Участок за решеткой

Как проходило голосование в СИЗО №1 "Матросская тишина"

В день выборов президента Российской Федерации голосование проходило на участках, расположенных не только в школах, клубах и домах культуры. Граждане, попавшие под следствие и лишенные на это время свободы, не лишаются при этом избирательных прав, поэтому для них открывают участки по месту пребывания. Корреспондент "Ленты.ру" побывал на одном из таких участков - в московском СИЗО "Матросская тишина".

Участок N3303 в СИЗО №1 "Матросская тишина" устроили прямо в кабинете председателя этого УИК Игоря Передерина. В обычные дни он работает заместителем начальника изолятора по работе с персоналом. Впрочем, большое помещение в данном случае и не требовалось: непосредственно в кабинете по открепительным удостоверениям должны были проголосовать только 20 работников изолятора.

На книжной полке в кабинете Передерина работает маленькая камера, заставляя членов УИК воздерживаться от мата. Правда, СИЗО - закрытое заведение, поэтому в интернет изображение не транслируется, а использовать видео в своих целях смогут только сотрудники ФСИН. Рядом с камерой на полке стоят книги, причем на фоне юридической литературы выделяется трактат "Сила каббалы".

Основную массу зарегистрированных на участке избирателей составляют непосредственные обитатели СИЗО - 575 подследственных. Им приходить в кабинет Передерина, конечно, не только не нужно, но и нельзя. На участке №3303 и соседнем №3304 есть по две (непрозрачные) переносные урны, которые с самого утра отнесли непосредственно в СИЗО. В нем как раз и есть четыре (по числу переносных урн) корпуса.

Первый инцидент на участке N3303 произошел еще до его открытия. К Ирине Боганцевой, наблюдателю с большим бейджем "Гражданский наблюдатель" на груди, подбежал глава УИК и сообщил, что кто-то сильно врезался в ее машину. Однако должного впечатления на Боганцеву это известие не произвело. Идти проверять свою "Тойоту" она отказалась.

"Такое со мной уже бывало, и в совпадения я, естественно, не верю", - объяснила Боганцева и отправилась в один из корпусов вместе с урной.

Как рассказал мне один из членов УИК с правом совещательного голоса (он же журналист "Эха Москвы") Александр Борзенко, с виду машина Боганцевой практически не пострадала. По его словам, глава комиссии мог и соврать, чтобы одну из урн не сопровождал независимый наблюдатель и на волеизъявление заключенных можно было бы повлиять.

И у самого Борзенко возникли проблемы, когда ему нужно было передать в эфир информацию о происходящем на участке. Мобильные телефоны в СИЗО отбирают при входе, а после того, как Борзенко пообщался с редакцией по городскому, произошел скандал.

"Закон о СМИ здесь не действует. Вы в первую очередь член УИК, а потом уже представитель СМИ. Еще один раз так сделаете, и будете удалены с участка", - объяснял журналисту и члену УИК Передерин.

"Хорошо, что он не слышал, что именно я передал в эфир", - усмехнулся Борзенко.

Половина из 20-и зарегистрированных на УИК 3303 сотрудников ФСИН проголосовала еще ранним утром (в ходе пересменки), а оставшуюся часть раньше вечера не ждали. Члены избирательной комиссии откровенно скучали и обсуждали Олега Меньшикова, который собирает часы и носит на руках сразу восемь пар.

"Ну нам такое хобби не подходит. Мы бы каждый день звенели", - пошутила секретарь комиссии Евгения.

Она рассказывает, что сейчас в СИЗО знаменитых подследственных нет. "Раньше у нас были Ходорковский, Лебедев, Френкель, а сейчас только несколько скинхедов остались. Их подельники недавно получили пожизненное, среди них и девушка была. Главное, что все 91-го года рождения, а жизнь себе уже загубили", - переживает секретарь УИК.

Заместитель председателя комиссии Тамара, борясь со скукой, читала попеременно то книжку "Кошка: инструкция по эксплуатации в схемах и таблицах", то газету "Московский комсомолец".

"Какая жуть! Ужасная идея! - вдруг воскликнула она. - Минюст предлагает регистрировать заключенных там, где они отбывают наказание. Что же, тогда все будут знать о том, что человек сидел".

Тем временем те, кому, возможно, уже в недалеком будущем предстоит испытать это сомнительное нововведение на себе, активно голосовали в корпусах СИЗО. Переносную урну не заносили в каждую камеру, как можно было бы себе представить. Вместо этого в коридоре на каждом этаже скрупулезно обустраивали мини-участок. В так называемом локальном участке (он делит решетками коридор на две части) поставили кабинку, урну и накрытый красной бархатной скатертью стол, на стены наклеили пропагандистскую продукцию Центризбиркома. Когда избиратели на этаже заканчивались, весь реквизит переносили этажом выше.

Внутри белой кабинки висела вырезка из районной газеты со списком кандидатов в муниципальные депутаты, хотя из 575 избирателей-заключенных только двое прописаны в Сокольниках.

Особенно забавно для условий тюрьмы смотрелся плакат "Проверьте в интернете, включены ли вы в списки избирателей на сайте Мосгоризбирком.рф". Понятно, что подследственные, у которых нет даже паспорта (а только справка), едва ли часто выходят в интернет. Каждого из них, согласно списку избирателей, выводили из камеры, обыскивали и подводили к столу с бюллетенями. Теоретически, от этой чести можно было и отказаться, но делали так немногие. Так, на 4-м этаже одного из корпусов из 45 избирателей отказался от голосования один человек.

Почти все заключенные никак не комментировали процесс голосования и не задавали никаких вопросов. Они молча расписывались за бюллетень, шли в кабинку, послушно бросали бумажку в урну, после чего возвращались в камеру.

"Крестик или галочку ставить?" - спросил вдруг заключенный Гаджимурад Нурмухаммедов.
"Ставь галочку", - посоветовали ему сотрудники ФСИН.
"Крестик же лучше, это как похоронить", - откликнулся разговорчивый зек Нурмухаммедов.

Почти все заключенные подходили к избирательной урне в трениках и тапках, многие были в цветастых майках, а один заключенный почему-то решил выйти в свет в модном тонком пуховике Adidas. Едва ли не самый колоритный избиратель с двумя татуировками "Metro XVIX" на шее и "All rock stars go to heaven" на руке эффектным движением руки перечеркнул весь бюллетень.

Остальные заключенные были более законопослушны и аккуратно ставили галочку около Путина, Зюганова и Прохорова.

Вообще интерес к выборам у заключенных, которых сами сотрудники ФСИН чаще всего называют "жуликами", серьезный. По данным членов УИК, двое заключенных СИЗО №1 собирались голосовать по открепительным, так как успели взять его в своем городе перед тем, как их задержали в Москве.

Вот только энтузиазма на лицах заключенных не видно. Почти никто не читает информацию о кандидатах и в кабинке практически не задерживается.

"Почему заключенные так охотно голосуют? Радуются каждой лишней возможности выйти из камеры?" - спрашиваю членов комиссии, которые следят за тем, чтобы журналисты ни в коем случае не общались с заключенными. Не положено.

"Некоторые надеются, что новый президент устроит им амнистию, ведь 80 процентов из них уже ориентируются на свое ближайшее будущее - оправдательных приговоров в России мало", - отвечает один из членов УИК.

"Ну им же надо что-то обсудить в камерах, кто за кого", - добавляет другой.

После этого они подходят к плакату с данными о доходах кандидатов и долго обсуждают Прохорова. "У него вон жилой дом, а у меня одна комната 12 квадратных метров на троих человек", - жалуется один. "Интересно, какой кредит ему дадут с такими доходами?", - интересуется другой.

P.S. По предварительным данным, на одном участке в СИЗО Владимир Путин получил 41,5 процента голосов, на другом - больше 77 .