Показали фугу

Легкий способ окультурить своего ребенка

Фото: @bolshoi_theatre

Строго говоря, новая постановка Большого театра «Путеводитель по оркестру. Карнавал животных» — не совсем спектакль. А «театрализованная экскурсия в мир симфонического оркестра, объединяющая Путеводитель (Вариации и фугу на тему Генри Перселла) Бриттена и "зоологическую фантазию" Сен-Санса».

Главные персонажи — музыка и оркестр, ее играющий. И просветительский рассказ об этом. Но не просто, а под прикрытием «интерактивного действа» с компьютерными технологиями, с большим экраном, полным всяческой анимации. Разумеется, все придумано не для того, чтоб показать продвинутость саму по себе. Просвещать без компьютеров? Да в зале будут «скука и зевки», предположили авторы действа. То есть в Большом попытались сделать «учение с увлечением». Раз уж нынешние дети возятся с айпадами раньше, чем научились читать, и скоро будут возиться раньше, чем научатся говорить. А в Большом стараются привлечь новое поколение зрителей. Мысль такая: сперва дети посмотрят вот такое интерактивное, через это постепенно привыкнут ходить на Театральную площадь, а потом и на что-нибудь не столь продвинутое, но все равно хорошее заглянут. Не единым же новогодним «Щелкунчиком» жива система «Большой — детям». Тем более что главная задача премьеры — научить не сколько смотреть, сколько слушать.

Этого же хотел британский композитор Бенджамин Бриттен, когда вскоре после Второй мировой войны написал «Путеводитель по оркестру». Музыка сопровождается комментариями, они рассказывают об устройстве и звучании оркестра. Какие инструменты. Какой у них тембр. Почему в оркестре существуют группы — от струнных («тут водят смычком») до духовых («тут дышат») и ударных (в них, само собой, ударяют). Как дирижер все это объединяет в систему и как из простого возникает сложное — финальная грандиозная фуга.

Английский автор текста словно задался целью подтвердить всеобщее представление о джентльменской сдержанности — и написал нечто полезное и толковое, но требующее от детей сосредоточенности и внимания. Как на уроке. Чтоб избежать назидательности, режиссер Алексей Франдетти придумал двух персонажей — интеллигентного папу в очках и его дочку, которая боится виртуальной грозы и грома, а отец, чтобы отвлечь дитя, восклицает: «На свете существуют вещи, которые громыхают громче любой грозы». Ну, тут уже недалеко до оркестровых барабанов. И понеслось. К примеру, нежно попискивает флейта, которая, по словам папы, звучит «тепло и нежно». А на экране — ее, флейты, портрет, и вдобавок туда-сюда летают всяческие компьютерные граффити, призванные обозначить теплоту и нежность. Контрабас — «дедушка струнной группы», играет «основательно, иногда и ворчливо». У арфы, сообщают нам, 47 струн и семь педалей. А публика видит анимационные струны, спирали, кольца, синусоиды и воронки. Ассоциации, наверно.

Правда, актер Александр Арсентьев (папа) как-то неубедительно изображал любящего отца, да и дикция подкачала: некоторые слова он попросту глотал. Дочка же Аня (Лиза Бугулова) была мила и непосредственна в своем музыкальном любопытстве. Вот только перманентное сидение семьи на лесенке, ведущей на сцену (она же — условный чердак заброшенного дома) динамики зрелищу не прибавило. Задремавший рядом с автором этих строк ребенок — тому доказательство. Да героиня и сама, проговорив с отцом «всю ночь», заснула на фуге. Не то чтобы такое режиссерское решение стало пропагандой музыки. Или все увиденное и услышанное Ане попросту приснилось? Как Алисе — ее Кролик?

Зато потом случился неслабый драйв — когда взялись за «Карнавал животных» Сен-Санса. Это такая камерная композиторская шутка, что называется, для своих, без малейшего намека на педагогику, с музыкальными звукоподражаниями животным и птицам, с многочисленными цитатами откуда ни попадя, от витиеватого барокко до канкана в издевательски медленном темпе. Собственная симфоническая поэма Сен-Санса «Пляска смерти» непринужденно дружит с мотивами из «Севильского цирюльника». В нашу эпоху тотального цитирования — вполне актуальная игра, не для детей, правда (что им цитаты?), а для родителей. Детям же — простая музыкальная форма, легкие, короткие мелодийки — «сборник афоризмов», как пишут в буклете Большого театра. С участием редкого инструмента — стеклянной гармоники.

Названия номеров уже забавляют: королевский марш льва, куры и петухи, антилопы, черепахи, слон, кенгуру, персонажи с длинными ушами, кукушка в глубине леса, птицы, пианисты, ископаемые, аквариум, лебедь и финал. Лев рычит на рояле, слон грузно топает на контрабасе, осел взвизгивает на скрипках, кукушка повторяется на кларнете. Все смешное, кроме «Лебедя» (того самого, балетно-умирающего). Франдетти написал к циклу миниатюр неплохой текст, которого у Сен-Санса нет: снова папа и дочка, он рассказывает о карнавале в зоопарке, проходящем ночью, когда посетители уходят. Дочка сидит в компьютере, но потом, заинтересовавшись, берет в руки бумажную книгу с картинками. По экрану снуют животные, рисунки как будто сделаны детской рукой. Наибольший зрительский восторг возникал, когда на захваченные съемкой лица надевались виртуальные маски, как в приложении Snapchat: у детей вырастал хобот, у дирижера Антона Гришанина — львиная морда. Вокруг живых людей летали виртуальные птички, в виртуальном «аквариуме» сквозь «воду» искажались пропорции, на фигуры приплясывающих папы с дочкой проецировались скелеты, а нарисованный кенгуру резво скакал по партеру.

Эта картинка из зазеркалья — решение очень понятное, но одновременно рискованное. Привычка смотреть в экран вовсе не означает, что «проложить детям путь к музыке» можно через усиленную визуальность. Впечатления ушей и глаз не всегда совпадают в сложном пространстве театра, что и показала нынешняя премьера. Собственно говоря, музыка в ней оказалась крайней. В первом отделении — от чинности происходящего. Во втором — наоборот, от сильной зрительской раскрепощенности. Интерактивнось — да, была. Когда счастливое лицо мальчишки или девчонки из публики проецировалось на экран. Остальные дети, да и родители, не очень-то тихо радовались, находя себя в трансляции картинки из зала. Какая уж тут музыка! Впрочем, Франдетти и его команда уловили главное. Когда ребенок в театре смеется — это всегда хорошо. Ребенку. И любому театру. Не придется маме с папой в следующий раз дитя силком на представление тащить.

Культура00:0520 февраля

Пиши еще

«Довлатов» Германа и феминистский вестерн: что смотрят на Берлинском фестивале
Луис Глазман «Битва при Ситке»Обойдемся
Эти индейцы воевали с русскими до 2004 года. Они вынудили Россию продать Аляску
Не братья вы нам
Почему исчез самый загадочный народ России
Забрало закрой!
Российских солдат будущего боятся уже сейчас
Восстание зануд
Первый тест самой странной Audi нашего времени – лифтбека A7 нового поколения
Тест: Made in USSR? Точно?
Угадай машину, придуманную в СССР
Самая лучшая Audi наших дней. Или нет?
Видео: первый тест Audi A7
Сегодня ничего не произошло
Длительный тест Hyundai Sonata: итоги, конкуренты, стоимость владения