Шоколадный Папа

Католическая церковь нашла спасение в какао и рабах

Григорий XVI
Григорий XVI
Фото: Public Domain / Wikimedia

Шоколад и католическая церковь — казалось бы, какое отношение они имеют друг к другу? Тем не менее с XVI века они были связаны между собой. Католические миссионеры в Америке одними из первых попробовали какао, переняв у индейцев способ его приготовления. В результате впоследствии орден иезуитов был включен во все аспекты бизнеса, связанного с шоколадом, особенно в Парагвае и Бразилии. Они контролировали все — от выращивания какао-бобов и надзора за плантациями до поставки продукции в Европу. В своей статье, опубликованной в журнале Church History, историк Кристофер Кортен рассказывает о том, как шоколадный бизнес помог выжить католической церкви в наполеоновскую эпоху, а также о «шоколадном Папе» Григории XVI.

Религиозные ордены помогали распространению напитка (тогда шоколад был известен только в таком виде) через сеть монастырей. Практически все 3500 тонн венесуэльского какао, поставлявшиеся в Европу в начале XVI века, употребляли именно монахи. Однако они, путешествуя по региону, зачастую угощали какао членов совета того или иного ордена. Папа Римский Урбан VIII заказывал шоколад ящиками.

Употребление какао в церкви стало настолько распространенным, что встал вопрос о том, насколько постным является этот продукт. Можно ли его вообще считать пищей, вызывает ли он «сытость и чувственное наслаждение»? В 1662 году кардинал Франческо Мария Бранкаччо постановил, что нет. «Жидкости не нарушают поста», — написал он. Еще раньше, когда Папа Павел V попробовал какао без сахара, вкус его показался понтифику настолько отвратительным, что продукт немедленно был признан постным. Римские священники и аристократия очень быстро привыкли к этому напитку и стали пить его каждое утро.

Рынок шоколада стал быстро развиваться не только в Риме, но и в северных итальянских городах, таких как Венеция и Генуя. В то время испанская монополия на его поставки была разрушена — в XVII веке началась оживленная трансатлантическая торговля, которую активно развивали голландцы. В Венеции, Флоренции и Турине появились первые европейские кафе. В них собирались сливки общества, которым подавали не только кофе и чай, но и горячий шоколад. Завсегдатаями венецианского Cafe Florian были лорд Байрон и Джакомо Казанова.

Дела шли хорошо вплоть до того, как большая европейская война дошла до Италии в 1796 году, что повлияло и на рынок шоколада. В так называемую «эру Наполеона» традиционные атлантические пути поставки были либо отрезаны, либо стали опасными, многие порты находились в блокаде до 1814 года.

С повышением цены шоколада, церковь, крупнейший его потребитель, обеднела. Да, заключение Толентинского соглашения в 1797 году на время прекратило агрессию французов, но Римская католическая церковь заплатила за это большую цену — в прямом смысле этого слова. Помимо этого, Рим был обложен особыми налогами, часть земель конфисковали, и церковная казна была опустошена.

Предприимчивый Капеллари

Камальдульский монашеский орден, как и многие другие, занимался, помимо службы Господу, предпринимательством. Большую часть дохода монахи получали от ренты — например, виноградников. Во времена правления Наполеона эта собственность была у них изъята, а многие виноградники вырублены. Пожертвования церкви, которые обычно были достаточно редки, в то время стали еще меньше.

Как уже говорилось, рынок шоколада на севере Италии стал развиваться в Венеции и оттуда распространился на другие города. Неудивительно, что монахи-камальдулийцы начали торговать им именно в венецианском монастыре Сан-Микеле ин Изола. Ключевыми фигурами в этом процессе стали Мауро Капеллари, позднее ставший Папой Григорием XVI, и его приятель, монах Плачидо Дзурла, который впоследствии выбился в кардиналы.

Торговля шоколадом заинтересовала камальдульский орден в начале 1800 года, после падения Римской республики. Мауро Капеллари, его вице-прокуратор, прибыл в Рим в марте, всего за несколько дней до избрания Папы Пия VII. Положение в городе было еще хуже, чем ему представлялось. Земли церкви уходили с молотка, инфляция вырвалась из-под контроля, монастыри стояли в запустении. Если для французских солдат, обосновавшихся тогда в Риме, ситуация представлялась трудной, то римляне страдали еще больше.

Церковь не могла заботиться о гражданах города. Такие товары, как масло, зерно и мясо, поступали в Рим исключительно извне и стоили безумно дорого. Не менее плачевным было и положение самого камальдульского ордена. Именно тогда начинается его «шоколадная» история.

В июле 1800 года епископ Антонио Мария Гардини из города Крема попросил «приготовить партию хорошего шоколада». Заказ принял Дзурла и передал его Капеллари, который находился в Риме. Сделка прошла успешно, и после нее монахи ввели четкое разделение обязанностей между собой. Дзурла и остальные находил покупателей и занимался организационными вопросами, а Капеллари работал с производителями шоколада.

Но орден Капеллари не только продавал шоколад, он его также и производил. Превращать какао-бобы в готовый продукт было не так уж и сложно: просеять, поджарить, очистить, провеять и размолоть. Потом в него добавляли сахар и специи. Все это происходило в монастыре святого Ромуальда, где проживал Капеллари и другие управляющие ордена.

Вскоре слава ордена распространилась по всему региону. Считалось, что у Капеллари можно было купить самый качественный шоколад — заказы поступали даже из других стран. В 1809 году эта слава достигла даже Каподистрии (сейчас — юго-запад Словении). Один из монахов писал другому: «Некто пришел ко мне и попросил продать шоколад. Но не абы какой, а конкретный шоколад, который padre reverendissima [Капеллари] делает в своем монастыре. Я не знал, что ты заказал этот шоколад для себя. Знал бы — попросил у тебя немного, ведь качество его действительно хорошо. И если ты сделаешь еще, отсыпь мне лир на 20, а то и на 25, благо многие приходят ко мне и просят этот шоколад».

Знание рецептов изготовления шоколада сочеталось у Капеллари с пониманием финансового аспекта дела. Он хорошо знал валютные рынки и активно консультировал своих подчиненных, когда дело касалось денег — скажем, рекомендовал принимать платежи только в серебре, поскольку медная монета быстро обесценивалась. Экспертиза Капеллари распространялась и на другие финансовые вопросы в ордене.

Взятка или подарок?

Зачастую шоколад использовался в качестве подарка. Помимо того, что этот напиток был вкусным, причастность к его употреблению позволяла подчеркнуть социальное положение и привилегированный статус. Например, Капеллари заплатил шоколадом за некую услугу: «Это прекрасный подарок, великолепная партия шоколада. Она бы обошлась нам в 30 скудо. Первую чашку я предложу монсеньору, и уважаемый аббат Гропелли тоже будет счастлив».

По сохранившимся документам сложно судить, делались ли эти дары из альтруистических побуждений или это была взятка. Впрочем, в те времена между этими понятиями пролегала достаточно хрупкая грань, которую иллюстрирует пример ректора Ирландского колледжа в Риме Луиджи Кукканьи (Luigi Cuccagni).

Он был редактором основного журнала Церкви — Giornale Ecclesiastico di Roma. В 1798 году, когда над Римом нависла опасность быть захваченным французами, Кукканьи решил выпускать новое издание на французском языке. В первые дни Римской республики, в середине февраля, он преподнес Урбано Лампреди, главному редактору Monitore di Roma, шоколад — Monitori был одним из немногих журналов, которым разрешалось выходить в республиканский период, и Кукканьи надеялся, что у него будет такая же привилегия.

Известный римский поэт Джузеппе Джоакино Белли, критик Церкви, высмеивал в одной из своих поэм, «Привратник монастыря», любовь священников к шоколаду. В ней привратник отказывает посетителю во встрече с «падре Иларио», ссылаясь на то, что святой отец занят духовными обязанностями, однако когда человек говорит, что собирается подарить ему «пару фунтов шоколада», привратник тут же докладывает падре и тот немедленно находит время для встречи.

Но чаще всего какао ассоциировалось не со взяткой, а с периодом упадка — безвольными священниками и знатью католического и абсолютистского режимов. Любимым сюжетом художников долгое время оставалась пышная обнаженная дама, попивающая горячий шоколад в компании святого отца и других мужчин, также пьющих этот напиток. В книге Чарльза Диккенса «Повесть о двух городах» некий монсеньер показан как коррупционер и элитист. Символом этого выступает его привычка пить горячий шоколад.

Горькое послевкусие

Капеллари стал Папой Григорием XVI в 1831 году. Люди, с которыми он так или иначе общался относительно шоколада, не исчезли из его жизни. Так, например, шоколадные дела Папы начались в 1795 году, когда он получил посылку с продуктом от некоего «падре Дандини» в церкви Сан-Каллисто. В 1826 году, когда Капеллари стал кардиналом, он был назначен именно в эту церковь. В 1830 году, после избрания его Папой, «падре Дандини» (а теперь — кардинал Эрколе Дандини) серьезно заболел, и Григорий XVI выражал публичное сочувствие своему другу.

Став понтификом, Капеллари продолжил преподносить шоколад в качестве подарка, да и сам употреблял его в больших количествах на протяжении всей жизни. В 1825 году, на встрече со священниками из Тироля, завтрак их состоял из «шоколада, лимонада и фермерской выпечки». Известно также, что Папа Григорий имел слабость к этому напитку с добавлением моркови.

Любовь к шоколаду, впрочем, имела для священников неприятное послевкусие. Кардинала Бенедетто Наро избрали бы новым Папой, если бы не этот напиток. Кандидата на кресло понтифика заметили пьющим шоколад во время дня покаяния — 17 сентября 1823 года. Новость распространилась быстро, и кардинала убрали из списка претендентов. Не повезло с шоколадом и Папе Клементу XIV — ходили слухи, что его жизнь безвременно оборвалась именно из-за этого отравленного напитка.

Наконец, вовлеченность Капеллари в шоколадный бизнес сыграла с ним дурную шутку. В 1839 году Григорий XVI заклеймил позором работорговлю и рабство в целом, но на плантациях, где собирали какао-бобы для папского шоколада, использовался именно рабский труд.

Обсудить
Бомбанет?
Американский островок готовится к ядерному удару Северной Кореи
Гори, гори ясно
Американские нацисты устроили репетицию гражданской войны и хотят еще
Владимир Путин«Путин сражается за веру, за семью и за народ»
Американские пехотинцы Путина любят Бога и видят в России союзника
Ли Куан Ю с семьей в своей резиденцииДомик дедушки Ли
Аварийная хибара рассорила наследников отца сингапурского чуда
До сингулярности подбросишь?
Land Rover Discovery против двух крайностей: Audi Q7 и Mercedes G 350d
Невозможно короткие автомобили
Как бы выглядели машины, если бы у них была всего одна ось
Машины, которые оказались никому не нужны
На них потратили кучу времени и денег, но что-то пошло не так
Тест: кто сделал эту машину?
Чудовищный тест про машины без первичных признаков