"Я бы хотел сделать ровную палку, но пока не могу…"

Телепродюсер и телеведущий Иван Демидов о настоящем и будущем российского телевидения

Мало кто станет оспаривать тот факт, что Иван Демидов является одним из самых успешных продюсеров и ведущих на российском телевидении - работал в молодежной редакции ТВ, в 1987 году присоединился к коллективу, создававшему прогамму "Взгляд", в 1991 году начал делать собственную программу "Музобоз", в 1994 году стал директором Московской независимой вещательной корпорации "ТВ-6 Москва". После ликвидации канала ТВ-6 он на какое-то время исчез из поля зрения телезрителей, отметившись лишь в "Последнем герое-3", где, кстати, сыграл в свою игру, отличную от той, которую навязывали ее авторы. С октября 2003 года Иван Демидов ведет программу "Русский взгляд" на 3 канале (ТВЦ). Сегодня, по мнению Ивана Демидова, российское телевидение переживает сложный этап - время "романтики" прошло, запросы аудитории изменились. О том, какими были последние пятнадцать телевизионных лет в России и что ждет телезрителей в будущем, с Иваном Демидовым беседовал специальный корреспондент Vip.Lenta.Ru Иван Подшивалов.

Два года назад мы говорили с Вами о телевидении в связи с планами одного олигарха создать новый канал, и Вы тогда сказали: "сейчас нужно создавать структуру, которая будет работать на то телевидение, каким оно будет через десять-двадцать лет". Речь зашла и о том, что авторы программы "Взгляд" и все те, кто делал новое российское телевидение, вышли из молодежной редакции, кторая была создана много лет назад. А сейчас, как Вы считаете, кто-то думает о будущем телевидения?

Вы знаете, вот что примечательно: мы, продюсеры этого десятилетия, на самом деле - "безотцовщина". Конечно, про Олега Добродеева я не могу так говорить, я про него просто не знаю. А вот Костя Эрнст, Саша Любимов и все те, кого я знаю, с кем мы росли вместе - мы не считали себя наследниками, мы считали себя открывателями. Конечно, мы кланялись Ворошилову и "Литдраме", но так, не всерьез... Тогда сложилась особенная ситуация. Во-первых, срослось - прямо по Льву Гумилеву - количество пассионариев, для которых важнее собственной судьбы было "выпендриться". Во-вторых, существовали определенные ожидания общества. И в-третьих: только не так, как раньше! Отрицать же всегда легче. И, наконец, в-четвертых, - мы готовы были осваивать все жанры, которые были тогда на зарубежном телевидении. Вот эти четыре фактора дали мощный толчок нашему телевидению, просто мощнейший. Мы понимаем, что тогда, наверное, как и в бизнесе, когда 30-летние становились миллиардерами, мы в области телевидения опередили на порядок страну, народ, все что угодно. Сейчас это время заканчивается. Сейчас мы подвергаемся другому испытанию. Отцов не было и раньше, а мы отцами быть не можем, потому что еще хотим играть, да и спрос начинает меняться. На первый план выходит не продюсерское телевидение, а что-то другое.

Что именно?

Нечто вроде "расскажите-ка нам подробнее о настоящем". Я думаю, что не все пройдут через это испытание, потому что это трудно. Тем более, еще раз говорю, мы не являемся ничьими преемниками. Я завидую своим ровесникам из других стран. Я патриот, но им завидую, потому что они могут хотя бы на что-то опереться. А нашему поколению вообще не досталось ничего. У вас, у печатной журналистики, есть отцы, у киношников есть отцы. Любой Федя Бондарчук, пусть он сегодня делает рестораны, все же сын Бондарчука! И он в 80-м году видел все фильмы настоящих мастеров. А мы в 88-м году - я всем эту историю рассказываю - не видели ни одной зарубежной программы.

А что Вы понимаете под продюсерской журналистикой, то есть под продюсерским телевидением?

Вы правильно заметили, можно сказать - продюсерская журналистика, продюсерское кино. Творцов у нас всегда было много, и тут не прибавить и не убавить. Я считаю, это от Бога, и это счастье, что так сложилось. Но за это трудное десятилетие - 90-е годы - поменялось все: мир, общество. И очевидно, что приход людей, которые сами из себя как творцы ничего не представляют, но могут скомпоновать группы, порождающие творческий продукт (а это и есть, собствено, продюсерство), был единственным спасением. Это десятилетие было продюсерским. Почему сейчас продюсерам становится все труднее? Потому что десятилетие заканчивается.

В Голливуде в 60-х годах был бунт режиссеров против продюсеров. До этого, сорок лет назад, Голливуд тоже был продюсерским. Грубо говоря, все решал продюсер, он говорил: вот эта телка снимется, ты снимаешь, вот здесь это, вот здесь то, а ты ко мне в постель. Но! Надо отдать должное этим ребятам, они сделали Голливуд. А в 60-х началось восстание, но продюсеры, как ни странно, победили. Они признали, что пришла пора режиссерского кино. Появились режиссеры, фестивали, все такое. Появилось авторское кино. А продюсеры подумали: "Надо спрятаться, а деньги можно делать и из всего нового, что появится". Сейчас, мне кажется, у нас такая же ситуация. Продюсерам нужно прятаться, выпуская на сцену авторов. Предвосхитить бунт. И бунт не телезрителей.

Я недавно читал в газете такое мнение, что самостоятельных, продаваемых и вообще крупных телевизионных персон сейчас всего две - это Владимир Познер и Леонид Парфенов. Все остальное - сплошная "Фабрика звезд", СТС, сериалы, короче, огромный кусок мыла. Вот Вы говорите авторское телевидение, но где же авторы?

Я говорю об ожидании, а не о том, что это ожидание предложит. На самом деле, Вы только что подтвердили мою мысль - продюсерство зашкалило. Сегодня за всем, за любым продуктом на телевидении: сериалом, шуткой, рекламой, - видится лицо Кости Эрнста, лицо Саши Роднянского (гендиректор канала СТС - Vip.Lenta.Ru). Мы на сам продукт даже не смотрим! Это и означает - зашкалило. Об этом, собственно говоря, и писал упомянутый Вами человек в газете. Только он схитрил, он, наверное, либерал. Поэтому и назвал Познера и Парфенова, которые на этом фоне говорят: давайте разберемся, может быть, все не так страшно? Он их назвал творческими людьми - но это же не так.

На самом деле, у продюсеров сейчас нормальное влияние. Больше того, есть еще одна важная вещь. Власть поняла - а у власти, вне зависимости от того, кто стоит у руля, всегда одни и те же интересы - что ей легче договориться с тремя продюсерами, чем со всей этой оравой. И это тоже правда, абсолютно объективная правда.

Знаете, есть такой человек - Эмилио Аскаррага Хеан, один из самых великих продюсеров ХХ века, как я считаю, руководитель крупнейшей мексиканской телекомпании "Телевиза", недано убившей по сборам Голливуд со своими мексиканскими сериалами. Представляете, человек, который сделал все мексиканские сериалы! У него под Мехико есть целая Жуковка с полями, где снимается по 150 сериалов в день! И вот он все время говорил мне: "Ваня, спроси меня, в чем секрет моего успеха?". Я говорю: "В чем секрет твоего успеха?". Он мне: "Ваня! Я никогда, ни в одной стране, не сорился с властью". Я говорю: "А я думал…". А он мне: "Забудь ты про сериалы! Я тебе о секрете успеха говорю, а ты мне все время о том, что я делаю". Так вот, конечно, растление пошло, пошло, пошло.. Но сейчас, что бы там ни говорили, у населения спрос на другое. Запросы начинают меняться. Где там, собственно, "Три тополя на Плющихе"? И либо продюсеры тире власть поймут эти запросы, либо… Конечно, еще пять-шесть лет пройдут по инерции, но изменения уже начались, и это необратимо. Это как с джинсами в СССР.

А почему Вы думаете, что есть какой-то спрос?

А разве это непонятно?

Знаете, я отвечу Вам историей из жизни...

...Только не про рейтинги "Аншлага"...

...У меня есть два сотрудника: один водитель, другой интеллектуальный юноша.

Они слушают радио "Шансон"?

Они слушают группу "Ленинград". И когда я сажусь в машину, то прошу выключить эту мерзость. Потому что я слушаю Гарика Сукачева, а они не слушают Гарика Сукачева, они не понимают в чем его гениальность…

Но правы-то не Вы, а они, Вы это понимаете?

...И я говорю, как вы можете это слушать это же ужас, мерзость, я не могу это слушать в принципе, хотя сам матерюсь как сапожник. Даже лучше сапожника. А они мне отвечают: "Этот ужас слушает вся страна". На что я им говорю, что если разложить бесплатно героин на всех станциях метро, то рейтинг у него будет значительно выше, чем у кефира. Или взять "Фабрику звезд". Я вот физически не могу смотреть телевизор, когда включается "Фабрика". Мне делается плохо. А все смотрят. Это нормально?

Мне кажется, Вы смешали в кучу несколько разных вещей. Первое - Шнур. Я не знаком со Шнуром, но мне он очень нравится. И я понимаю, что дистанция от Высоцкого до Шнура, к сожалению, не включит подробностей по дороге. Там не будет ни одной фамилии… Это человек, который проходит по грани, когда одни люди говорят, что они детей бы не подпустили к этому творчеству, а другие говорят, что тут есть предмет для разговора и человеческого разговора! А вот когда я тут увидел на MTV песню "Дороги"… Не мое, конечно, дело рассуждать за Владимира Семеновича Высоцкого, но, мне кажется, что он бы пожал ему руку. Шнуру. Но вся эта прелюдия относительно Шнура была вот для чего. Это именно тот вариант, когда человек точно понимает социальный заказ своего времени и при этом практически не врет сам себе. Как бы он ни напивался, мы скорее всего скажем, что он гармоничная личность.

А второе - "Фабрика звезд", это совершенно другой вопрос. Успех "Фабрики звезд" - не в личностях, не в тех ребятах и девчонках, которые вообще, как Вы понимаете, ни в чем не виноваты, просто рядом не лежали! Успех этой программы заложен тридцать лет назад, когда в первый раз было решено, что можно подсмотреть за 3-4 историями и амбициями живых людей. А потом это экранизировать. Так и начались "реалити-шоу".

Так давно?

Да, а Вы не знали? Ведь на самом деле "ENDEMOL" - голландская компания из трех молодых ребят, которые владеют почти всеми "реалити-шоу" мира - она же просто все сперла. Эти люди первыми - вот это то либерально-атлантическое, что мы, русские люди, так ненавидим, - забили колышек. На права. А началось все 35 лет назад, когда группа канадцев, с канадского телевидения, пошли не от телевидения, а, грубо говоря, от того, что происходит со мной, с Вами, с нашей - я беру это в кавычки - "элитой". Короче, они уехали в канадскую деревню, всем им было по сорок. А за ними приехало телевидение. И они сделали документальный сериал о том, как люди бросают свою жизнь, запираются от всего… С этого и началось "реал-ТВ". Это потом пришли толстые продюсеры и сказали: "Ха-ха-ха, мы сейчас с этого денег срубим!". И срубили. А потом уже появился отмороженный голландский кокаиновый "ENDEMOL", который вообще сказал: "Давайте-ка зарегистрируем это дело". Там же - Вы будете смеяться - там же всего 15 сотрудников, которые каждый день напиваются, не веря своему счастью. Они успели зарегистрировать какую-то фигню, которую теперь продают по всему миру. Когда празднуется день рождения какого-либо из сотрудников "ENDEMOL" в какой-нибудь стране, это самое унизительное зрелище, какое только можно увидеть. Приезжают все каналы, которые вообще-то бились, росли, к человеку, который назначен… Вот представьте себе, что Вы посол самой маленькой страны, у которой есть самая большая атомная бомба. Вы раньше только читали обо всех других странах, но тут к Вам приезжают премьер-министры и все говорят: "Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте...". И Вы думаете: "Неужели это я такой обалденный?". Но они, лично они, никакие не обалденные. А вот фирма, успевшая обмануть весь мир и каким-то образом зарегистрировать это дело, вот она - да.

И каким боком здесь можем быть мы, со своей особостью?

Каким образом у нас идет "реал-ТВ"? Я жалею не о том, что оно пошло, я жалею о попытках перекроить его на русский лад. Потому что все эти попытки были плохими. В этом смысле мне "Фабрика звезд" даже нравилась. Сейчас, собствено, уже нет, потому что ее пытаются "обрусить". Раньше это был понятный враг, а теперь - враг завуалированный. Там уже нет ничего от того изначального смысла, который был заложен в подобном отрыве от реальности, который я лично пережил в "Последнем герое". Физически пережил. Правда, пережил! Я просто оторвался от реальности и понял, что это реальное чудо. А вот в "Фабрике звезд" на выходе продюсеры делают чуть-чуть не то. Всего чуть-чуть, но не то. Это не повод ругать жанры, это снова повод говорить о людях.

О людях речь и идет. Кто-нибудь об этом думает, кроме Вас?

Да, конечно, все думают.

Я бы так не сказал, судя по эфиру. Хоть какие-то попытки изменений должны были бы быть видны.

Нужно совершено спокойно понимать, что романтическое время телевидения прошло, романтическое время прессы прошло. Не в смысле, что романтика не востребована, просто наши романтические методы не выдерживают критики на следующем этапе. Но вот что поразительно - на телевидении сейчас много прагматиков, которые понимают, что деньги можно "срубить" только с романтики. И вот либо тут самые умные прагматики и самые спокойные романтики найдут компромисс, либо прагматики будут добивать, то что поддается добиванию. Канал СТС по деньгам выигрывает, но канал-то проседает, это очевидно. У них был шанс открыть новый телеканал в России для молодежи, а они сделали для онанистов. При этом Сашка Роднянский - чудный человек.

Но все говорят: рейтинг-рейтинг. Ведь рейтинг СТС приближается к рейтингу НТВ.

Ну, во-первых, это вранье. Надо не слушать то, что "все говорят", а брать реальные рейтинги, не в журналах, а те, по которым меряется наша профессия. Это раз. Второе. У меня к Сашке один вопрос. Даже не вопрос, потому что я знаю ответ. Это так, в полемическом задоре. Он "это" имел в виду в своей жизни? Я же знаю, что нет. Что, ему нужно еще денег? Ну да. Ну еще получит. А куда их потом?

Надо же инвестировать новые проекты. Заработает денег и вложит во что-то новое.

В этом-то самое страшное. Не все инвестируют во что-то новое! У нас нет претензий к тем, кто инвестирует во что-то новое. Знаешь, на чем в свое время Борис Березовский погорел? Боря ведь был просто… молодец. Молодец! Так и запиши: "молодец, чего там говорить". Посредине всего, на ровном месте всех взял и намотал на палец. И вот, когда он мотал на палец, был молодец, а как перестал, раз - и уже не молодец. И Путин здесь ни причем, и никто здесь ни причем. Он сам не молодец стал. Потому что пока мотал, всем нравилось, думали, в гору идет. Мотай, клево, ситуацию меняешь, вообще как-то интересно. А потом, когда намотал… Противостоять легко, а дальше нужно было строить, и вдруг выяснилось, что ничего Боря не построил. Даже детского сада маленького, построеннного на его деньги, нет. Не за что зацепиться! Даже его "дети" - миши и ромы - они хотя бы чумы везли, какие-то детсады строили, а он так и не зацепился на этой земле ни за что.

Не говоря уже о каком-то экспериментальном телевизионном центре.

Нет системы строительства. Как говорил Мао Цзедун: "Если ты перегнул палку, ее нужно выгнуть в другую сторону". Так и моя передача "Русский взгляд" - я понимаю, что перегибаю палку, но за 15 лет ее уж совсем в другую сторону выгнули. Я хотел бы сделать ровную палку, но пока не могу. Уж слишком постарались в ту сторону. А Вы спрашиваете, откуда я знаю, что хочет народ. В этом смысле ожидания очевидны. Кстати, это одно из правил продюсерства - если ты не чувствуешь время, то ты продюсер отдельных периодов, а не по жизни. Очевидные ожидания - это история людей, которые становятся нам интересными, а не ходульных конструкций. Вернее так - мы любим продюсерское ТВ, мы благодарны продюсерам, но хотим, чтобы в "Фабрике звезд", в этой искусственно построенной истории, рождались Глюкозы, Земфиры и так далее и так далее...

Это возможно?

Конечно! Только это и есть победа, других побед не бывает. Я недавно слушал "Радио Свобода", они рассказывали про их фабрику звезд, забыл как она называется. Пусть это говорит "Свобода" - враги, либералы и так далее. Но мы их уважаем, потому что у них хороший язык, история и вообще с ними интересно. Все это вместе заставляет нас их слушать, с ними здороваться - если с кем и есть повод поговорить, так только с ними, потому что с нашими невозможно. Так вот, "Свобода" говорит: Боб Дилан, умирая уже почти, сказал, что хочет возглавить жюри американского аналога "Фабрики звезд" (тоже, кстати, купленого у голландцев). Боб Дилан! А все потому, что, когда они взяли Саймона и Гарфункеля и еще Йоко Оно, то просто-напросто продали за последний год 5 миллионов дисков исполнителей этой фабрики. Даже голливудские люди обрадовались: наконец-то, сказали, в ответ на наше форматное засилие появились ребята, которые особо ничего не делают, а просто на следующем этапе снова рассказывают про настоящее. Как будто битлы рассказывали про что-то другое... Да не виновата "Фабрика звезд"! Во Франции ее невозможно смотреть, в Испании ее почти никто не смотрит, в России ее ругают. И вдруг в Америке люди говорят: мы подустали от всего, а там вроде как люди какие-то настоящие. И гарфункели с диланами посмотрели и сказали: да, нам тоже это кажется настоящим, вот мы туда и пойдем. Давайте посидим там, с ребятами, потренькаем на гитарах. А через год уже Мадонна или Бритни Спирс скажет - я тоже хочу. В этот год и пропадет американская фабрика звезд.

Почему у нас так нельзя?

Мы всего только десять лет этим занимаемся. Если бы десять лет назад, нет уже пятнадцать, я бы рассказал знакомой девушке, что есть телефоны без шнура, с которым ходишь по улице и разговариваешь, она бы спросила: ты что, шпион что-ли? И поэтому нам досталось то, что досталось. И мы должны были через это пройти, и здесь важнее были не технические средства, а мотивы. Это важно. Я просто думаю, что Костя Эрнст "Фабрику" начинал с нечестными мотивами. В смысле, когда он Первый канал сделал - почему и сделал - у него был мотив хороший, честный. А вот на "Фабрике" уже нечестный. Даже дело здесь не в честности. Просто мотив был не такой. Не понтовый, не пацанский, не наш, который вел нас когда-то. Кстати, у нас именно тогда ничего не удается, когда мы "пацанский мотив" не включаем. Либо ты делаешь проект на телевидении, за которым есть важный для тебя смысл, либо ты делаешь что-то просто потому, что не на завод же идти работать, деньги тоже нужны, скучно ничего не делать. Но стоит придти человеку и сказать: "Да я сейчас!…", - как у него и деньги сразу появляются.

У нас, по-моему, все же немного другая ситуация. Думаю, что у Боба Дилана денег не меньше, чем у Бритни Спирс. А вот у Гребенщикова явно меньше, чем у Валерии. Мне так кажется, я не считал.

И что? У Гребенщикова денег ровно столько, сколько он собирает за свое творчество - диски, кассеты. У Леры ровно те же деньги - в смысле, что собраны за ее творчество. Мы пока зрителя не трогаем, просто говорим о правилах. Если Гребенщикову мало, он может взять "Фабрику звезд" - я думаю, что Костя просто упадет в обморок от счастья - и заработает себе еще. Для того, чтобы чаще ездить в Тибет. А если он считает, что не может туда пойти… Тогда ему должно хватать тех денег, которые он зарабатывает.

Я немного не об этом хотел спросить. Хоть какая-то пропаганда нравственных и культурный ценностей должна быть? Или должна быть одна попса?

Скажите, Вы православный?

Да. Но это наше с Вами частное дело.

Ха! Собствено, Вы сейчас ответили на свой вопрос. Особенно во второй части. Это не частное наше с Вами дело в том смысле, что мы же с Вами скорее не православные, а люди, придерживающиеся православной традиции. Причем такие люди, которые толком-то и не знают, что такое вера. Мы просто хотим понимать. Мы с Вами такие угрюмые ребята, которые с топорами стоят на входе, на всякий случай. Мы примерно понимаем, кого отсюда гнать надо, а вот кого пускать - все время путаемся. Потому что нам и эти нравятся, и эти. Слава богу, игумен в монастыре сказал нам: этих точно не пускать, это мы запомнили. А кого еще не пускать, мы в некоторой растерянности. Этот вроде, смотри, атлантист с деньгами, но человек-то хороший, как его не пустить? Может быть, он все-таки сделает что-нибудь хорошее, продаст там чего-нибудь. Вот девка пошла, вроде бы эстонка-католичка, но задница у нее хорошая и взгляд добрый - как ее не пустить? Конечно, как только мы увидим шахидов, то давай метелить! А без шахидов мы теряемся. Кого сюда не пускать? Согласитесь, есть такое ощущение?

Ну, да. Но вот я смотрю старые советские фильмы. Они очень хорошо, качественно сделаны, это хорошая копия Голливуда, улучшенная, на мой взгляд. И есть базовые принципы. Зло должно быть наказано, добро это добро, надо работать, надо рожать детей, строить семью и так далее. Сплошной позитив. То же, самое, кстати, поет во все горло группа "Любэ", которая мне нравилась четыре года назад - по своим идеям, не как музыка. Но вот как-то много стало в телевизоре группы "Любэ", нет? И президент с ними чай постояно пьет...

Вернемся к истории с перегнутой палкой. Я точно понимаю, что еще пару лет и мы в своем раже дойдем до того, что люди уже будут плеваться, прости Господи, на крестное знамение. Достали уже все своим однобоким патриотизмом. Почему я говорил, что "Намедни" должно остаться в эфире? Потому что мне теперь не с кем меряться в эфире! Леня же не рассказывал чернуху, не показывал кровавых маньяков, не этим бил. Он бил, когда говорил: "Давайте обсудим по-мирски духовные вещи". Дьявол же именно в этом месте. Популярность советских фильмов, как и популярность голливудских фильмов, основывалась на том, что они всегда что-то предлагали. Осуждаешь - предлагай. Ну что, разве в те времена не убивали, не насиловали? Но искусство - это никакая не жизнь. И нынешнее телевидение, которое, конечно, не искусство, - тоже никакая не жизнь. Поэтому на телевидении и в прессе, что бы ты ни нес, ты рождаешь образы. А уже потом эти образы сверяются с жизнью. Мы тут стонем по ХХ веку, а на самом деле кто-то из композиторов писал свои самые веселые вещи, когда под окнами шла резня. Мы про резню уже не помним, а произведения этого композитора слушаем. Придуманным не спровоцируешь.

Именно поэтому Вы стали делать программу "Русский взгляд"? Расскажите, как Вы к этому пришли.

Это продюсерское пятнадцатилетие - оно, конечно, великое, и все мы там побывали всякими определяющими людьми - поставило всего лишь одну проблему. Мы тогда были в таком возрасте, когда можно было себе позволить отделять работу от своей жизни. Непозволительно счастливое было время, нас Бог земной жизнью еще не сильно наказывал, давал пройти… Представьте, что сегодня Вы можете зарабатывать приличные деньги написанием монологов для "Аншлага". Станете это делать? Нет? Самое интересное - почему? Возраст. То есть начинается сведение работы и жизни воедино. Мы точно понимаем, что мы сюда пришли, повпендривались и уйдем. Мы видели, как уходят наши отцы, и мы уйдем. Абсолютно нормальная вещь. Именно поэтому какое-то время можно об этом не задумываться, а потом задумываться надо обязательно. И ты наконец-то отвечаешь на вопрос: кто ты и где ты. Начинаешь собирать все в одну точку, и работа перестает быть чем-то вторым, и становится тем, чем ты собственно, и живешь. Я обзвонил Разбаша, Любимова - Влада уже нет - и спросил: "Парни, вы не возражаете, если я назову программу "Русский Взгляд?" Потому что считал своим долгом обзвонить их и согласовать, больше не с кем.

Я понимаю, что хочу рассказывать. Я не очень понимаю как, хотя по тому, что дает эта программа по рейтингам, я вижу, что угадываю. Это программа в чистом виде неофитская. Я не знаю - "как". Я все время говорю зрителю: я сам одновременно с вами разбираюсь в теме. У меня ответов-то нет, но у меня есть одно замечательное телевизионное право: я могу вместо вас сходить и задать конкретный вопрос. В нашей стране, как в любой стране сегодняшней Европы, воцерковленных людей 8-10 процентов. А дальше начинается самое интересное. 70 процентов населения держат у себя дома иконы. Я точно понимаю, что работаю на эти 60 процентов разницы. Мне нужно пройти экспертную оценку у этих 8-10 процентов, чтобы они сказали: конечно, он так себе, но… наш. А работать мне нужно для этих 60-ти. Моя задача - забрать всех этих людей, довести до дверей храма и передать священнику. Я не священник, но это никакое не уничижение, потому что как только они выходят из храма - они сразу же опять попадают ко мне. Мне важно не путать - не переступать в этом смысле порог храма. Но я знаю, что и батюшки, по большому счету, не хотят переступать порог храма в обратную сторону. Поэтому мне все это кажется важным и дико интересным, я только поэтому туда и вперся. В храме - таинство. Но за порогом церкви - моя территория.

А правда, что Вы с этой программой в Москве по рейтингам побили Познера?

Да, официально. Тут нужно понимать: я не выделываюсь, я играю по всем телевизионным правилам: рейтинги, доли. Я больше ненавижу не сам "Аншлаг-Аншлаг", а когда говорят что, мол, мы же канал "Культура", мы же о духовном говорим. И поэтому делаем плохое телевидение. То есть тема подменяет профессию. На государственном бюджете-то? Да легко подменить, не вопрос. Если напротив меня стоит фильм по ОРТ, стоит зажимный "Фитиль на РТР", стоит на НТВ какая-нибудь передача, а я понимаю, что я ее бью, значит, я все же чего-то стою. И темы, о которых говорю - тоже чего-то стоят. И это, переходя на профессиональный язык, при том, что я принимаю рейтинг на встрече от канала ТВЦ 0,2 процента, а мои оппоненты принимают рейтинги больше, чем они сами держат. То есть я - с нуля. Что такое рейтинг 0,2 на канале ТВЦ? Это значит, что никто не включил телевизор.

Смотришь рейтинги Первого канала - принимают они 4 с долей двадцать. И роняют до трех с долей пятнадцать. На "России" принимают три с долей шестнадцать и роняют до двух с долей десять. А я принимаю 0,2 с долей 3 и довожу до трех с долей пятнадцать. Выдыхаю, и после меня снова 0,2 и доля 3. Да, это вот такой вызов.

Дорогая программа?

Абсолютно нет. Я думаю, что производство одного выпуска программы "Намедни" стоило около 300-400 тысяч долларов. Сюжет - 50 тысяч долларов. Рассмотрим сюжет. За четыре с половиной минуты корреспондент появляется в трех местах: Сингапур, Сибирь и Москва. Командировки, то да сё. Но, правда, если минута рекламы в программе доходила до 120 тысяч долларов, значит, они на программе зарабатывали миллиона два - за час - а тратили пятьсот, чистая прибыль - полтора миллиона.

Александр Герасимов публично сказал, что "Намедни" сначала была планово убыточной, а в последнее время выходила в ноль.

Тогда пускай не врут. Тогда, значит, рейтинги у них другие. Но это мы оставим на их совести.

То есть рейтинги ниже чем заявляются?

Это Вы сказали.

А сколько стоит "Русский взгляд"?

Моя программа стоит в три раза меньше, чем один сюжет в "Намедни". Не вся программа "Намедни", а один сюжет в ней. А рейтинг 1 к 3. К программе, не к сюжету. Леня брал по рейтингу 8, я 4. По доле он брал 20, то есть каждый пятый его смотрел, а я брал 16. Но у меня программа в три раза дешевле стоит, чем один его сюжет. Это к вопросу о патриотичности нашей сегодняшней власти, которая либералов не любит, но платит им больше. Это же острая проблема. Ты же знаешь, сколько людей, наших с тобой отцов, померло на служении этой власти. Они честно хотели служить власти, а она им говорила - пошли вон. А вот с врагами по-другому: давайте, мы вам поможем, а то мы вас как-то боимся. Давайте мы вам, врагам, денег еще дадим, а?

Это же не нами начато. Есть целый сонм людей, которые говорили: мы хотим служить империи, государству, России! Пошли все вон! - отвечали им. А вот Гусинский, Березовский - это же все на ровном месте возникло, и поэтому мне теперь все это не интересно. Когда я работал с Березовским, у него от "может быть" до дела проходил один день. А вы, мои родные, на это тратите по десять лет. Поэтому вас либералы на поворотах и обходят. На скорости.

Беседу вел Иван Подшивалов

Другие материалы
Спорт00:01Сегодня

Чао, Месси!

Бразильцы смеялись над разгромом аргентинцев. А потом чуть не облажались сами
00:01Сегодня

Сквозь время  

Он фотографирует города будущего. Старушка Европа не узнает себя