Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

Электричество кончилось

Интернет помиловал российского художника

В интернете завершился вызывающий перформанс российского художника Олега Мавроматти под названием "Свой/Чужой". Электрический стул, на котором сидел художник в ожидании исхода голосования, приводить в действие не пришлось: большинство пользователей высказались против казни. В России Мавроматти, сейчас живущий в Болгарии, обвинен в разжигании межрелигиозной розни, и своим перформансом хотел показать, как в интернете можно "сократить путь от обвинителя к обвиняемому".

В 2000 году Олег Мавроматти снимался в фильме "Масляное пятно", в одной из сцен которого художник распял себя на кресте. Этот перформанс назывался "Не верь глазам своим", и, по утверждению Мавроматти, не преследовал цель оскорбить чьи-либо религиозные чувства. Более того, художник специально распял себя лицом к кресту, чтобы избежать обвинений в греховности поступка. Тем не менее на эту акцию обратили внимание правоохранительные органы (по словам Мавроматти, не без помощи "Союза православных хоругвеносцев"), и против него было возбуждено уголовное дело по статье 282 УК РФ.

Эта статья ("возбуждение ненависти либо вражды") печально известна среди радикальных художников-акционистов в России. Именно по ней в июле 2010 года были приговорены организаторы выставки "Запретное искусство" Андрей Ерофеев и Юрий Самодуров, под нее же попала акция рубившего топором картонные копии икон Авдея Тер-Оганьяна "Юный безбожник", и если в Уголовном кодексе есть худшая для художников статья, то ее номер 282. Основным ее недостатком, который пытаются устранить, добившись внесения поправок в УК, считают то, что по этой статье можно привлекать к уголовной ответственности за художественные акции.

Олег Мавроматти был вынужден покинуть Россию, после того как в связи с возбуждением уголовного дела в его доме провели обыск, и угроза попасть за решетку стала чуть ближе к реальности. Десять лет художник прожил между Болгарией и США, и вот в 2010 году срок действия его российского паспорта истек, просроченными оказались и болгарские документы. Мавроматти предложили приехать в Россию за новым паспортом, но художник предпочел остаться в Болгарии и попросил у местных властей предоставить ему статус беженца. Как он написал в своем ЖЖ, в Россию его пригласили не просто так, но "для незамедлительной посадки".

В этот сложный момент Мавроматти и пришла в голову идея провести перформанс "Свой/Чужой". Специально для него была изготовлена точная копия электрического стула, к которому был подведен ток. Условия акции были достаточно просты: в течение семи дней в интернете было открыто голосование, в ходе которого каждый желающий, зарегистрировавшись, мог отдать свой голос за или против того, чтобы пустить ток. Голос в пользу казни при этом нужно было оплатить символической суммой в 50 евроцентов.

Каждый голосующий должен был так или иначе мотивировать свой выбор. Выбиравшие казнь обосновывали причину по-разному: "Умри! Спасибо :)", "просто для прикола", "Умри, потому что ты некрасивый", "монетка так упала" и даже "Какой же ты художник? Ты творишь зло, прикрываясь высоким званием. Нет таким людям прощения". Те, кто был против, писали так: "Денег нет, а так бы убил", "Не надо этого делать", "Заблуждаетесь Вы, наверное... нельзя так с жизнью... не дай бог 'дураков' больше окажется", "Преследование художника по очевидному навету религиозных фанатиков - позор для страны, полагающей возможным считать себя цивилизованной". К счастью, их оказалось больше.

Реакция на то, что сделал Олег Мавроматти, была особенно бурной в среде его коллег. Самый сильный всплеск эмоций вызвал, пожалуй, репортаж шеф-редактора отдела "Искусство" портала Openspace арт-критика Екатерины Деготь, побывавшей в гостях у художника. В своей статье "Письмо из Софии: кулак за дверью" Деготь, соблюдая безупречный стиль, холодно измельчила Мавроматти как художника и местами даже как человека, не пренебрегая при этом некоторыми не самыми важными бытовыми деталями. На ее текст ответили сразу два не последних человека в современном искусстве и сам Мавроматти.

Первым со статьей "Интересные интересы Кати Деготь" выступил художник Анатолий Осмоловский, по мнению которого Деготь придерживается так называемой "левой критической теории". Он сдержанно и аргументированно обвинил ее в нарушении базовых принципов левой журналистики, садизме и мизантропии, но зато поблагодарил за то, что она поставила "диагноз российской критике". Авдей Тер-Оганьян был куда менее сдержан.

В довольно талантливо написанном тексте он назвал Деготь так, как женщин обычно не называют, причем одним эпитетом ограничиваться не стал. По существу он заявил, что Деготь уверена: "смыслы в искусстве и в жизни определяют исключительно статусные интеллектуалы", а это на самом деле не так, и что она отказалась от поддержки Мавроматти вслед за большинством, к которому он причислил Марата Гельмана и Иосифа Бакштейна помимо прочих. Сам Мавроматти в своем ЖЖ лишь по пунктам разобрал все неточности, допущенные Деготь при подготовке интервью, а в комментариях к записи убеждает читателей, что это она, "может, вообще не со зла". Те ему не верят.

В перформансе Мавроматти, как верно заметил Осмоловский, "трагизм смешан с комизмом в вызывающих пропорциях", и поспорить тут, безусловно есть о чем. Однако если оставить в стороне культурологические тонкости "левых критических теорий", невозможно закрыть глаза на безусловную художественную ценность акции Мавроматти. Здесь художник, по сути, на одну чашу весов положил свою жизнь, а на другую - репутацию, ведь, опять же по Осмоловскому, если акция закончилась помилованием, она автоматически превращается в фарс. И в данном случае лучше так, а не иначе.

В итоге против казни проголосовало 3015 человек, за - 1591. Вырученные с голосов последних деньги - около 800 евро - Мавроматти пообещал потратить на организацию в Софии приюта для кошек. Перформанс "Свой/Чужой" Мавроматти на этом объявил законченным, но на сайте проекта по-прежнему будут проводиться видеомосты с ним, а также будет работать чат. Приглашаются все желающие.