Новости партнеров

«Пришел ваш друг Трамп и все похерил»

Спайк Ли о русском химоружии, дружбе с Обамой и о том, что такое флоу

Спайк Ли
Фото: Agence / Bestimage / Legion-media.ru

В сети появился один из главных фильмов года — призер Канн и хит американского проката, основанная на реальных событиях трагикомедия Спайка Ли «Черный клановец». С этой историей чернокожего полицейского, сумевшего под прикрытием внедриться в Ку-клукс-клан, Ли, самый известный афроамериканский режиссер в истории кино, почти десять лет снимавший независимые, камерные картины, окончательно вернулся в эпицентр публичного внимания — чтобы подтвердить свою славу провокатора и правдоруба. Вот и в интервью, которое Ли дал «Ленте.ру» перед своим режиссерским мастер-классом в Венеции, не обошлось без политики.

«Лента.ру»: Вот вы сейчас собираетесь провести мастер-класс. А возможно ли в принципе научить кого-то кинорежиссуре?

Спайк Ли: Не думаю, что кинорежиссуре можно научить. Таким вещам нельзя научить. Ты должен учиться режиссуре сам, на собственном опыте.

Кино не только детище режиссера. Фильмы, помимо того, еще и сами формируют своих создателей, могут даже повлиять на их судьбу, не так ли?

Не согласен. Я создаю свои фильмы, но они меня не формируют. Мои фильмы с самого начала подвергались критике, но я не изменяю себе и продолжаю снимать кино уже больше сорока лет.

А какое десятилетие было для вас самым трудным? Пытались ли вы адаптироваться к новым временам? Или нет?

Единственное, что должен кинорежиссер — это делать все необходимое для съемок независимого фильма. Мне удавалось адаптироваться и переходить из одного состояния в другое, туда-обратно.

А в чем состояла эта адаптация?

Я просто пытался поймать флоу... Ты должен уметь маневрировать и делать все, чтобы довести фильм до конца, — все, что угодно, лишь бы его завершить.

А что означает для вас это слово «флоу»? Поток технологических новаций?

«Флоу» означает все сразу. Все, что ты делаешь, чтобы довести фильм до конца.

Хорошо, не могли бы вы объяснить понятие «флоу» на примере того, что вы снимаете сегодня?

Ну, например, «Черный клановец» — я и не ждал, что буду снимать этот фильм. Когда продюсер позвонил мне с предложением, это было как гром среди ясного неба. Я открыт миру. Все, что бы я ни делал, я счастлив делать как режиссер — при условии, что мне не надо писать сценарии.

«Черный клановец» показался мне чрезвычайно интересным и шокирующим. Какова реакция на него зрителей?

Людям этот фильм нравится (смеется).

Вот и все? Вот и все, что вам нужно?

Я вообще-то ни в чьем благословении не нуждаюсь. Но, когда твой фильм нравится зрителям и критикам, гораздо проще заручиться поддержкой для съемок следующего фильма.

Очень прагматичный подход, но в кинорежиссуре вы отчасти поэт, верно?

С сорокалетним стажем...

В ваших фильмах действительно есть определенного рода поэзия. Ведь чтобы придумать фильм, снять его, а затем смонтировать, требуется что-то вроде поэтического вдохновения?

Слово, которое я часто слышу в отношении «Черного клановца», что этот фильм — оперный. И с этим определением я согласен. Опера! Опера Спайка Ли! Ли-младшего!

До какой степени для вас важна реакция на фильм? Не кажется ли вам, что иногда ваши фильмы как бы меняются под воздействием общественного мнения?

Тут не мне судить. Я считаю, что история сама себя расскажет... а может, и не расскажет. Я не разыскиваю в минувшем свой призрак, я не думаю о сорока годах своего режиссерского стажа — а просто хочу найти возможность снять еще больше фильмов.

И вы не чувствуете ностальгии по фильмам, которые снимали сорок лет назад?

В каком-то смысле чувствую. В следующем году будет тридцатый юбилей выхода «Делай, как надо». Тридцать лет — можете себе представить...

Кстати говоря, какой личный смысл вы вкладываете в это название — «Делай, как надо»? Отличный лозунг для любой ситуации. Все у нас пытались как можно точнее перевести его на русский, но ни у кого не получилось передать смысл.

«Делай, как надо» — просто такое выражение, которое я часто слышал в своем детстве в Бруклине. Однажды я подумал, что это хорошее название для фильма. В то самое мгновение, когда мне это пришло в голову, я сказал себе: «Мой следующий фильм будет называться "Делай, как надо"». Тогда я не знал, про что будет фильм. Но название у меня уже было.

А вы всегда все вели себя, «как надо»?

Не мне об этом судить, пусть об этом судят другие.

А стали бы вы что-то переделывать в своих фильмах?

Нет, не могу же я вернуться в прошлое и что-то переделать.

Кстати о прошлом — помните ли вы, как приезжали в Москву в 1989 и 2011 годах?

Да.

Не могли бы вы описать свои поездки?

Холодно было.

И это все, что вам запомнилось?

Помню, что я крутил снова и снова и даже поставил на повтор песню Майкла Джексона Stranger in Moscow. Что-то такое типа «Меня выслеживает КГБ», KGB is after me (смеется). Никаких оснований для этого не было, клянусь, это Майкл придумал, не я! Но я все равно ставил ее на повтор. Крутил снова и снова. Stranger in Moscow!

С тех пор Москва очень изменилась. Приезжайте.

Я как-то не уверен, что приеду (хохочет). Я ничего не имею против, но теперь у вас завелся какой-то особый нервно-паралитический газ. Раз — и все! Не хочу, чтобы со мной это случилось.

Не беспокойтесь...

Теперь это случается даже в Лондоне.

Мы вас защитим, не беспокойтесь.

У меня свои способы защиты.

Какие же?

Дурной глаз! (демонстрирует кулон, висящий на шее) Не подходи! Не подходи! Не подходи! (смеется) Беги! Беги!

А этот дурной глаз помогает вам снимать кино?

В мире полным-полно... полно злых духов. Я всегда могу их распознать. Вас клонит в сон, вас клонит в сон... (смеется)

И в чем же, на ваш взгляд, самая опасная, самая вредоносная разновидность зла на свете?

Ненависть. Не только для меня — она повсюду в мире. Думаю, я наблюдаю ее в Штатах, в Европе, с этим Брекзитом в Британии, во Франции, в Испании, в России (смеется, смотрит в камеру). Россия, я посылаю тебе мир! Итак, ненависть разошлась сейчас по всему миру, этот печальный феномен, свойственный правым политикам, идет на подъем. И мир сейчас не в лучшей ситуации.

Скажите, а вы остаетесь кинорежиссером круглосуточно? Способны ли вы забыть, что вы кинорежиссер, например, сейчас, пока сидите здесь? Или вы можете черпать вдохновение в любой момент времени?

Я открыт для вдохновения, даже когда сплю. Вот и все, я всегда открыт.

И есть ли в таком случае какие-то фильмы, которые вы придумали… в Каннах, скажем?

Нет, там ни один фильм не... (задумался). Но вот, скажем, — я часто путешествовал по Италии, и это отчасти способствовало возникновению моего фильма «Чудо Святой Анны», он о солдатах-афроамериканцах, которые воевали против фашистов, против нацизма во Второй мировой войне.

За сорок лет в кинорежиссуре вы, возможно, научились обновлять свой киноязык…

Я бы не стал употреблять слово «обновлять», я просто хочу и дальше заниматься своим ремеслом — снимать кино. Я совершенствую свое ремесло. Я вдохновляюсь примером джазовых музыкантов: посмотрите на Майлза Дэвиса, Джона Колтрейна, Дюка Эллингтона. Эти люди до последнего дня своей жизни оттачивали свое ремесло.

Джаз для вас много значит?

Да, мой отец Билл Ли был джазовым музыкантом. На его произведениях основана музыка к многим моим фильмам.

Но структура ваших фильмов — гораздо более строгая, чем в джазе.

Не-е-ет. Мои фильмы — совершенно свободные. Я много импровизирую в своих фильмах, да и актеры импровизируют. При всем уважении к вам, сэр, позвольте не согласиться.

Я просто задаю вам провокационные вопросы.

Я знаю, что вы это делаете, все нормально, все нормально.

Не кажется ли вам, что кино слегка изменилось?

Цифровая технология изменила все. И Netflix тоже скоро все изменит.

В каком направлении?

Netflix вкладывает колоссальные средства в кино. Но Netflix предполагает показывать сделанные им фильмы исключительно на собственной платформе. Все, практически все картины, за исключением одного-двух блокбастеров, которые могут идти в кинотеатрах. Люди выбирают — смотреть кино на большом экране или смотреть фильм на телефоне дома (замечает BlackBerry корреспондента «Ленты.ру»). Мне тоже нравится BlackBerry (кладет телефон назад, показывает свой, старенький).

По-моему, некоторые американские президенты тоже разговаривали по BlackBerry — Барак Обама, например.

У него его уже отобрали. В целях безопасности.

Вы с ним дружили?

До сих пор дружу. Не то чтоб мы с ним лучшие друзья, но дружим, это да. Мы знакомы.

Он хороший человек?

Очень хороший.

Что он сделал для мира?

Он совершил большие перемены во многом, но все это похерено вашим другом Трампом.

Так… На этом остановимся, к сожалению, это был уже последний вопрос.

Последний вопрос... Это почему же? Я уже чем-то заболел? (хохочет) Спайк, как ты, еще жив? (изображает обморок)

Цифровой релиз фильма «Черный клановец» состоялся 29 октября. Второй сезон сериала Спайка Ли «Ей это нужно позарез» выйдет в 2019 году.