Новости партнеров

Потому что не пил и не курил

В Бостоне судят 83-летнего главаря ирландской мафии

Джеймса Балджера везут в здание суда
Фото: Greg M Cooper / Reuters

«Ты обсос», — заявляет подсудимый главному свидетелю обвинения. «Знаешь что, иди-ка ты *****!» — отвечает тот. «Ты тоже иди *****!» — вторит подсудимый. «И что ты сделаешь?» — вопрошает свидетель. Приставы уже готовы помешать стычке между бывшими друзьями, но дальше ругательств дело не идет. Подсудимый — это бывший босс ирландской мафии в Бостоне Джеймс «Уайти» Балджер, а свидетельские показания дает его бывший протеже и преемник Кевин Уикс. Страсти вскипели из-за спора о том, кто из них большая «крыса» — то есть, в переложении на российские реалии, «стукач».

Джеймс Джозеф Балджер родился в 1929 году в семье бостонского рабочего, он был старшим из шестерых детей. В какой-то момент семейство осталось без средств к существованию: отец потерял руку на производстве. Положение спас первый в своем роде проект социального жилья, которым смогли воспользоваться Балджеры, но от влияния улицы Джеймса это не спасло. Он дрался, воровал и впервые был привлечен к ответственности за кражу в тринадцать лет. Из-за светлых волос местные полицейские прозвали его «Уайти», именно так его сейчас именует пресса, однако сам Балджер, по свидетельствам знакомых, эту кличку терпеть не может.

Среднюю школу Балджер так и не окончил, зато, примкнув к ирландской молодежной банде под названием «Трилистники», в годы Второй мировой войны сумел заработать себе довольно громкую репутацию в преступном мире. В конце концов он угодил в тюрьму для несовершеннолетних, из которой освободился в 1948 году и тут же был призван в военно-воздушные силы. В армии будущий криминальный босс предсказуемо не отличался дисциплиной, однако спустя три года демобилизовался с почетом и возвратился в родной город, где его ожидало большое преступное будущее.

Но для начала Балджеру пришлось отсидеть весьма внушительный срок — с 1956 по 1963 год — за угон автомобиля и вооруженное ограбление. За это время он попытался устроить побег, посидел в знаменитой федеральной тюрьме особого режима «Алькатрас» в Калифорнии, завел полезные знакомства с «коллегами», а также побыл подопытным для экспериментов ФБР с ЛСД и другими наркотиками. Само собой, исправительного эффекта все это не возымело.

В Южном Бостоне не доносят

Ирландская мафия в США не получила такой всемирной известности, как итальянская, но представляет собой весьма солидное сообщество со сводом неписаных законов и богатыми традициями. Обмен любезностями в зале суда между подсудимым и свидетелем был посвящен как раз нарушению важного правила: «в Южном Бостоне не доносят — ни на друзей, ни на врагов». Принято считать, что Балджер эту заповедь нарушил десятки лет назад, что и позволило ему так долго и плодотворно заниматься бандитским промыслом.

Предположительно, завербовать Балджера ФБР пыталось с начала 1970-х, и на это ушло несколько лет. К тому моменту он сумел стать одной из важных, хоть и не высшего порядка, фигур в синдикате «Уинтер-Хилл», который заправлял в Южном Бостоне. Этому предшествовала война между двумя ирландскими группировками — бандой Киллинов и бандой Малленов. Балджер вскоре после освобождения стал работать с Киллинами, но по ходу конфликта они оказались слабее. В конечном итоге главарей банды перестреляли, а остальным пришлось бежать из города.

По некоторым данным, лидера Киллинов убил сам Балджер, который хотел таким образом прекратить кровопролитие и получил соответствующую санкцию от босса синдиката «Уинтер-Хилл». Как бы то ни было, Балджер сыграл ключевую роль в организации мирных переговоров, по итогам которых банды Малленов и Киллинов объединились, что повысило его криминальный статус. В конце 1970-х руководство «Уинтер-Хилл» посадили за мошенничество на лошадиных бегах. Балджер же остался на свободе и стал новым боссом синдиката.

Такому карьерному взлету, судя по всему, напрямую способствовало ФБР, которое уговорило прокуратуру снять обвинения с Балджера, а также со Стивена Флемми по кличке Стрелок, который стал его правой рукой. Флемми, в отличие от основной массы бандитов «Уинтер-Хилл», был по происхождению не ирландцем, а итальянцем, чем и представлял для федералов особый интерес. Главной целью вербовки была нейтрализация семьи Патриарка, которая представляла в Новой Англии интересы мафиозных кланов Нью-Йорка и боролась за влияние с ирландцами.

Такая расстановка сил, надо полагать, упростила Балджеру решение моральной дилеммы: становясь осведомителем, он не только спасался от преследования, но и защищал свою группировку от конкурентов. Кроме того, синдикат установил тесные отношения со специальным агентом ФБР Джоном Коннолли — ирландцем, который тоже вырос на юге Бостона и стал важнейшим пособником и информатором Балджера. Эта история частично отражена в фильме Мартина Скорсезе «Отступники»: именно Балджер был прототипом босса ирландской мафии Фрэнка Костелло, роль которого сыграл Джек Николсон.

«Нечестивый союз»

Между ФБР и синдикатом «Уинтер-Хилл» установилось плодотворное сотрудничество — «нечестивый союз», как его назвали авторы журналистского расследования Дик Лер и Джерард О’Нил. Балджер и Флемми доносили Коннолли, тот платил гангстерам взаимностью. При этом у бандитов были и другие ценные информаторы в правоохранительных органах, например, лейтенант полиции штата Массачусетс Ричард Шнайдеран.

Опираясь на поддержку коррумпированных сотрудников силовых структур и пользуясь действовавшим на улицах Южного Бостона кодексом молчания, ирландский синдикат упрочил свои позиции в рэкете, игорном бизнесе, автоугонах, ростовщичестве, а также торговле оружием и — хоть изначально и неохотно — наркотиками. Впрочем, интересы Балджера были очень разнообразны: так, по некоторым данным, в 1990 году он участвовал в дерзкой и крупной краже живописных полотен, в том числе картины Рембрандта.

Помимо продажных полицейских и федералов у Балджера, как у всякого солидного гангстера, имелся и свой «пул» лояльных политиков, причем далеко не последней величины. Достаточно сказать, что его младший брат Уильям (Билли) Балджер с начала 1960-х раз за разом переизбирался в законодательное собрание штата от Демократической партии: сперва в Палату представителей, а потом в Сенат. В Сенате Массачусетса он председательствовал на протяжении восемнадцати лет, вплоть до 1996 года — это для истории штата рекордный срок. К моменту отставки его старший брат уже находился в бегах, однако младший Балджер еще много лет возглавлял правление Массачусетского университета. Бывший сенатор выслушал немало неприятных вопросов на предмет его связей с братом, он даже воспользовался пятой конституционной поправкой, позволяющей не свидетельствовать против себя, но ни в чем серьезном его так и не уличили.

Ходили слухи, что в 1995 году именно Билли Балджер помог брату скрыться от преследования. Впрочем, ключевую роль в этом сыграл, похоже, все тот же спецагент Коннолли. Еще в конце 1994 года он предупредил босса ирландцев, что министерство юстиции подготовило против него обвинения и скоро могут начаться аресты. Привыкший к безнаказанности главарь синдиката «Уинтер-Хилл» до конца в это не верил, но на всякий случай из Бостона уехал. Он было уже собирался вернуться, но тут федералы арестовали Флемми. Балджер получил известие об этом от Уикса, своего доверенного младшего сподвижника, и ушел на дно.

Даже на суде, где он давал показания против бывшего покровителя, Кевин Уикс отмечал, что Балджер был ему как старший брат. Кевин вступил в банду в конце 1970-х в качестве рядового «бойца», но со временем вошел в ближайшее окружение босса — наряду с Флемми. Когда последний угодил за решетку и получил за убийства пожизненный срок, а Балджер ушел в бега, Уикс остался на хозяйстве и периодически контактировал с бывшим боссом. Его отношение к «старшему брату» переменилось, когда в 1997 году он встретился с уже ушедшим в отставку федералом Коннолли и узнал о сотрудничестве босса с ФБР.

Это открытие якобы настолько потрясло Уикса, что после ареста в 1999 году он согласился давать показания. Благодаря сделке со следствием он отсидел всего пять лет за соучастие в нескольких убийствах, вышел на свободу и теперь якобы свободно разгуливает по Южному Бостону и никого не боится: да, он нарушил кодекс молчания, но сдал «крыс», а это не считается. «Мы убивали людей, которые были крысами, но две главных крысы находились прямо рядом со мной», — сокрушался Уикс в суде. Именно эти морализаторские рассуждения бывшего подопечного и вызвали ругань у Балджера, который до этого сохранял полную невозмутимость.

Шестнадцать лет в бегах

Всего 83-летнему Балджеру вменяют девятнадцать убийств, не считая других преступлений. О некоторых из них Уикс уже рассказал во всех деталях, другие свидетельства впереди. Всего же главарь ирландской мафии собственноручно отправил на тот свет человек сорок — во всяком случае он, со слов Уикса, сам об этом утверждал. Для своего возраста Балджер отлично сохранился — вопреки расхожему образу вечно пьяного ирландского бандита, он не пил, не курил и ежедневно занимался физическими упражнениями, — и, судя по фото, сохранил тот пронзительный жестокий взгляд, который повергал простых жителей Бостона в ужас.

Впрочем, будучи в числе самых разыскиваемых преступников страны, Балджер мастерски изображал обычного американского пенсионера. Он воспользовался персональными данными реального жителя Массачусетса Томаса Бакстера и вступал от его имени в общественные организации, обзавелся банковскими картами и оформил на него же водительские права, которые впоследствии раз за разом благополучно продлевал.

Когда настал момент пуститься в бега, постоянная сожительница Балджера испугалась трудностей и отказалась за ним последовать, но он не растерялся и взял с собой любовницу Кэтрин Григ — дантиста по профессии, которая была моложе него на двадцать с лишним лет. Она преданно следовала за боссом и тоже исправно играла роль добропорядочной американки: в Луизиане, где они долгое время скрывались, Григ, например, постоянно ходила стричься к дочери местного шефа полиции и оставляла ей щедрые чаевые.

Изловить хитроумных беглецов помогли большие деньги, обещанные властями в виде награды: два миллиона долларов — больше ФБР давало только за Осаму бин Ладена. Счастливой обладательницей этой суммы стала Анна Бьорнсдоттир — бывшая «мисс Исландия», которая волей судьбы оказалась соседкой Балджера и Григ в Санта-Монике, штат Калифорния. И не просто соседкой, а подругой Григ: дамы познакомились, ухаживая за бродячей кошкой. Балджера и Григ задержали в июне 2011 года. В квартире, где они жили, федералы нашли три десятка единиц огнестрельного оружия и сотни тысяч долларов наличными.

Григ в марте 2012 года признала себя виновной в преступном сговоре с целью укрывательства беглого преступника и мошенничестве с персональными данными и спустя несколько месяцев была приговорена к восьми годам лишения свободы. Балджеру же за девятнадцать убийств грозит пожизненный срок, это максимальное наказание: смертную казнь в штате не применяли уже 66 лет, а в 1980-х ее там и вовсе признали неконституционной. До приговора, впрочем, дело дойдет не скоро, и параллельно с юристами ирландскую гангстерскую сагу изучают кинематографисты.

Сценарий «Отступников», которых Скорсезе снял в 2006 году, во многом опирается на историю Балджера и его сообщников, однако фильм представляет собой римейк гонконгского боевика «Двойная рокировка». Теперь же в работе находятся целых два оригинальных проекта, посвященных похождениям босса «Уинтер-Хилл». Во-первых, фильм под названием «Черная месса», основанный на книге Лера и О’Нила, планирует снять Барри Левинсон: предполагалось, что роль Балджера будет играть Джонни Депп, но он отказался от съемок, так как не договорился о гонораре. Во-вторых, еще одну картину собирается снять Бен Аффлек, и там должен сняться Мэтт Деймон, который в «Отступниках» играл агента мафии в полиции.

Какие именно эпизоды из жизни Балджера будут экранизированы, пока неизвестно. Но его биографии хватит не на два, а на значительное большее количество фильмов. Ведь с каждым новым судебным заседанием всплывают все новые подробности, а до конца процесса еще далеко.

Мир00:01 1 ноября
Обложка комикса Is This Tomorrow?

Ленина на них нет

Американцы полюбили социализм. Советский Союз не понадобился