Новости партнеров

Националисты поневоле

Студенты РГТЭУ стали основными слушателями ораторов на Болотной площади

Митинг Российского Общенародного союза на Болотной площади. Фото Александра Котомина для "Ленты.ру"

Митинг 23 февраля на Болотной площади был организован движением "Российский общенародный союз", основной символ которого - недвусмысленный черно-желто-белый флаг, правда, почему-то в вертикальную полоску. СМИ объявляли, что митинг будет националистическим, однако верно это оказалось лишь отчасти.

В то время, пока кандидат в президенты Владимир Путин выступал в Лужниках, а Зюганов и Жириновский собирали сторонников на Театральной и Пушкинской площадях, хедлайнерами Болотной были объявлены малоизвестные певцы Олег Макин и Александр Шаганов, а также фермер Василий Мельниченко.

Сразу было понятно, что акция, скорее всего, получится малочисленной. За полчаса до начала мероприятия перед рамками толпились и чего-то ждали студенты. Многие из них явно приехали учиться в Москву из кавказских республик, и почему они пришли на националистический митинг, поначалу было неясно. Как потом оказалось, это были студенты РГТЭУ, университета, чей ректор выступал с трибуны. РГТЭУ-шники отмечались у представителей университета и проходили через рамки, заполняя собой площадь. Собственно, они и составляли абсолютное большинство митингующих.

На вопрос, что их сюда привело, студенты отвечали, что их позвали из университета. Корреспондент "Ленты.ру" спросил у одной группы молодых людей, знают ли они, что это националистический митинг. Ребята очень удивились. "Да?! - спросил черноволосый и чернобровый парень. А потом вдруг радостно воскликнул: Значит, я нацист! Я нацист!" "Около тысячи человек из РГТЭУ должны быть", - сказал один из студентов. "Неет, столько не наберут", - протянул другой.

В это время из колонок, сменив грубую песню про предателей-либералов, зазвучал церковный хор.

Девушки, притопывая от холода, громко обсуждали несправедливость: студентам-финансистам обещали за участие в митинге "автоматы", а юристов заставили прийти просто так.

У сцены начали раздавать флаги "Российского общенародного союза" и "Партии дела". Одна из девушек, державших флаг, призналась, что членом РОС она не является. "Почему тогда у тебя флаг?" Она засмеялась, потом замялась и сказала: "Я еще не придумала, что ответить на этот вопрос".

В час дня, на момент начала митинга, зрителей было немногим больше, чем дружинников с красными повязками, а дружинников примерно столько же, сколько полицейских. Все болтали, притоптывали, играли в кружках в подвижные игры. Митингующие обратили внимание на сцену только тогда, когда там появился ректор РГТЭУ Сергей Бабурин. Он был единственным оратором, у которого со слушателями было хоть что-то общее - альма матер. Бабурин поругал США за Ливию и Сирию, уважительно сообщил, что несколько дней назад встречался с президентом. Затем он призвал не путать национализм с шовинизмом, тут же напомнив про "исконное русское православие" и традиции. Запахло старой доброй патриархальностью. Кроме того, Бабурин отметил, что его организация была на Болотной 4-го февраля вместе со "своими союзниками", то есть с остальными десятками тысяч человек, вышедшими в тот день на митинг "За честные выборы".

Но далеко не все выступавшие одобряли митинги. Другие ораторы запугивали собравшихся сообщениями об "оранжевой угрозе". В качестве особенно популярной страшилки выступали США. Едва ли не каждый из тех, кому давали микрофон, считал своим долгом сказать пару слов про "новый мировой порядок" и "мировое правительство" во главе, разумеется, с американцами. Владимир Осипов, руководитель движения "Христианское возрождение" и обладатель высокого пронзительного голоса, и вовсе заявил, что пожары 2010 года на территории России - это дело рук американской агентуры. Главная цель Америки - разрушить российское государство, и именно ради этого, по мнению Осипова, она подступает к южным рубежам нашей страны: к Сирии и Ирану. Писатель Евгений Павлов, взойдя на трибуну, первым делом упрекнул студентов в том, что они не слушают и не понимают, что им говорят. Молодежь никак не отреагировала на его отповедь, всем и правда было все равно. Тогда Павлов, повышая голос, заявил: "Идет колонизация и криптоколонизация России". "Под видом изучения английского языка колонизируется молодежь", - надрывался оратор. С его точки зрения, жертвой английского пал бывший министр финансов Алексей Кудрин, который "закрыл тысячи наших заводов".

Поскольку в основном выступавшие травили именно Америку, то если это и был национализм, то довольно экзотического толка, на грани с конспирологией. Единственной традиционной русской националистической мыслью, прозвучавшей с трибуны, было заявление о том, что Россию и Москву заполонили миллионы мигрантов, угрожающих стране. В ответ на эти слова группа студентов, среди которых было несколько кавказцев и южан, в голос рассмеялась.

Через полчаса после начала митинга слово дали Александру Шаганову, который спел крайне патриотичную песню в духе группы "Любэ". В это время студенты начали спешно расходиться, им явно не нравилось мерзнуть, а угроза со стороны английского языка не казалась такой уж реальной.

После Шаганова слово взял бывший депутат Госдумы Николай Павлов. "Мы - русская оппозиция, - с ходу заявил он, - а есть антирусская, которая хочет страну погубить". Дальше последовали многочисленные упреки в адрес оппозиционера Бориса Немцова. Павлов припомнил своему оппоненту все, начиная со времен, когда только-только развалился СССР. Закончил он свое выступление призывом как можно больше нарастить военную мощь России.

Под конец выступил председатель правой монархической организации "Союз русского народа", неудавшийся кандидат в президенты, политик-ультранационалист Борис Миронов. Его, наиболее влиятельного оратора, как пирожное, приберегли на десерт. "Это не жулики и воры! - убежденно кричал Миронов про власть. - Это убийцы русского народа!" Он выглядел, как опытный трибун, и строил свою речь периодами. Однако даже это не произвело никакого впечатления на слушателей: один парень в толпе постоянно передразнивал манеру речи оратора, а группа студентов, скучившихся вокруг него, громко смеялась. К слову, речь Миронова была едва ли не первым выступлением, в котором ругали Путина и Медведева.

Площадка митинга, которая, по замыслу организаторов, должна была встроиться куда-то между либералами и консерваторами, превратилась в трибуну для конспирологов. Звучали мысли, сложно уживавшиеся друг с другом: поддерживать движение "рассерженных горожан" и быть готовыми к революции и в то же время бороться с "оранжевой угрозой", выселить мигрантов и создать единое с "братскими народами" государство.

После выступления Миронова зачитали резолюцию, которая, как и весь митинг, была похожа на винегрет: поддержать армию, национализировать ряд производств, упразднить Думу и Совет Федерации, а потом создать парламент заново, объединить Россию, Белоруссию, Казахстан, Осетию, Абхазию и почему-то Молдавию в единое государство, отменить 282 статью, прекратить дружбу с НАТО, освободить Шешеля и Караджича и ряд других пунктов.

На момент принятия резолюции перед сценой стояло от силы человек 30. Ведущий спросил: "Принимаем резолюцию?" И сам себе ответил: "Да!"