Космос, чемоданы и немного фон Триера

Что и зачем смотреть на Московском кинофестивале

Московский кинофестиваль есть данность - он открывается и проходит каждый год вне зависимости от количества именитых гостей и качества конкурсной программы. Пока нет оснований полагать, что в ближайшие десять лет Михаэль Ханеке и Ларс фон Триер будут сражаться за места в московском конкурсе. Но в 2005-м, как и в предыдущие годы (а может быть, даже в большей степени), за пределами основной программы раскинулась территория кинематографа, которая ждет своих исследователей. Превосходных (или по крайней мере достойных просмотра) картин на XXVII ММКФ будет более чем достаточно.

Конкурс: три фаворита

Никто давно ничего не ждет от основного конкурса - это несчастный доходяга, к которому иногда наведываются неожиданные посетители. В их числе внезапно оказался Томас Винтерберг, автор "Торжества", первого фильма "Догмы", и соратник Ларса фон Триера. Именно по сценарию Триера снят новый фильм Винтерберга "Дорогая Венди" (Dear Wendy). Факт попадания картины в конкурс ММКФ (а не в конкурс, например, Берлина) заранее настораживает - она уже полгода как закончена, но только сейчас начинает свою фестивальную жизнь. Опасений добавляет и тот факт, что предыдущая работа режиссера - "Все о любви" - была откровенно слабой. Так или иначе, фильм обещает быть как минимум любопытным: Винтерберг (как и Триер) снял фильм об Америке, не выезжая из Европы - в этом неовестерне британский актер Джеми Белл (известный благодаря главной роли в "Билли Элиоте") играет молодого человека, влюбленного в пистолет по имени Венди.

Два других заметных фильма в конкурсе - отобранный у Кинотавра "Космос как предчувствие" режиссера Алексея Учителя и драматурга Александра Миндадзе и "Хроники обыкновенного безумия" (Wrong Side Up) - комедия чешского режиссера Петра Зеленки, у себя на родине несколько недель занимавшая верхнюю строчку бокс-офиса.

Скромное присутствие в конкурсе отечественной кинематографии отчасти компенсируется параллельными программами, в одной из которых (в "Российской альтернативе") будет показана картина Ильи Хржановского "4", с большим интересом встреченная на Западе, и собравшая на родине целый ворох претензий морально-этического свойства. При всех недостатках, сыроватости и затянутости, этот поставленный по сценарию Владимира Сорокина фильм фрагментами производит впечатление очень сильное (и при всей фантасмагоричности удивительно близко подходит к описанию текущей реальности за окном и в телевизоре).

8 1/2: реабилитация ММКФ

Конкурс заранее не вызывает большого энтузиама, но априорной удачей фестиваля уже сейчас можно назвать возвращение авторских спецпрограмм, отмененных в прошлом году (официальное объяснение содержало упрек отдельным отборщикам, рекламирующим себя, а не фестиваль). Тем не менее, одной возобновившейся после двухлетнего простоя программы Петра Шепотинника "8 1/2" уже достаточно, чтобы оправдать в глазах зрителя сам факт проведения ММКФ-2005.

В число фильмов, отобранных Шепотинником, вошли победители двух крупнейших фестивалей - прошлогодней Венеции и недавнего Канна. Получившая Золотую пальмовую ветвь картина "Дитя" (L'Enfant) братьев Дарденн, снятая в эстетике шершавого нео-неореализма, через пару месяцев выйдет в наш прокат. А вот с "Верой Дрейк" (Vera Drake), отмеченной в Венеции экзистенциальной драмой британца Майка Ли, дело обстоит сложнее - не исключено, что картину о моральной дилемме бескорыстной содержательницы подпольного абортария увидеть на большом экране можно будет только на ММКФ.

Еще одна не вполне прокатная картина так же попала в программу "8 1/2" из каннского конкурса. "Последние дни" (The Last Days) Гаса Ван Сента уже несколько лет волновали воображение как синефилов, так и меломанов - предполагалось, что фильм станет первым байопиком Курта Кобейна. Ван Сент, режиссер эклектичный и способный как на эксперимент, так и на отсутствие эксперимента, действительно намеревался сделать вполне традиционный фильм об иконе гранж-рока. Однако передумал - "Последние дни", лишенные сюжета и почти лишенные диалогов, встают в один ряд скорее с "Джерри", чем с "Умницей Уилом Хантингом". Не исключено, что психоделическая медитация с участием загримированного под Кобейна актера Майкла Питта найдет поклонников в числе фестивальной публики - но вряд ли в числе поклонников группы "Нирвана".

Берлинская картина "Билеты" (Tickets) отчасти извиняет существование в кинематографе такой искусственной формы, как режиссерский сборник. Вопреки традиции подобных проектов, итальянец Эрманнио Ольми, иранец Аббас Киаростами и британец Кен Лоуч сняли три не вполне обособленные друг от друга новеллы - действие фильма происходит в разных вагонах одного и того же поезда, в реальной жизни курсирующего между Неаполем и Мюнхеном. Эпизод Ольми, слегка политизированный и перегруженный метафорами, получился самым слабым. Киаростами же удивительным образом воскресил дух вроде бы культурно чуждого ему итальянского кинематографа, а Лоуч создал новую пролетарскую сказку - предельно простую и очень трогательную (и тоже политизированную, но совсем не навязчиво).

Прошлогодняя отмена программы "8 1/2" едва не лишила нас двух уже не новых, но от этого не менее достойных картин. "Самая печальная музыка на свете" (The Saddest Music In The World) Гая Мэддина была снята в 2003 году по сценарию Кадзуо Исигуро, японца, проникнувшего в саму ткань британской словесности и ставшего на новой родине лауреатом Букеровской премии (у нас он известен благодаря роману "Остаток дня" и его экранизаци с Энтони Хопкинсом). Отдельного внимания в фильме Мэддина, фантасмагории о временах Великой Депрессии, заслуживает Изабелла Росселлини - она играет безногую владелицу пивоварни, учредительницу конкурса на самую грустную песню на свете. Картина из прошлогоднего каннского конкурса, "Последствия любви" (Le Conseguenze Dell'Amore) режиссера Паоло Соррентино, в одиночку способна послужить опровержением правильного в общем-то тезиса о полной деградации итальянского кинематографа. Пожилой герой этого фильма живет в швейцарском отеле, лишь изредка отлучаясь по делам: он работает подставным физическим лицом, на счетах которого хранятся деньги мафии. В момент совершения очередной финансовой операции Соррентино резко меняет ритм - пробуждение от вечной альпийской сонливости производит на зрителя эффект, сравнимый с впрыскиванием адреналина.

О картине "Дыра в моем сердце" (А Hole In My Heart) достаточно сказать, что снял ее самый известный у нас современный шведский режиссер Лукас Мудиссон (автор "Гребанного Омоля" и "Лили навсегда") и посвящена она любительскому порно. За документалистику в "8 1/2" на этот отвечает дебютант Джонатан Кауэтт, автор шизо-наркотической автобиографии "Проклятие" (Tarnation) - он обобщает свой непростой жизненный опыт, включающий разнообразные формы отклонений и некоторые разновидности криминала.

Азиатский экстрим: человеческие жертвы

Петр Шепотинник смотрит на Запад, но и Востоку на ММКФ-05 отведена отдельная территория - программа Андрея Плахова "Азиатский экстрим". Поклонникам японского, китайского и корейского кинематографа ее можно рекомендовать целиком, но главным хитом секции, безусловно, являются "Три экстрима" (Three... Extremes). Режиссерский сборник, на этот раз паназиатский, включает три новеллы - "Ящик" Такаши Миике, "Снято!" Пака Чхан-ука (автора "Олдбоя" и "Объединенной зоны безопасности") и "Пельмени" китайца Фрюта Чана - тошнотворно-гипнотическая история о том, как стареющая актриса пытается омолодиться, поедая человеческие эмбрионы. Чан, житель Гонконга один из самых актуальных азиатских режиссеров, уже успел снять полнометражную версию "Пельменей" (как и "Три экстрима", она вскоре выйдет в российский прокат). Пока же в программе Плахова можно увидеть еще одну его картину - "Общественный туалет" (Public Toilet). В числе других любопытных названий "Азиатского экстрима" - фильм "Нечего терять", сольное выступление другого режиссера из Гон Конга - Дэнни Пана, который в 1999 году вместе со своим братом Оксидом прославился фильмом "Опасный Бангкок".

Нельзя не обратить внимания на еще один азиатский фильм, а точнее мульфильм, входящий, правда не в программу Плахова, а в "Национальные хиты". "Ходячий замок" (Howl's Moving Castle) Хаяо Миядзаки, автора "Унесенных призраками", можно рекомендовать даже тому, кто не считает себя поклонником японской анимации - это непревзайденный образец бурной творческой фантазии, сказка про доброго волшебника, живущего в ретро-футуристической избушке на курьих ножках и вместе со своим домом болезненные трансформации.

Параллельные программы: прокат и не только

Последние годы ММКФ во многом опирается на арт-хаусный кинопрокат: дистрибьюторы не ищут на фестивале новые фильмы (как бывает в Канне, Венеции или Берлине) - напротив, подпитывают из своих запасов основную и паралльные программы. Уже несколько лет подряд ММКФ дает возможность за десять дней посмотреть многое из того, что выйдет на экраны в течении нескольких ближайших месяцев.

Главнейшей подобной премьерой станет первый российский показ "Мандерлая" (Manderlay) Ларса фон Триера. На этот раз Грейс, покаравшая вместе с отцом жителей Догвилля, попадает на закрытую хлопковую плантацию, чернокожие обитатели которой никогда не слышали об отмене рабства. Зритель, наповал сраженный "Догвиллем", должен приготовиться к тому, что чудес не бывает - по силе эмоцинального воздействия продолжение не может сравниться с первой частью. Формальный прием, поражавший в "Догвилле" (отсутствие декораций, несуществующие скрипящие двери, нарисованные на полу дома и деревья) уже не работает, Брис Даллас Ховард, заменившая Николь Кидман выглядит актрисой второго состава, второстепенным характерам не хватает рельефности и четкости - самоидентифироваться с ними невозможно. Тем не менее, "Мандерлай" ни в коем случае нельзя называть провалом - Триер снова затрагивает крайне болезненную тему, по-прежнему не позволяя усомниться в своем статусе первого европейского режиссера, провокатора и истязателя.

Одним из самых сильных впечатлений не только Московского фестиваля, но и вообще киногода может стать новый фильм Вуди Алена "Матч-пойнт" (Match Point) - если ММКФ успеет во время получить копию. Есть некоторые сомнения в том, что режиссер сделал эту картину без посторонней помощи - слишком сильной и драматичной она выглядит на фоне его творчества последних лет. Невротических шуток про Манхэттан в фильме нет - он снят в Лондоне (с британскими актерами и Скарлетт Йохансон) и повествует о жизненном пути очередного Растиньяка, вынужденного выбирать между разрушительной страстью и с трудом заработанным комфортом. Новый фильм Аллена скорее шокирует, чем смешит, напоминая о самых мрачных романах Достоевского и Патриции Хайсмит, а временами и вовсе об "Американском психопате".

Еще один фестивальный фильм, предназначенный к летнему прокату - "Скрытое" (Cache) Михаэля Ханеке - был фаворитом профессиональной публики прошедшего Каннского фестиваля. Исполнительница главной роли Жюльетт Бинош определила новую работу создателя "Пианистки" как "пощечину западной материалистической цивилизации". Пропустить этот фильм нельзя ни в коем случае, поводов для религиозных и политических дискусский в нем более чем достаточно. Но не следует забывать о том, что что высокомерный интеллектуал Ханеке любит подвергать своих зрителей легкому унижению.

Достоин внимания и еще один прокатный фильм из секции "Гала-премьеры" - "Отель Руанда" (Hotel Rwanda), действие которого происходит во время гражданской войны между хуту и тутси. Тема заранее нагоняет тоску, но ее надо преодалеть: в картине рассказывается история конкретного, очень яркого и к тому же реального персонажа (за исполнение главной роли актер Дон Чидл был номинирован на "Оскар"), африканского Шиндлера, постоянно балансируещего на грани жизни и смерти.

Из того, что в на большие экраны скорее всего не выйдет, особого внимания достойна антитеза недавно прошедшего в нашем прокате "Бункера" Оливера Хиршбигеля - берлинская картина "Софи Шолль. Последние дни" (Sophie Scholl - Die letzten Tage). Софи Шолль, мюхнехская студентка-антифашистка, уже более 60 лет является кем-то вроде свидетеля обвинения для германского народа: пока другие немцы якобы пребывали в неведении относительно концлагерей и Холокоста, Софи вместе с братом вела подпольную борьбу, пока не была казнена в 1943 году. Любопытный фильм о подпольной деятельности другого рода тоже попал к нам из Берлина - это палестинкий "Рай сегодня" (Paradise Now) из программы "Вокруг света", посвященный двум друзьям, террористам-смертинкам.

Закрытие и Гринуэй: русский след

Заявленные в качестве фильма церемонии закрытия "Красотки" - не что иное, как Russian Dolls Седрика Клапиша, продолжение "Испанской гостиницы", выходившей у нас под названием "Испанка". Картина с набирающим обороты французским актером Роменом Дюри в главной роли ("Арсен Люпен", "Изгнанники") снималась в Санкт-Петербурге - отсюда и оригинальное название (в котором речь, кстати, идет скорее о матрешках, нежели о красотках).

Не обошлось без российской темы и еще в одном важном произведении внеконкурсной программы: нам наконец-то покажут русскую версию "Чемоданов Тульса Лупера" (The Tulse Luper Suitcases), масштабного мультимедийного проекта, частично осуществленного при российской поддержке. Прадва, еще в прошлом году выяснилось, что присутствие русских актеров (Владимира Стеклова, Ренаты Литвиновой и других) на экране сокращено до минимума - серьезного следа в жизни Лупера они не оставили. При всей грандиозности замысла, "Чемоданы" абсолютно маргинальны и по отношению к мейнстриму, и по отношению к традиционному арт-хаусу. Тем не менее их стоит смотреть целиком: в каждой из частей, как и в багаже главного героя, можно найти бесконечное количество любопытных предметов. К тому же, на ММКФ мы сможем увидеть специальную версию, в которой биографов Тульса Лупера дублируют известные отечественные культурологи - например, главный редактор "Искусства кино" Даниил Дондурей или программный директор ММКФ Кирилл Разлогов.

Мария Кувшинова