Синдром Александра Матросова

Куда заводят мечты о жизни, в которой всегда есть место подвигу

"Лента.ру" публикует эту колонку в рамках проекта "Слово читателю".

С детства интересуюсь: какой же гений советской педагогики придумал не пускать детей в туалет, когда "это не положено"? В лагерях - по ночам, в школе - на уроках и прочих activities. Даже не представляю, сколько людей заработало проблемы со здоровьем в этой области из-за чудесной формулировки "большой уже, потерпишь". Сколько себя помню, попИсать в системе образования было делом предосудительным (не потому ли, кстати, туалет - вечный центр всяческого школьного криминала и контркультуры?). И ради чего все эти мучения и запреты, это навязанное ребенку самоистязание? Дисциплинированные роботы из детей все равно не получатся - и слава богу. Получится только больше людей с ранним простатитом.

Вообще, у меня нет никаких сомнений, что культ самоотрешения-во-имя у нас "от Гостосмысла", то есть был всегда. Тут и церковь десницу приложила, и монархи всяческие кровавые, и юродивые... Но сегодняшние проявления - это, конечно, наследство Союза, где культ по советской традиции довели до "образцово-показательного" уровня. Идея уравновешивать бездарность полководца героизмом солдат – тоже древняя, но апофеоз ее применения – именно СССР (и от любимого Троцким "коммунистического самурая" до камикадзе рукой подать). Пока американец Паттон методически приводил в жизнь свой "смысл войны", который "заключается не в том, чтобы умереть за свою Родину, а в том, чтобы заставить сукиного сына с той стороны умереть за свою", советские солдаты и офицеры массово закрывали ДЗОТы, самоподрывались и таранили своими машинами немецкие самолеты. И извините за цинизм, но мне действительно кажется, что несостоявшийся американский Матросов был часто полезнее, чем наш - состоявшийся и павший геройской смертью.

Поэтому я не понимаю возмущенных заявлений вроде "Америка потеряла в войне каких-то 400 тысяч!" Ведь смысл тут совершенно четкий: "Мало, мало их кровушки пролилось! Как жаль, что они не потеряли больше". То есть вам, ребята, хотелось бы, чтоб в той войне не полмира было изувечено, а весь мир? Завидуете, что они обошлись малой кровью - и на сохраненных ресурсах вышли в лидеры? Да, где-то в той войне (хотя, может, и раньше) погибли русский Билл Гейтс, русский Стив Джобс, русский Мартин Лютер Кинг, русский Элвис. Но вам бы желательно, чтобы погибли и американские. Своя корова сдохла - черт с ней, вся беда в том, что у соседа живая. Надо и ее травануть, а что молока не будет ни у кого - ну так затянем пояса, собой уж пожертвуем завсегда.

А самое главное, что дело не только и не столько в войне. Война, в конце концов, штука экстренная, и там "все средства хороши". Самое страшное в жертвовании будничном, красивым эвфемизмом которого стал чисто советский оборот "трудовой героизм". Параллель труда и войны - вообще главная советская параллель. В том числе - и в смысле культа жертвования.

Меня просто поражает, что почти ВСЕ экономические и инженерные решения принимались во благо показателей и в ущерб человеку. Летать в космос на трудном в производстве твердом топливе или ядовитейшем жидком гептиле, которым потравим всю страну? Конечно, на гептиле, чего мы будем, как американцы, мучиться! Остановить подъем воды на уровне, достаточном, чтобы не был затоплен живой старинный город – или залить все по максимуму, но получить больше электричества? Конечно, второе, а люди пусть выплывают как-нибудь. Производить нормальное количество презервативов (которых даже к середине 80-х делали всего 200 миллионов в год - и это при населении в 280 миллионов) или лучше завод патронов построим? Конечно, патроны важнее. Пусть рожают больше, заодно будет, кому эти патроны расходовать… И так далее.

А в итоге, как известно, никакие суперпоказатели не получились. Потому что женщины, которым помимо презервативов не хватало еще много чего, делали подпольные аборты и губили здоровье. Потому что жители утонувшего города ничего хорошего от страны уже не ждали, тосковали, спивались и "тонули" сами. Потому что работавшие с ракетами офицеры и прапорщики умирали от рака в 40 лет. И потому что оператор реактора, который собрали, перевыполняя план в ущерб сну и отдыху, тоже перевыполнял план в ущерб сну и отдыху - и доперевыполнялся...

  Я теперь все больше и больше понимаю ностальгию по СССР. Причем ностальгию не только по хорошему - по плохому, по ужасному. Слышали вы, наверное, как люди с благоговением и мечтательными глазами вспоминают дефицит, очереди, изоляцию: "Эх, тогда-то не так легко было, в очередях записывались, с ночи занимали". И в этом читается такая неподдельная гордость, такое неподдельное "не то, что нынешнее племя, богатыри - не вы", что мне страшно, как бы они это дело не восстановили. Просто по эмоциональным причинам - как можно залатать и повесить на прежнее место любимые старые занавески или годами не выкидывать облезлого плюшевого медведя, с которыми "столько связано". 

Так вот, я понимаю эту ностальгию, эту любовь и этот фанатизм. Хочется, чтобы снова было "место подвигу". Хочется вернуть жертвенную романтику - Морозова, Матросова и Мальчиша-Кибальчиша. Голодать ради высшего смысла - и гордиться этим. Стоять в очереди за куриными желудками – но знать, что "мы делаем ракеты". И ведь с этой ностальгией не поспоришь, нормальный демократический капитализм действительно скучен в своей прагматичности и расчетливости. Куда романтичнее "рвануть на себе грудь и достать горящее сердце" ради всенародного блага. Но, честное слово, давайте лучше всем миром скинемся этим романтикам на билет в Северную Корею.

Другие материалы рубрики