У Жени Новикова из подмосковного города Мытищи редкая и агрессивная злокачественная опухоль — рабдомиосаркома, образовавшаяся в глубине орбиты правого глаза. В сентябре прошлого года опухоль удалили, однако остается большая вероятность рецидива — рак может вернуться. Этого можно избежать, если в самое ближайшее время провести протонное облучение, которое прицельно убивает опухолевые клетки. К сожалению, госквоту на такое лечение клиника пока не получила, а стоит оно больше четырех миллионов рублей — для родителей Жени сумма просто запредельная. Им необходима наша помощь.
Перед наркозом Женя строго посмотрел на врачей и сказал: «Я тут случайно. Сделаю операцию и уеду от вас. Мне болеть некогда, я учиться хочу». Врачи понимающе улыбнулись, сделали укол и отвезли мальчика в операционную.
Фото: Русфонд
А его мама Екатерина осталась одна в больничном коридоре и разрыдалась:
При ребенке нельзя плакать, он все чувствует. А не плакать в онкологическом отделении невозможно: там дети годами борются с раком. Почему? За что?
Год назад Женя мечтал пойти в первый класс. Мальчик был развит не по годам. Вместо сказок предпочитал слушать детские энциклопедии. Вместо комиксов изучал географические карты и материки. В два года читал наизусть стихотворения из школьной программы, знал названия всех динозавров и смеялся, когда мама путала велоцираптора с микропахицефалозавром. В четыре года сам научился читать.
Особенно легко маленькому Жене давалась математика. К шести годам он запросто мог складывать в уме числа до тысячи и замучил маму просьбами придумывать для него новые задачки и уравнения
На тестировании перед поступлением в школу учительница только развела руками. «Вашему ребенку надо сразу в третий класс, — заявила она. — Он всю школьную программу на три года вперед знает».
Но в школу Женя так и не пошел.
В последних числах июня над правым глазом у него вздулась шишка величиной с куриное яйцо, и веко наплыло на отекший глаз. Испуганные родители вызывать скорую.
— Это случилось после того, как сын съел вафлю со сгущенкой, — рассказывает Екатерина. — Врачи сделали укол преднизолона, отек спал. Сказали, что это, скорее всего, аллергия на сладкое либо на июньское цветение злаковых растений. Рекомендовали принимать антигистаминные препараты.
Фото: Русфонд
О том, что у сына никакой не поллиноз, маме стало ясно уже на пятый день:
— Я сама аллергик. Знаю, что антигистаминные препараты сразу снимают отек. У Жени все было по-другому: отек спал, но один глаз стал выше другого.
В местной поликлинике маму с сыном три раза гоняли по кругу от офтальмолога к аллергологу, а потом к неврологу, который уверял: «Ничего серьезного. Придраться не к чему».
Екатерина с Женей потеряли полтора месяца. За это время состояние мальчика ухудшилось: начала сильно болеть голова, появилась тошнота. Но врачи утверждали, что все пройдет само.
У очень способного семилетнего мальчика нашли очень злокачественную опухоль. Операция прошла успешно, но чтобы рак не вернулся необходимо очень дорогая протонная терапия. Нужна помощь.
..
С мертвой точки дело сдвинулось, когда в августе Екатерина обратилась в платную клинику. Во время осмотра врач сразу же заподозрил у Жени «что-то серьезное» и назначил МРТ мягких тканей головного мозга. Томография показала объемное образование внутри правой глазной орбиты. Ребенка срочно госпитализировали в детскую больницу в Москве и после дополнительного обследования в экстренном порядке назначили операцию.
День знаний у Жени прошел под наркозом на операционном столе. Несколько часов московские хирурги выскабливали опухоль, прочно укоренившуюся в орбите глаза, важно было не задеть тонкие ниточки нервов, чтобы не нарушить работу мозга и не лишить ребенка зрения.
Фото: Русфонд
Когда Женя очнулся после наркоза, первым делом спросил: «А теперь мне можно в школу?» — «Даже нужно!» — ответил доктор.
По словам Екатерины, врачи не сомневались, что с болезнью покончено навсегда. После операции покраснение ушло, отек спал, асимметрия исчезла. На пятый день Женю выписали домой.
Мальчик мечтал о том, как придет в школу и подружится с одноклассниками. Но звонок из больницы прозвучал как гром среди ясного неба: «Результаты биопсии показали, что опухоль злокачественная, — сообщил врач. — Лечение необходимо продолжить».
Вместо школы Женя снова оказался в больнице. Ему предстояло пройти девять курсов химиотерапии.
Диагноз, поставленный после тщательного обследования, был очень серьезный: эмбриональная рабдомиосаркома — агрессивная быстрорастущая злокачественная опухоль
В день своего рождения Женя лежал под капельницами, его рвало, на голове почти не осталось волос. Мама сидела рядом и зачитывала поздравления от одноклассников, с которыми он не учился ни одного дня, но некоторых знал с детского сада. Они нарисовали для него школу, торт, футбольное поле, динозавров — всего 30 рисунков. Один мальчик написал: «Женя, ты мой лучший друг! Выздоравливай скорее!»
Фото: Русфонд
Сил улыбаться у Жени не было, он то спал, то плакал: «Мамочка, извини, я не знаю, почему плачу».
Консилиум врачей пришел к выводу, что повторная операция невозможна из-за большого риска потерять глаз, поэтому ребенку жизненно необходима протонная терапия, которую проводят в единственном месте в России — в Центре протонной терапии Медицинского института имени Березина Сергея в Санкт-Петербурге.
— Перед Новым годом сын завершил пятый курс химиотерапии. Всех детей в онкологическом центре поздравляли с наступающим праздником, — рассказывает Екатерина.
В медицинских масках они водили хоровод вокруг елки, следом шли мамы с капельницами… Это был самый грустный праздник в моей жизни. Женя остался в палате, большего всего на свете он боится заразиться, так как врач сказал, что любая инфекция может стать для него смертельной
— Я хочу в школу, — говорит мальчик. — Хочу учиться. Хочу жить.
Фото: Русфонд
За последние полгода Женя, по мнению мамы, сильно повзрослел. Он понимает, что для выздоровления кроме химиотерапии надо срочно пройти курсовое облучение протонами, которые прицельно убивают раковые клетки. И тогда в сентябре он сможет пойти сразу во второй класс вместе с ребятами. А после школы стать палеонтологом и поехать в экспедицию на раскопки динозавров, как мечтал еще до болезни.
Это обязательно сбудется, но есть одно условие.
Лечение необходимо начать прямо сейчас, потому что опухоль стремительно растет
Госквоты на 2026 год в клинике еще не получили. Оплатить дорогое и срочное лечение должны родители Жени, но у них нет четырех с лишним миллионов рублей, чтобы спасти единственного сына.
У Жени диагностирована рабдомиосаркома — злокачественная и крайне агрессивная опухоль орбиты правого глаза. Учитывая высокие риски при проведении операции, связанные с развитием тяжелых жизнеугрожающих осложнений, ребенку необходимо срочно пройти курсовое протонное облучение. Этот вид лучевой терапии действует целенаправленно на опухолевые клетки и не повреждает соседние участки мозга. В данном случае это самый эффективный и щадящий метод облучения
Стоимость протонной терапии — 4 291 723 рубля.
852 405 рублей собрали пользователи благотворительного сервиса mos.ru
89 500 рублей собрали участники благотворительной акции «Миллион призов»
546 465 рублей собрали читатели rusfond.ru
Дорогие друзья! Если вы решите помочь Жене Новикову, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято
О РУСФОНДЕ
Русфонд (Российский фонд помощи) создан осенью 1996 года для помощи авторам отчаянных писем в «Ъ». Проверив письма, мы размещаем их в «Ъ», на сайтах rusfond.ru, kommersant.ru, в эфире телеканала «Россия 1» и радио «Вера», в социальных сетях, а также в 118 печатных, телевизионных и интернет-СМИ.
Возможны переводы с банковских карт, электронной наличностью и СМС-сообщением, в том числе из-за рубежа (подробности на rusfond.ru). Мы просто помогаем вам помогать тем, кто в этом особенно нуждается.
Всего Русфондом собрано свыше 23,736 миллиарда рублей. В 2026 году (на 15 января) уже собрано 50 377 945 рублей, помощь получили 104 ребенка
Русфонд — лауреат национальной премии «Серебряный лучник» за 2000 год, с сентября 2017 года входит в реестр СО НКО — исполнителей общественно полезных услуг. В июне 2024 года президентский грант завоевал проект Национального РДКМ Консультационная служба по донорству костного мозга «Ориентир». В январе 2025 года президентский грант выиграл проект Русфонда «ПроРегистр. Продолжение». В июне 2025 года эндаумент Русфонда выиграл грант Фонда Потанина. В сентябре Русфонд и Национальный РДКМ стали победителями конкурса грантов мэра Москвы 2025 года. Президент Русфонда Лев Амбиндер — лауреат Государственной премии РФ.
Адрес фонда: 125315, город Москва, а/я 110;
Электронный адрес: rusfond.ru; e-mail: rusfond@rusfond.ru
Приложения для айфона и андроида rusfond.ru/app
Телефон: 8-800-250-75-25 (звонок по России бесплатный), 8 (495) 926-35-63 с 10:00 до 20:00
