системой политической борьбы. Эту разницу я всегда поясняю на примере двух мартовских цареубийств в России XIX века, совершенных с разницей в 80 лет.

Убийство императора Павла I, произошедшее в ночь на 12 марта 1801 года в Михайловском замке, тщательно пытались скрыть. Официально объявили, что он умер от «апоплексического удара» (инсульта), хотя на самом деле смертельными стали удар табакеркой в висок и одновременно затянутый на шее императора шарф офицера Преображенского полка. Павла I хоронили в мундире с высоко поднятым воротником и низко надвинутой треуголкой, чтобы скрыть от глаз публики его изуродованное лицо.

Убийство его внука, императора Александра II 1 марта 1881 года, совершенное публично и днем, народовольцы «анонсировали» заранее. Это был классический террористический акт, который его участники и организаторы пытались использовать для изменения существующего в России политического строя. Если убийцы Павла I хотели избавиться именно от этого царя, то народовольцы хотели уничтожить царизм.

В этом и есть отличие терроризма от тираноубийства.

Терроризм — это система борьбы и одновременно специфическая форма «диалога» с властью и обществом. Власть и ее агентов стремятся запугать или уничтожить, общество — убедить в том, что террористы защищают его интересы

Террористы имеют определенные цели и конкретную программу. Это явление стало порождением эпохи модерности и результатом тектонических сдвигов в обществе во второй половине XIX века и начале XX века.

Возникновению современного терроризма способствовал и технический прогресс. Без появления новых технологий — изобретения динамита и ускоренного способа передачи информации (телеграфа) — терроризм вряд ли получил бы такое широкое распространение.

В своей книге вы утверждаете, что современный терроризм родился 1 марта 1881 года, когда народовольцы убили Александра II. Почему?

Потому что именно 1 марта 1881 года на набережной Екатерининского канала впервые в истории сошлись три составляющих современного терроризма: идеология, организация и действие. Причем действие успешное — неудачникам не подражают.

Народовольцы наглядно доказали, что вся мощь огромной Российской империи оказалась бессильной «перед злой волей этих людей», как писали в то время газеты. Непосредственной организацией убийства Александра II занимались всего лишь 12-15 человек.

И хотя эта победа для них оказалась пирровой, потому что вскоре «Народная воля» была разгромлена, а вместо «конституции» Лорис-Меликова Россия получила контрреформы Александра III, однако публично совершенное из идейных соображений цареубийство произвело на всех сильное впечатление. Именно поэтому «Народная воля» стала идеальной моделью для последующих террористических организаций.

Но в том же 1881 году, помимо императора Александра II, убили и американского президента Джеймса Гарфилда. А еще в 1878 году анархист неудачно покушался на итальянского короля Умберто I.

В обоих приведенных вами примерах речь идет о действиях убийц-одиночек. Кстати, народовольцы осудили убийство президента США Гарфилда. В своем специальном заявлении они подчеркнули, что терроризм неприемлем для страны, где, в отличие от России, существуют демократия и свободные выборы.

«История движется ужасно тихо»

В чем, на ваш взгляд, природа российского терроризма, особенно первой его волны — на рубеже 1870-1880-х годов? Одни говорят, что он стал реакцией на ход Великих реформ Александра II с их робкой либерализацией и последующим откатом назад. Другие утверждают, что терроризм стал долгосрочным последствием тридцатилетнего правления Николая I, надолго заморозившего общественно-политический климат России. Чья точка зрения вам ближе?

Это довольно искусственное противопоставление. Ведь правление Александра II стало не только разрывом с царствованием Николая I, но и его прямым продолжением. Участники террористического движения в России второй половины XIX века в силу естественных причин никак не могли помнить эпоху Николая I. Зато режим Александра II они считали деспотическим, что технически было справедливо.

Это почему? А как же образ царя-освободителя?

Император освободил от крепостной зависимости крестьян — с изъятием части земли и огромными выкупными платежами. При этом вплоть до манифеста 17 октября 1905 года Россия являлась абсолютной монархией с неограниченной властью самодержца. Хотя понятно, что с течением времени (хотя бы на протяжении всего XIX века) абсолютная монархия в России постоянно видоизменялась и эволюционировала.

Причины появления терроризма в России следует искать в том, что ко времени правления Александра II российское общество выросло и усложнилось. Сформировалось поколение молодых радикально настроенных людей, считающих несправедливыми существующие в стране порядки. На это накладывалось недовольство прогрессивной части общества незавершенностью реформ и их полным бессилием перед властью бюрократии.

С высоты нашего времени мы теперь понимаем, что на самом деле глубокие преобразования случаются не в результате быстрых и радикальных перемен, а посредством постоянной, медленной, иногда нудной деятельности по переустройству общественно-политических отношений.

Но нетерпеливая молодежь пореформенной эпохи не хотела долго ждать — она желала перемен здесь и сейчас

Блистательный роман Юрия Трифонова об Андрее Желябове, одном из организаторов убийства Александра II, очень точно назван — «Нетерпение». Как говорил сам Желябов, «история движется ужасно тихо, надо ее подталкивать».

Неудачное «хождение в народ» в первой половине 1870-х годов, наверное, тоже сыграло свою роль в распространении террористических идей среди революционеров?

Разумеется, и это тоже. После разочарования в пропаганде идей социализма среди крестьян некоторая часть радикалов не нашла иного способа борьбы с существующим политическим режимом, кроме терроризма. Но в книге я указываю, что зачатки революционного терроризма в России прослеживаются еще раньше.

В 1862 году студент Московского университета Петр Зайчневский в прокламации «Молодая Россия» откровенно писал:

Нечаевщина, одно из самых уродливых явлений в российском революционном движении, вдохновившее Федора Достоевского на создание романа «Бесы», возникла еще в конце 1860-х годов.

Катехизис терроризма

Был ли Ленин подлинным наследником людоедских по своей сути идей Нечаева?

В своей книге я привожу нечаевский «Катехизис революционера» полностью. Сравните с постулатом Ленина:

Выводы делайте сами.

Конечно, Ленин был прямым духовным наследником Нечаева и его методов ведения революционной борьбы. Со времен Нечаева оправдание любого попрания этических и нравственных норм, если это полезно делу революции, стало отличительной чертой революционного радикализма, «родовой травмой» российского революционного движения.

Корректно ли сравнивать революционный террор в царской России с современным глобальным исламским терроризмом? Как я понял из вашей книги, в обоих случаях речь идет о полуобразованных маргиналах с духом самопожертвования, презрением к человеческой жизни и равнодушием к случайным жертвам. И те, и другие представляют собой побочный продукт модернизации — перехода от традиционного общества к современному. Это верное наблюдение?

Не совсем так. Я историк, а не политический философ, и не склонен к подобным обобщениям. Исторически разница между этими двумя явлениями очень велика, поэтому сравнения здесь хромают. Главными мишенями народовольцев и их последователей были представители власти — император, крупные, а потом и не слишком крупные чиновники. Ради их уничтожения террористы готовы были допустить случайные жертвы, считая их оправданными.

Речь, например, идет о нескольких десятках убитых и покалеченных солдат лейб-гвардии Финляндского полка (обычных русских крестьян, за счастье которых боролись народовольцы), которые пострадали в результате взрыва, устроенного Степаном Халтуриным 5 февраля 1880 года в Зимнем дворце.

Или взять 14-летнего Николая Захарова, мальчика из мясной лавки, изувеченного взрывом при убийстве Александра II на набережной Екатерининского канала 1 марта 1881 года и скончавшегося два дня спустя. Они не были целями терактов, а на свое несчастье оказались их побочными жертвами.

Современные террористы (я бы не стал их называть исламскими), наоборот, стремятся к максимальному числу жертв. Они взрывают вагоны метро или устраивают стрельбу в торговых центрах ради сокрушения чуждого и ненавистного им общества. Если раньше речь шла о крайних формах революционного движения в конкретной стране, то нынешний терроризм часто имеет ярко выраженный транснациональный характер.

Я поясню, почему допускаю подобное сравнение. Вы сами сказали, что терроризм в современном его виде — это порождение эпохи модерности. Но есть такое мнение, что сейчас модернизация пришла на Ближний и Средний Восток, а нынешний терроризм стал ответной реакцией местных традиционных обществ.

Терроризм — это конкретное историческое явление, и я, вообще, противник глобальных обобщений. Теория, что современный терроризм стал побочным продуктом модернизации, не работает хотя бы на примере стран Запада.

Мы помним «Красные бригады» в Италии, «Фракцию Красной армии» в ФРГ или террористов Ирландской республиканской армии в Великобритании в 1970-1980-х годах. Но все эти государства давно прошли свою модернизацию. А когда японская террористическая секта «Аум Синрикё» в 1995 году совершила газовую атаку в токийском метро — это тоже была реакция на модернизацию?

Провокаторы и покровители

Когда российская власть поняла, что своих политических противников можно не только грубо подавлять, но и манипулировать ими, внедряя в их ряды своих агентов? Я имею в виду феномены дегаевщины и азефовщины.

Есть принципиальная разница между обычной агентурной деятельностью и полицейской провокацией. Одно дело, когда агент докладывает представителям власти о ситуации внутри подпольной оппозиции, другое дело, когда он не только участвует в нелегальных акциях, но и подстрекает к ним других. Русский историк Иван Гревс очень точно назвал это явление полицейско-революционным кровосмешением. О дегаевщине есть замечательный роман Юрия Давыдова «Глухая пора листопада».

Отставной штабс-капитан, народоволец Сергей Дегаев, будучи арестованным, под угрозой смертной казни пошел на сотрудничество с полицией. Став фактически руководителем «Народной воли» после убийства Александра II и ареста большинства ее лидеров, он выдал полиции Веру Фигнер и несколько десятков других революционеров, чем способствовал окончательному разгрому организации.

Его куратором в Отдельном корпусе жандармов был подполковник Георгий Судейкин, по праву считающийся отцом полицейский провокации. Каковы были его конечные цели, доподлинно не известно.

Во всяком случае, Дегаев потом рассказывал, что Судейкин руками революционеров намеревался убить министра внутренних дел графа Дмитрия Толстого и великого князя Владимира Александровича, младшего брата императора.

Зачем?

Якобы эти теракты должны были настолько впечатлить Александра III, что император под их влиянием назначил бы Судейкина диктатором, и тот бы вместе с Дегаевым управлял Россией. Неизвестно, чего на самом деле добивался Судейкин, но для него вся эта история закончилась плохо.

Опасаясь разоблачения со стороны своих товарищей, Дегаев признался им в предательстве

Чтобы гарантировать сохранение собственной жизни и дабы искупить вину, он организовал убийство Судейкина в 1883 году на конспиративной полицейской квартире на Невском проспекте. Дегаеву удалось бежать в США, где он сменил имя и впоследствии сделал успешную научную карьеру и даже стал профессором математики и деканом в одном из университетов.

Чем азефовщина отличалась от дегаевщины?

Во-первых, масштабами. Во-вторых, Азеф сам предложил свои услуги департаменту полиции. Видимо, это было связано с финансовыми затруднениями, которые он испытывал, оказавшись за границей.

Убийство великого князя Сергея Александровича в 1905 году

«4 февраля 1905 года в Москве, на территории Кремля, в результате взрыва бомбы, брошенной членом БО Николаем Каляевым в его карету, был убит (разорван в клочья) великий князь Сергей Александрович, дядя императора Николая II. Великий князь ушел в отставку с поста генерал-губернатора Москвы 1 января 1905 года, однако оставался главнокомандующим войсками Московского военного округа. При взрыве был смертельно ранен кучер великого князя Андрей Рудинкин.

Общественное мнение считало Сергея Александровича и его брата, великого князя Владимира Александровича, главными виновниками применения военной силы во время разгона шествия 9 января 1905 года в Петербурге, повлекшего многочисленные жертвы. Характерно, что после этого во дворце великого князя Сергея Александровича в Петербурге неизвестными были выбиты оконные стекла.

Каляев был соучеником Бориса Савинкова по варшавской гимназии и его другом. Он был бывшим студентом Петербургского и Московского университетов и бывшим социал-демократом. Он был "идеальным типом" террориста в эсеровском понимании. Каляев предполагал, что погибнет при взрыве, однако этого не произошло, и хотя был момент, когда он мог скрыться, Каляев не сделал этого. 5 апреля 1905 года Особое присутствие Правительствующего сената приговорило Каляева к смертной казни. Он выступил на суде с программной речью.

Приведу фрагмент, довольно типичный для психологии и мировоззрения террористов:

"Я не подсудимый перед вами, я ваш пленник. Мы — две воюющие стороны. Вы представители императорского правительства, наемные слуги капитала и насилия. Я — один из народных мстителей, социалист и революционер. Нас разделяют горы трупов, сотни тысяч разбитых человеческих существований и целое море крови и слез, разлившихся по всей стране потоками ужаса и возмущения. Вы объявили войну народу, мы приняли вызов".

Каляев еще до суда заявил своему адвокату, что не будет подавать прошение о помиловании: "Мое помилование превратит террористический акт, совершенный мною, во взрыв бомбы в глухом погребе. Звук взрыва получится приглушенным и ослабнет эффект всего дела".

Иван Каляев был повешен в Шлиссельбургской крепости 9 мая 1905 года».

Фрагмент из книги Олега Будницкого «Терроризм в Российской империи: краткий курс». М.: Эксмо, С. 64-66

Он учился на инженера в Карлсруэ в Германии. Начинал он с осведомления о деятельности студенческих кружков радикального толка и получал ежемесячный оклад в 50 рублей, а в конце своей провокаторской карьеры Азефу платили около тысячи рублей в месяц, что было сопоставимо с окладом министра.

Будучи полицейским осведомителем, Азеф сделал блестящую карьеру в партии эсеров. Он стал не только одним из ее основателей и лидеров, но и главой Боевой организации, осуществлявшей террористические акты

В-третьих, Азеф работал на обе стороны. Он реально организовывал громкие теракты, в том числе убийства министра внутренних дел Вячеслава Плеве в 1904 году и великого князя Сергея Александровича в 1905-м. Одновременно с этим Азеф регулярно выдавал своих товарищей секретной полиции.

То есть долгое время Азеф мог успешно манипулировать как соратниками по партии, так и своими кураторами из департамента полиции?

Да, до поры до времени в полиции либо искренне не понимали подлинную роль Азефа в эсеровской партии, либо не хотели понимать. Разоблачение Азефа вызвало грандиозный скандал не только в революционной среде, но и в обществе.

На специальных слушаниях в III Государственной думе в 1909 году Петр Столыпин, премьер-министр и одновременно министр внутренних дел, под аплодисменты и смех правых депутатов заявил, что он не отвечает за непорядки по революции.

Насколько вообще эффективны были провокаторы в революционном движении с точки зрения охранки?

Во время дебатов в Государственной думе либеральные депутаты указывали Столыпину, что использование и защита провокации подрывали основы правопорядка и государственности. Кадет Василий Маклаков назвал правительство «не только стороной этого дела, но стороной с готтентотской моралью».

Покушение на председателя Совета министров Российской империи Петра Столыпина в 1906 году

«Универсальным методом борьбы против самодержавия и "эксплуататоров", а также средством агитации считали террор отколовшиеся от партии эсеров эсеры-максималисты. На их счету наиболее жестокие и кровавые террористические акты в ходе первой русской революции, в т. ч. взрыв дачи премьер-министра П.А. Столыпина, когда в день приема, 12 августа 1906 года, трое террористов, вызвавших подозрение охраны, взорвали себя вместе с посетителями.

В результате число жертв (погибших и впоследствии умерших от ран) превысило 30 человек, а всего пострадало около 100. Среди пострадавших были дети Столыпина — Наталья и Аркадий. В момент взрыва они вместе с няней находились на балконе и были выброшены взрывной волной на мостовую. У 15-летней Натальи были раздроблены ноги, она не могла ходить несколько лет. 3-летний Аркадий был ранен сравнительно легко. Няня детей премьер-министра погибла».

Фрагмент из книги Олега Будницкого «Терроризм в Российской империи: краткий курс». М.: Эксмо, С. 68-69

Дальнейшие события лишь подтвердили справедливость таких упреков. Спустя два года самого Столыпина, пытавшегося всячески оправдать Азефа, застрелил платный агент охранки Дмитрий Богров, получивший пропуск в киевский оперный театр из рук своих полицейских кураторов.

Они могли знать о его планах?

Я считаю, что нет. Это стало следствием полной неразберихи, когда полицейские чины совсем заигрались с провокаторами. Убийство Столыпина одновременно ознаменовало и полную деградацию революционного террора, и крах прежней карательно-охранительной политики российской власти.

Между реакцией и революцией

Почему в российском революционном движении было немало женщин-террористок? В книге вы особо подчеркиваете, что «половину лиц, решивших участь Александра II, составили женщины».

Давайте вспомним, что в тогдашней России женщины находились в неравноправном положении. Долгое время они не имели возможности получать высшее образование — это можно было сделать только за границей. Поэтому для многих активных, молодых и образованных российских женщин участие в революционном движении стало не только борьбой за эмансипацию женщин, но и радикальным разрывом с прежней традиционной жизнью, где их социальные роли были строго ограничены.

То, что почти треть всех женщин в Боевой организации эсеров были еврейками, тоже этим объясняется?

В еще большей степени, учитывая, что в Российской империи евреи подвергались дискриминации. Они не имели права выбора места жительства (за некоторыми исключениями должны были жить в пределах «черты еврейской оседлости»), были ограничены в выборе профессии, для евреев была введена процентная норма при поступлении в средние и высшие учебные заведения и так далее.

Для еврейских женщин, чьи семейные роли были довольно жестко регламентированы патриархальными традициями, разрыв с ними оказывался гораздо глубже и болезненнее, чем для мужчин. Поэтому уход в революционную борьбу, в том числе в ее самые крайние формы, часто означал для них тотальный разрыв с традиционным обществом и готовность к самопожертвованию. Но каждый случай, конечно, индивидуален.

Американский историк Ричард Пайпс истинным началом революционных потрясений в России называл студенческие волнения 1899 года. Согласны ли вы с ним?

Пайпс считал студенческие волнения 1899 года стартовой точкой Первой русской революции, другие историки отсчитывают ее начало с убийства министра внутренних дел Вячеслава Плеве 15 июля 1904 года. Некоторое оживление в общественно-политической жизни России события 1899 года, безусловно, вызвали. Причем их на ровном месте спровоцировали безграмотные действия полиции, возмутившие учащуюся молодежь.

В начале ХХ века среди террористов было немало бывших студентов, исключенных из университетов. Среди них — убийца министра народного просвещения Боголепова Петр Карпович, убийца великого князя Сергея Александровича Иван Каляев, заместитель Азефа, а затем руководитель Боевой организации партии эсеров Борис Савинков.

Чем была вызвана вторая волна политического терроризма в России в самом начале XX века?

Тем же, что и первая волна на рубеже 1870-1880-х годов. За это время общественно-политический климат в России если и поменялся, то лишь в худшую сторону.

Русское общество к тому времени давно переросло существовавшие политические рамки, но архаическое устройство власти оставалось неизменным. Нежелание самодержавия идти на реформы и радикализация левой части общества привели к кровавым последствиям

Около 17 тысяч человек стали жертвами терактов в России за десятилетие 1901-1911 годов. Большинство из них составляли случайные люди.

Терроризм стал одним из ключевых факторов Первой русской революции. Поначалу такой метод борьбы с властью не встречал осуждения у значительной части оппозиционно настроенного общества.

Но постепенно он деградировал, нередко вырождаясь в обычную уголовщину, и после 1907 года его размах стал резко снижаться. Во время Первой русской революции либеральное общество и часть либеральной бюрократии сделали ставку на эволюцию, стремясь найти средний путь между реакцией и революцией.

Конечно, спаду второй волны революционного терроризма способствовало и усиление государственных репрессий. Но это было лишь одним и, возможно, не самым важным фактором. Я полагаю, что решающую роль больше сыграла усталость общества от насилия.

«Клуб взволнованных лоботрясов»

Так называемый «патриотический» террор, о котором мало что известно, был ответом на левый террор? Я с удивлением узнал, что создать «Святую дружину» после убийства Александра II предложил будущий либеральный реформатор Сергей Витте, а ее участником был даже композитор Петр Чайковский.

Витте действительно предложил организовать тайную террористическую организацию для борьбы с революционерами, однако главную роль в создании «Святой дружины» (ее также именовали «Священной дружиной» и «Добровольной охраной») играли другие, более высокопоставленные в то время деятели. Чайковский действительно вступил в «Святую дружину», но какой-либо заметной роли (точнее, вообще никакой) в ее деятельности не играл. Тогда это считалось «хорошим тоном» в монархически настроенных кругах общества.

Идея была проста — если революционеры убили императора, а полиция не могла с ними справиться, то надо создать организацию, которая будет бороться с террористами их же методами. Но из этой затеи ничего не вышло. Про «Святую дружину», вокруг которой крутились большие деньги, очень быстро стало довольно широко известно. Многие увидели в участии в ней неплохие карьерные возможности. Этому способствовала и конкуренция различных придворных группировок, стремящихся повлиять на императора Александра III.

Однако с террором у дружинников как-то сразу не задалось. Витте даже откомандировали в Париж, где он должен был курировать убийство народовольца Льва Гартмана, одного из организаторов взрыва императорского поезда под Москвой в ноябре 1879 года. Непонятно, кого соратники Витте по «Святой дружине» там выследили и собирались убивать — на самом деле Гартман в это время жил в Лондоне.

То есть это была опереточная организация, участие в которой способствовало лишь продвижению карьеры и демонстрации верноподданнических чувств?

Да, но это если говорить про террор. Не зря Салтыков-Щедрин в «Современной идиллии» изобразил «Святую дружину» под названием «Клуб взволнованных лоботрясов». Однако «Святая дружина» более успешной оказалась в сфере контрпропаганды. В начале 1880-х годов она некоторое время издавала в Швейцарии две якобы нелегальные газеты. Их целью стали дискредитация революционных идей в российском обществе и направление в нужное русло протестных настроений его либеральной части.

Первая из них, «Правда», доводила идеи радикалов до полного абсурда. Понятно, что ее происхождение и источники финансирования уже тогда не вызывали сомнения у понимающих людей. Что касается другой газеты, «Вольного слова», то с ней было сложнее.

Она выступала против революционного терроризма с либеральных позиций, и там были вполне вменяемые и разумные тексты, оказывающие определенное воздействие на умы российской либеральной общественности

Возможно, ее редактор Михаил Драгоманов, историк, публицист и видный деятель украинского национального движения, искренне не понимал, кто на самом деле стоял за этой газетой. Не исключаю, впрочем, что он был не столь наивен и решил использовать «Вольное слово» в своих интересах.

Действия участников «Союза русского народа» в начале XX века, когда некоторые из них иногда выдавали себя за террористов-социалистов, были более серьезными акциями?

Конечно. В книге об этом подробно рассказано. Черносотенцы организовали убийства депутатов Государственной думы Михаила Герценштейна, Григория Иоллоса, Александра Караваева и покушение на бывшего премьер-министра Сергея Витте, о котором мы уже говорили.

Власть смотрела на насилие сперва сквозь пальцы, а то и сочувственно, видя в черносотенцах свою опору

Сочувствие выражалось в щедром субсидировании черносотенных организаций. Министр финансов Владимир Коковцов считал это деньгами, выброшенными на ветер. Так и оказалось.

В реальности черносотенцы сыграли крайне негативную роль не только в дальнейшей судьбе правящей династии, но и всей Российской империи. Чего стоит, к примеру, участие одного из лидеров черносотенцев Владимира Пуришкевича в убийстве Григория Распутина. Он считал, что тем самым спасает репутацию царствующего дома. С такими друзьями никакие враги не нужны.

Итоги революционного террора

Одной из особенностей того времени были не только политические убийства, но и революционные экспроприации. Участвовал ли в них молодой Сталин?

С высокой степенью вероятности, да. Речь идет о знаменитом тифлисском «эксе» 1907 года, когда произошло нападение на казначейскую карету при перевозке денег из почтового отделения в банк.

Это было то самое ограбление под непосредственным руководством известного боевика Камо, которого в 1922 году в том же Тифлисе (название города Тбилиси до 1936 года — прим. «Ленты.ру») переехал грузовик?

Да, это был один из самых громких терактов того времени.

Насколько эффективен был революционный террор в России с точки зрения его целей и результатов? Вы отмечаете, что в 1905 году «терроризм… способствовал тому, что власть была вынуждена встать на путь реформ», и в то же время подчеркиваете, что политические убийства никогда не ведут к свободе, а наоборот, приводят к еще большему насилию.

В краткосрочной перспективе российские террористы действительно могли добиваться каких-то своих целей и заставить власти осуществлять более гибкую политику. Но в долгосрочном плане борьба с произволом властей с помощью революционного насилия закончилась печально.

Ни власть, ни ее противники не нашли выхода из этого политического и нравственного тупика. Подозреваю, что обе стороны не слишком его добивались, рассчитывая исключительно на уничтожение противника. В итоге спираль насилия продолжала раскручиваться, и победителей в этой борьбе не оказалось

В финале своей книги вы пишите: «Терроризм умер, но осталось преклонение перед насилием, идея о том, что на пути в царство справедливости придется переступить через некоторое количество трупов». Как вы думаете, стал ли революционный террор правления Александра II и времен Первой русской революции наряду с огромным ожесточением в годы Первой мировой войны фундаментом массового насилия, захлестнувшего Россию после 1917 года и продолжавшегося в стране вплоть до смерти Сталина в 1953 году?

Революционный произвол и «привычка» физически уничтожать своих политических оппонентов, конечно, сыграли свою роль в развитии тогдашней ситуации, но далеко не главную.

Решающим фактором, оказавшим влияние на ход событий после 1917 года, стала все-таки Первая мировая война, а вовсе не революционный террор. Когда во время Гражданской войны большевики объявили о красном терроре, они апеллировали не к опыту народовольцев, а якобинцев времен Великой французской революции.

Это правда, что в первые годы советской власти народовольческий террор официально всячески восхваляли, а потом Сталин все это резко свернул?

Это некоторое преувеличение, но к старым революционерам относились, в общем, с пиететом. Выходило немало исследований, им посвященных, выходили биографии, их именами называли улицы. Например, в 1918 году Миллионную и Большую Конюшенную улицы в центре Петрограда переименовали в улицы Халтурина и Желябова.

Концепция резко изменилась после убийства Кирова в 1934 году Леонидом Николаевым. При обыске на его квартире, среди прочего, был обнаружен портрет лидера «Народной воли» Андрея Желябова.

По словам Андрея Жданова, Сталин тогда заявил:

Вскоре некоторые бывшие политкаторжане и ссыльнопоселенцы царского времени были арестованы и отправились в те же края, где они сидели при прежнем режиме. Было закрыто Общество бывших политкаторжан и ссыльнопоселенцев, журнал «Каторга и ссылка».

Любопытно, правда, что когда во время Великой Отечественной войны большинству улиц и площадей Ленинграда, переименованным после революции, вернули исторические названия, то улицы, названные в честь народовольцев, не тронули.