Сумрак в опере

Музыкальная «Золотая маска»: Бриттен, Дюсапен, Курентзис и Черняков

Фото: Владмиир Вяткин / РИА Новости

Формально фестиваль «Золотая маска» уже идет, но регулярные показы начинаются с 15 февраля. Плотное оперное расписание, в которое экспертный совет включил все главные или сколько-нибудь заметные события московского и питерского сезонов плюс пермские, екатеринбургские и астраханские премьеры, открывают спектакли Мариинского театра и Театра Станиславского и Немировича-Данченко. Всего в конкурсе участвуют 11 оперных представлений, что по «масочным» меркам много. В музыкальной «Маске» есть еще пять спектаклей в разделе «Оперетта/Мюзикл», которые добавляют фестивальной географии Новосибирск, а всей программе – легкую интонацию. Все прочее – от вида и звучания постановок до напряженной конкуренции во всех номинациях – как никогда серьезно.

Традиционный спецпроект «Золотой маски» «Премьеры Мариинского театра в Москве» (в свое время он был придуман для того, чтобы спектакли Мариинки появлялись в столице вне зависимости от того, участвуют они в конкурсе и укладываются ли гастроли в конкурсное расписание) в этом году совпадает с фестивальным календарем. В нем – два оперных спектакля: «Пеллеас и Мелизанда» Дебюсси идет вне конкурса (15 февраля на сцене Большого театра), а «Сказки Гофмана» Оффенбаха (17 февраля, там же) претендуют на «Маску» в двух номинациях: «Лучший спектакль» и «Лучшая мужская роль» (Ильдар Абдразаков). На те же дни назначены «масочные» показы оперы главного английского композитора XX века Бенджамина Бриттена «Сон в летнюю ночь» в постановке известного и востребованного во всем мире режиссера Кристофера Олдена, а также дирижера Уильяма Лейси (оба участвуют в конкурсе в соответствующих оперных номинациях – «Лучший режиссер» и «Лучший дирижер»).

Что примечательно, «Сон в летнюю ночь» – совместную работу Театра Станиславского и Немировича-Данченко и Английской Национальной оперы – в Москве покажут в последний раз. После «Маски» и вне зависимости от ее результатов спектакль, уже ставший одним из безусловных событий прошлого столичного сезона, вернется в Лондон и больше здесь не появится. «Сон» выдержал несколько серий показов (всеми спектаклями дирижировал Уильям Лейси, превративший оркестр, хор и солистов московского театра в бриттеновских специалистов), смог бы и больше, но контракт не позволяет. Жесткий, умный, с юмором и печалью спектакль стал репертуарно успешным, несмотря на то, что еще до премьеры его атаковали блюстители нравственности. Но как только «Сон» вышел, стало понятно, что спектакль не только необычен театрально и музыкально, но и художественно целомудрен. А также страшно внимателен к Бриттену, которого в Москве почти невозможно услышать ни в каком исполнении.

«Пеллеас и Мелизанда» Клода Дебюсси – тоже редкое для России репертуарное название, но все же знакомое. Опера немного шла в прошлом сезоне в том же Музтеатре Станиславского, причем под управлением знаменитого французского дирижера Марка Минковского. Спектакль же, который привозит в Москву Мариинка, поставил лондонский режиссер Дэниэл Креймер. И это имя тоже нельзя назвать незнакомым, в том числе московской публике. Креймер ставил для Гергиева оперу Бартока «Синяя борода», и ее тоже показывали в Москве на «Маске», шокировав и удивив публику жесткой режиссурой, мрачной сценографией и качественной работой с непопулярной оперной музыкой. Так что ни полная теней и намеков огромная антивагнерианская партитура Дебюсси, ни режиссерская манера Креймера, который ценит жанр психологического триллера больше других, не останутся не узнанными. Их сочетание в новой марииинской продукции – путано и страшно. Средневековый детектив в спектакле превращается в реальный хоррор и больше напоминает об американском кинематографе 80-х, чем об импрессионистском и символистском искусстве рубежа XIX-XX веков или о хрестоматийно нежном образе Дебюсси в музыкальной истории. Бесконечное действие пропитано саспенсом, как сиропом, и пугает сильнее, чем музыкальный гипноз Дебюсси.

Если «Пеллеас» не участвует в конкурсе, то «Сказки Гофмана» – реальный конкурент бриттеновскому «Сну в летнюю ночь». Спектакль поставил Василий Бархатов, регулярный участник мариинских сезонов. Сложный сюжет единственной оперы знаменитого автора оперетт Жака Оффенбаха Бархатов делает еще извилистее и многослойнее. Главный герой, прототипом которого у французского композитора был немецкий писатель, превращается здесь в сильно пьющего обывателя, события меняют географию и смысл, любовь становится бредом, а маскарад – дурацким розыгрышем. Снижая поэтический пафос оперы, режиссер повышает градус фантазии настолько, что карнавальная фантасмагория переливается через край. Но исполнителя сразу нескольких партий Ильдара Абдразакова, тем не менее, вполне можно рассмотреть при всей многофигурности пышной сценической композиции.

Еще два серьезных претендента на музыкальные «Маски» появятся в Москве во второй декаде февраля. Это пермские спектакли, которыми дирижирует Теодор Курентзис: «Так поступают все женщины» (Cosi fan tutte) и «MedeaMaterial». Оба в прошлом сезоне оказались громкими премьерами, собравшими в Перми не только местную, но московскую и питерскую публику. Спектакль «MedeaMaterial» (самый амбициозный участник «Маски» – опера современного французского композитора Паскаля Дюсапена на текст Хайнера Мюллера в постановке Филиппа Григорьяна) к тому же получил награду Дягилевского фестиваля. Надежда Кучер в партии Медеи претендует на «Маску» в номинации «Лучшая женская роль», где у нее как минимум две очень сильные конкурентки – Альбина Шагимуратова и Елена Заремба (Людмила и волшебница Наина из спектакля Большого театра «Руслан и Людмила» соответственно).

Теодору Курентзису – модному «исторически ориентированному» дирижеру, почти что авангардисту и любимцу широкой публики, уехавшему работать в Пермь и теперь бывающему в Москве наездами, за дирижерский приз тоже придется побороться. Как бы ни был энергично пышным его фирменный Моцарт, ни Уильям Лейси с утонченным Бриттеном, ни Феликс Коробов с величественным Прокофьевым (в нескольких номинациях выдвинут спектакль «Война и мир» Театра Станиславского), ни Павел Клиничев (со страшно редкой в России партитурой Джоаккино Россини «Граф Ори», которую с большой смелостью поставили в Екатеринбургском театре оперы и балета), просто так не уступят Курентзису ни в бодрости, ни в тщательности, ни в эффектах. Хотя в пермском спектакле «Так поступают все женщины», где чудесные кринолины и парики, – именно музыкальная часть особенно игрива и по-курентзисовски нетривиальна.

Если бы в дирижерской номинации еще был выдвинут Владимир Юровский (новый глава Светлановского оркестра, европейский дирижер с московскими корнями ставил в Большом «Руслана и Людмилу»), соревнование могло бы выглядеть битвой. Но Юровский после нескольких представлений отошел от дел, объяснив это сложными условиями в театре, и в «Маске» поэтому не участвует. А спектакль, ставший первой сенсацией на отреставрированной исторической сцене Большого, кроме женских актерских номинаций, представлен еще в мужской (Чарль Уоркмен в партиях Финна и Баяна) и режиссерской. Здесь на приз снова претендует Дмитрий Черняков, самый непредсказуемый, спорный и авторитетный разом российский оперный режиссер. Его «Руслан и Людмила» – сложная изощренная конструкция с кокетливым налетом провокационности. На вид это холодноватый театральный квест, но в то же время – вполне пылкое высказывание. В расписании фестиваля спектакль стоит уже в апреле, перед самым закрытием фестиваля и церемонией награждения.

В те же дни еще будет показана «Война и мир» Музтеатра Станиславского – героически освоенное многофигурное полотно огромных размеров, красиво расцвеченное Дамиром Исмагиловым (он один из постоянных претендентов на «Маску» среди «световиков»), а также два спектакля-участника фестиваля в жанре камерной оперы. Это «Дневник Анны Франк» в Камерном музыкальном театре им. Покровского и спектакль «Игра о душе и теле» Детского музыкального театра имени Сац, в действительности очень взрослое представление. Впрочем, все, что представляет фестиваль в этому году – по-настоящему серьезная, во многом даже суровая оперная продукция. В большинстве случаев она изысканно сделана и не рассчитана на то, чтобы дать публике расслабиться. Как будто бы в прошедшем сезоне на оперных сценах сгустился сумрак сложной музыки, прихотливой режиссуры, интеллектуализированных подходов и невеселых вопросов. Только отдельные отважные герои решались просто повеселить оперную аудиторию. Теперь на фестивале ей предстоит путешествовать от одного довольно мрачного спектакля к другому, пока один из них не победит.

Культура00:3016 ноября

Право быть тварью

Кино недели: Железный занавес, месть собачника и возвращение в Хогвартс