Анатомия слива протеста

Кремлевские эксперты выяснили, почему на митинги ходит все меньше людей

В распоряжении "Ленты.ру" оказался доклад Фонда развития гражданского общества о причинах и перспективах массовых протестов, начавшихся в декабре 2011 года. По мнению близкого к Кремлю фонда, лидеры зародившегося после выборов в Госдуму протестного движения не поняли устремлений рядовых участников митингов и предложили им избитые антипутинские лозунги. Участники протестного движения, в свою очередь, лидеров оппозиции не знают или не любят. Единственная надежда оппозиционных сил - смена лозунгов и лидеров, только в этом случае массовые акции могут возобновиться, утверждается в исследовании.

Фонд развития гражданского общества близок к Кремлю - его возглавляет бывший глава управления по внутренней политике администрации президента Константин Костин. Поэтому в докладе содержится принципиально иная оценка значения и перспектив протестного движения по сравнению с мнением самой оппозиции. Авторы доклада констатируют, что протестная волна идет на спад начиная с февраля 2012 года. Доклад выглядит своеобразным ответом прокремлевских политтехнологов на недавнее исследование Центра стратегических разработок, в котором предсказывался новый виток протестной активности - и не исключался революционный сценарий развития событий.

Зима протеста

Авторы исследования "Новая протестная волна: мифы и реальность" ставили задачу изучить динамику протеста в Москве и регионах страны, а также проанализировать трансформацию политических установок участников акций за год, прошедший с начала оппозиционных выступлений. Особое внимание было уделено отражению акций в медиапространстве - чтобы показать, как менялось внимание и отношение журналистов, блогеров и интернет-пользователей к протестным акциям.

"Новой протестной волной" авторы называют "серию протестных акций, прошедших в период с 5 декабря 2011 года по 15 сентября 2012 года в Москве, Санкт-Петербурге и ряде городов РФ". От других выступлений несистемной оппозиции эти акции отличала "относительно высокая численность участников" (за последние 10 лет), участие представителей различных социальных групп, ранее игнорировавших подобные мероприятия (интеллигенция, "креативный класс", офисные работники, представители малого и среднего бизнеса и так далее). Кроме того, у этих акций были общие координирующие органы и похожий состав выступающих, отмечают авторы исследования. Значительную роль в мобилизации участников и освещении мероприятий играли социальные медиа (видимо, имеются в виду социальные сети).

Декабрь 2011 года - февраль 2012 года был периодом высокой активности и массовости "протестной волны", с весны и до осени наблюдался спад активности, отмечают авторы доклада. Доказывая этот тезис на основании данных ГУВД Москвы и некоей "независимой оценки", докладчики утверждают, что самыми многочисленными были митинги 10 и 24 декабря прошлого года - тогда на Болотной площади и проспекте Сахарова собралось от 25 до 43 тысяч человек. Затем, по расчетам экспертов, начался спад активности, так что 15 сентября на проспекте Сахарова собрались всего 14 тысяч человек по данным ГУВД Москвы и всего 10 тысяч по данным "независимой оценки". Для этой самой независимой оценки применялись различные методы, включая анализ точек, геодезический подсчет и метод ручного пересчета, уточняется в примечании к докладу.

К сентябрю снизился образовательный и имущественный уровень протестующих, среди них стало больше сторонников левых взглядов (41 процент, изначально большинство составляли демократы - 38 процентов).

К причинам протестов кремлевские эксперты относят общее повышение политической активности (связанное с чередой федеральных выборов - думских и президентских), "раздражение социально-экономическими проблемами и коррупцией", неудовлетворенность результатами выборов в Госдуму и "актуализацию темы о массовых фальсификациях на выборах", а также "фактор групповой солидарности" - "возможность для обычного человека, недовольного положением вещей и, как следствие, властью, почувствовать себя частью большой, мощной народной массы". Вследствие этого "фактора групповой солидарности" и возникла мода на протест, считают исследователи. Еще одной причиной подъема протестной волны кремлевские эксперты считают "преобразование социальных медиа и сетевых ресурсов в мультипликаторы недовольства".

При этом в докладе ничего не говорится о "рокировке" - решении Владимира Путина идти на третий президентский срок вместо Дмитрия Медведева, имевшего право баллотироваться в президенты повторно, но отказавшегося выдвигать свою кандидатуру.

Причин для спада протестной активности тоже было немало, считают исследователи. Среди субъективных в отчете называются "низкая результативность акций", а также разочарование в лидерах оппозиции, "монополизировавших протест и использовавших его для решения своих личных политических задач". Риторика лидеров протеста не соответствовала мотивам и политическим установкам участников акций, объясняют авторы работы: участники акций пытались заявить о себе как о новой политической силе, а риторика протестных лидеров носила чуждый им характер, включая радикальные призывы к революции и свержению власти, указывают исследователи.

Нарушения на выборах, о которых много писали СМИ, не были причиной протестов, а лишь сыграли роль "спускового крючка", считают авторы доклада. Тем не менее, до конца 2011 года лозунг "За честные выборы" объединял всех протестующих - и политизированных, и "рассерженных горожан", указывается в исследовании. Отторжение между этими двумя основными группами протестующих началось после выдвижения антипутинских лозунгов в феврале 2012 года, полагают исследователи. Лидеры оппозиции предлагали "протест ради протеста", что устраивало политизированную часть протестующих, но "так и не смогли сформулировать повестку, которая бы нашла отклик у 'рассерженных горожан'", указывают  кремлевские эксперты.

Еще одной причиной спада протестной активности авторы доклада считают отсутствие у оппозиции какой-либо организационной схемы, которая помогла бы сформировать общую политическую платформу. Появление осенью 2012 года Координационного совета оппозиции, на который предполагалось возложить эту роль, эксперты считают "запоздалым".

Кроме того, прошла мода на протест, перейдя из категории "новинок сезона" в категорию "прошлогодняя коллекция", отмечают исследователи. Также оппозиции не удалось выдвинуть из своих рядов "единого яркого лидера, обладающего незапятнанной репутацией и пользующегося всеобщим уважением".

Действительно, говорится в докладе, почти все лидеры протеста за последний год стали фигурантами одного или нескольких уголовных дел: в частности, Алексей Навальный проходит по делу "Кировлеса", Сергей Удальцов и его соратники обвиняются в приготовлении к организации массовых беспорядков, остальные несистемные политики так или иначе привязаны к "болотному делу", возбужденному после столкновений демонстрантов с полицией на акции 6 мая.

Среди объективных причин "слива протеста" авторы доклада называют стабилизацию ситуации после федеральных выборов, "преодоление кризиса легитимности и доверия к власти" и естественное устаревание выборной тематики. Кроме того, свою роль сыграли политические реформы, обещанные бывшим президентом Дмитрием Медведевым и 94 митинга в поддержку нынешнего президента Владимира Путина: они "существенно превосходили уличные мероприятия оппозиции". Общую численность провластных митингов эксперты оценили в 770 тысяч человек, 385 тысяч из которых вышли на улицы в Москве. Про многочисленные сообщения о принуждении граждан к участию в таких митингах авторы доклада при этом не упоминают.

Кроме того, основная масса протестующих сохранила веру в "существующие политические институты и связывает надежды на позитивные изменения с ними, а не с "новой революцией", убеждены докладчики.

Поиски нестандартных форм уличной активности - #ОккупайАбай и "Контрольные прогулки" - были продиктованы "ощущением разрыва между собственными политическими установками и риторикой лидеров" у части митингующих, считают авторы работы. Однако и эти акции "вызвали лишь кратковременный медиаэффект" и не смогли предотвратить спад протестов, говорится в докладе. После очередного ужесточения закона "О митингах", инициированного Госдумой минувшим летом, проведение подобных акций стало как минимум крайне дорогостоящим занятием.

Еще одна причина спада протестов - в том, что они затронули лишь Москву и ряд крупных городов, а в регионах остались незамеченными, доказывают авторы доклада. К примеру, за девять месяцев 2010 года по всей России состоялось в 7,5 раза больше массовых акций, чем за тот же период 2012 года - 33350 акций против 4456.

5 тысяч спартанцев

По итогам исследований эксперты фонда пришли к выводу о том, что политический актив протестующих в настоящее время насчитывает 5 тысяч человек в Москве. "Протестные мотиваторы", по мнению наблюдателей, сохраняются, а снижение интереса к акциям оппозиции объясняется "неприятием их текущего формата". Новая волна может подняться, если у протеста сменятся лозунги и появятся новые яркие лидеры, считают кремлевские эксперты. Люди, опрошенные социологами в рамках исследования, знают о "Марше свободы", намеченном на 15 декабря, но идти на него в массе своей отказываются или колеблются в своем решении.

Особое внимание эксперты уделили роли социальных сетей в мобилизации протестующих, в частности, "креативного класса", который до того не участвовал в уличных акциях. Это случилось впервые в России, указывают исследователи, но в ходе избирательного цикла 2016-18 годов (новые выборы в Госдуму и президентская кампания) влияние этого инструмента "может стать существенным не только в Москве, но и в масштабах всей страны". При этом докладчики отмечают, что соцсети играли мобилизующую роль лишь до весны 2012 года, а затем в ход пошли традиционные инструменты - "партийные, организационные, медийные и финансовые".

Больше половины участников акций протеста признались социологам из ВЦИОМа, что на президентских выборах голосовали за Путина, так как считают его "консолидирующей фигурой", утверждают авторы доклада. Среди избирателей Путина есть и такие, кто и дальше собирается участвовать в протестных акциях, отмечено в исследовании. "Почти все респонденты, голосовавшие против Путина, готовы изменить свою позицию при условии решения им ключевых проблем страны", - добавляют исследователи. В этом причина невосприимчивости участников акций к лозунгам вроде "Россия без Путина", делают вывод эксперты.

Лозунг "Свободу политзаключенным" рядовые участники митингов поддерживали "из общегуманистических соображений". При этом многие, по мнению авторов доклада, вообще не уверены, что такие заключенные в России есть. Изначальный лозунг протеста - "За честные выборы" - и вовсе воспринимался респондентами как "малореальный и слишком абстрактный". Призыв же к перевыборам, по данным исследователей, был сочтен "глупым и некорректным". "Перевыборы бы ничем от выборов не отличались" или же "Шило на мыло менять" - так говорили о перевыборах даже те опрошенные, кто отнес себя к "активным участникам протестов".

Лозунг про "партию жуликов и воров", в свою очередь, в целом протестующими поддерживается, но не только применительно к какой-то конкретной партии, а ко всем политическим партиям вообще, демонстрируя в целом низкий уровень доверия к партийной системе, - говорится в докладе фонда.

Несоответствие речей ораторов и мыслей слушателей привело к тому, что если 24 декабря из-за несогласия с итогами выборов на митинг вышло 32 процента населения, разделяющего протестные настроения (данные ВЦИОМ), то 4 февраля их было уже только 23 процента. Количество вышедших на улицу из-за недовольства властью, политической системой и ситуацией в стране практически не изменилось - 15 и 16 процентов соответственно. "А вот количество людей, посчитавших выход на митинг своим долгом, сократилось более чем в два раза - с 12 до 5 процентов", - констатирует доклад.

На митингах 5 и 10 марта 2012 года "выступления спикеров носили разрозненный характер, упоминания о выборах практически сошли на "нет", причиной чего во многом стало восприятие выборов президента России как значительно более чистых по сравнению с выборами в Госдуму", - утверждается в докладе. В более же поздних акциях гражданские активисты стали играть все меньшую роль. Изменилась и тематика: летом и осенью больше говорили не о честных выборах, а о политических заключенных - или критиковали судебную систему. Согласно приведенному в докладе опросу "Левада-центра", отставки Путина требовали лишь 26 процентов участников сентябрьского "Марша миллионов".

Вы нас не представляете

Докладчики подсчитали, что начиная с митинга на Чистых прудах 5 декабря 2011 года до "Марша миллионов" в сентябре со сцены выступили 62 человека. Лидеры: Борис Немцов и Сергей Удальцов - по семь выступлений. Шесть раз выступала Евгения Чирикова, по пять раз Григорий Явлинский, Геннадий Гудков, Владимир Рыжков (в том числе три раза как ведущий), Дмитрий Быков и Ольга Романова. По четыре раза речи произносили Алексей Навальный, Илья Яшин и Гарри Каспаров. Проанализировав выступления на частоту употребления отдельных слов и выражений в общем массиве текста, авторы доклада пришли к выводу, что "заводил" на митингах было трое: Навальный, Удальцов и Константин Крылов. В их речах доминировали лозунги и призывы. Немцов, Каспаров и Чирикова - лидеры по объему критики лично Владимира Путина. Судебную и правоохранительную систему больше всех критиковали Ольга Романова и Анастасия Удальцова (в докладе не указано, что это вполне закономерно: супруг Романовой Алексей Козлов сидит в тюрьме, а муж Удальцовой задерживается чаще, чем кто-либо из оппозиции).

Из доклада следует, что фокус-группы воспринимали эти выступления не так уж однозначно. В ответ на ораторские способности Навального, респонденты говорили авторам доклада, что у него в биографии есть темные пятна - и при этом нет "конкретики в действиях и четко продекларированных целей политического участия". Также некоторые респонденты заподозрили Навального в сотрудничестве с властью, о чем может говорить его работа в совете директоров "Аэрофлота". Про Немцова респонденты сказали, что ему "не хватает харизмы" и что "от него уже устал народ". Мнения опрошенных насчет Удальцова разделились. Одним не понравились его "радикальные методы ведения политической борьбы", другие говорят, что он "единственный в оппозиции последовательный лидер, идейный и принципиальный". Каспаров - лидер по призывам отправить Путина в отставку - воспринимался опрошенными участниками митингов скорее как шахматист.

"Риторика каждого отдельно взятого спикера не сильно менялась от митинга к митингу, однако менялся состав выступающих, что оказывало значительное влияние на общую повестку протестных акций, - констатируется в докладе. - Митинг 24 декабря на проспекте Сахарова был последней акцией, на которой в большом количестве выступали не профессиональные политики, а различные представители культуры и шоу-бизнеса. Все последующие митинги, особенно начиная с "Маршей миллионов", были в гораздо большей степени идеологизированы, что вызвало отрицательные оценки со стороны значительного числа участников и привело к дальнейшему снижению численности акций".

В исследовании отмечается, что медиасопровождение акций протеста 2011-2012 года принципиально изменилось. Если раньше митинги оппозиции освещались только в "блогосфере, интернет-изданиях и пуле оппозиционно-настроенных СМИ", то уже к 10 декабря эта картина изменилась принципиально. Если митинг 5 декабря был освещен лишь два раза на федеральных телеканалах и 22 раза в "федеральных СМИ" (в это понятие авторы доклада включили только печатные издания), то уже митинг 10 декабря 24 раза освещался телевидением и 80 раз - газетами. Пик упоминаемости протестных акций пришелся на 24 декабря. Сюжетами и текстами с митинга на проспекте Сахарова отметились 25 телеканалов и 125 газет. Для сравнения - информационные агентства и интернет-СМИ упоминали митинг 5 декабря 337 раз, митинг 10-го на Болотной площади - 920 раз и митинг на Сахарова - 801 раз.

"Существенное снижение упоминаемости протестных акций началось с митинга "За честные выборы" 4 февраля, - говорится в докладе. - Параллельно с этой акцией оппозиции проходил более многочисленный "Антиоранжевый митинг" на Поклонной горе, оттянувший на себя значительную долю внимания СМИ". Падение интереса СМИ в докладе объясняется "все более рутинным характером митингов, отсутствием политического эффекта от них, а также тем, что их политическая повестка практически не менялась с течением времени". "Марш миллионов" 15 сентября лишь дважды был упомянут телеканалами, 39 раз - в печатных СМИ и 294 раза - агентствами и интернет-СМИ.

"Высокая эмоциональность публикаций о первых митингах "За честные выборы" отчасти связана и с тем фактом, что значительное число редакций информационных порталов Рунета (Lenta.ru, Gazeta.ru) и деловых газет (Коммерсант, РБК Daily) не скрывали своих симпатий к протестному движению. Журналисты этих изданий зачастую принимали участие в митингах не в качестве корреспондентов, но в качестве рядовых участников, а порой и в качестве выступающих со сцены", - отмечено в исследовании.

Декабрьские митинги стали первыми массовыми политическими акциями в России, в появлении которых значительную роль сыграли социальные сети. В докладе констатируется, что "для организаторов митингов Facebook, Twitter и "ВКонтакте" выполняли одновременно мобилизационные и информационные функции, обладая сравнимым, а порой даже большим значением, нежели пул традиционных и электронных СМИ". Базовой социальной сетью для мобилизации сторонников оппозиции стал Facebook, а сеть "Вконтакте" использовалась как дополнительный инструмент "с целью расширения охвата потенциальной аудитории".

В документе отмечается, что с социальными сетями произошла примерно та же история, что и с традиционными СМИ. Если на митинг 24 декабря в Facebook записались более 50 тысяч человек, то уже 4 февраля - 28 тысяч; на митинг 5 марта записались 8500 человек, а на последний "Марш миллионов" 15 сентября - 3200 человек.

По мнению прокремлевских экспертов, роль "рассерженных горожан" в протестном движении существенно снизилась - их место заняли представители различных радикальных течений и люди среднего возраста, а вместо социальных сетей стали использоваться традиционные мобилизационные инструменты - партийные, организационные и порой финансовые. То есть состав участников митингов протеста опять становился таким, как в прежние годы.

"Основу участников протестных сообществ в социальных сетях составили молодые люди, которые в силу возраста пока еще не сумели реализовать свои амбиции как в карьере, так и в семейной жизни", - утверждается в докладе. Там приведен "усредненный" портрет митинговавшего в декабре-марте. Это холостой мужчина 23-26 лет, студент или выпускник престижного столичного вуза. При этом он приехал учиться из другого города, либерал, а также не очень религиозен.

Со снижением роли соцсетей стал меняться и "усредненный" портрет. Среднестатистический участник акций повзрослел и полевел, либо же стал придерживаться националистических взглядов.

В главе "Социология протестного движения" авторы доклада приходят к неутешительным для лидеров оппозиции выводам. По данным фонда "Общественное мнение", с декабря 2011 по октябрь 2012 года готовность лично принять участие в митингах протеста снизилась на 7 процентов (с 17 до 10 процентов). По данным ВЦИОМ - на 5 процентов (с 23 до 18 процентов). "Левада-центр" утверждает, что число граждан, желающих участвовать в акциях, упало на 4 процента (с 19 до 15 процентов).

"Суммарное количество опрошенных, не поддерживавших акции протеста, увеличилось с 41 процента в декабре 2011 года до 53 процентов в октябре 2012 года", - утверждается в докладе.