Быстрая доставка новостей прямо в ваш Telegram
Новости партнеров

Киборг против бин Ладена

Кэтрин Бигелоу рассказала, как на самом деле устранили бин Ладена

Кадр из фильма «Цель номер один»

Ленту Кэтрин Бигелоу «Цель номер один» (оригинальное название — «Zero Dark Thirty») называют «исторической драмой». Если с характеристикой «историческая» поспорить сложно (насколько при этом фильм близок к реальной истории — это вопрос другой), то «драмы» в новой работе Бигелоу все же маловато. Как, впрочем, и свойств, которые позволили бы картине обоснованно претендовать на «Оскар» в номинации «Лучший фильм».

«Цель номер один» рассказывает о многолетней операции ЦРУ, в ходе которой был устранен Усама бин Ладен. В центре истории — хрупкая женщина, сотрудница управления по имени Майя (Джессика Честейн), в 2003 году приехавшая в Пакистан и с некоторым замешательством реагирующая на то, что информацию из пойманных пособников террористов выбивают с помощью пыток. Собственно, из-за этого эпизода о «Цели номер один» и узнали те, кому плевать и на Бигелоу, и на «Оскары». Некоторые американские сенаторы заявили, что фильм якобы оправдывает применение пыток.

Кое-какие полезные данные Майя действительно получает благодаря пыткам — с этой информации она и начинает собственное расследование. В успешный его исход, кроме самой героини, не верит никто, так что помехами на ее пути становятся не только террористы, но и нерешительные и недоверчивые коллеги из ЦРУ. (Видимо, в качестве шутки главой управления Бигелоу назначила Джеймса Гандольфини, который у большинства зрителей ассоциируется с мафиози.) Итог известен: в самом начале мая была проведена операция, в ходе которой главного террориста устранили. По версии Бигелоу и сценариста Марка Боала, спецоперация прошла успешно (да и вообще состоялась) исключительно благодаря упрямству (или, если хотите, упорству) одной-единственной сотрудницы ЦРУ.

При этом создатели картины, по-видимому, считают, что зрителю совершенно необязательно что-то знать об этой сотруднице: персонаж Честейн — это чистая функция, кусок пластика, с которым Бигелоу и Боалу было удобно работать. У нее нет ни фамилии, ни прошлого (в ЦРУ она пришла сразу после колледжа, поиски бин Ладена — ее первое дело), ни будущего. Когда в финале девушка пускает слезу — видимо, поняв, что дело закрыто и теперь ей некуда себя девать, — хочется не посочувствовать ей, а посоветовать отправиться на покой — на полку с документами в каком-нибудь ЦРУшном архиве.

О чем получилось кино? Видимо, о том, что один в поле очень даже воин. Или о том, что упрямство горы сворачивает. Правда, есть один нюанс: Бигелоу приступила к работе над фильмом еще до мая 2011 года, поэтому поначалу предполагалось, что речь пойдет о неудачной операции ЦРУ. Ну и что с того? Профессионала такие мелочи не смущают. Закончи Бигелоу раньше — было бы кино о том, что один в поле не воин, а упрямство — вещь бесполезная, а то и вредная. Скажите, Кэтрин, как вы считаете, на самом деле упрямство — это хорошо или плохо? Бигелоу в ответ молчит.

Отказывается она отвечать и на вопрос о том, являются ли пытки допустимым методом получения информации. В этом смысле американские сенаторы зря пристают к режиссеру: Бигелоу вовсе не оправдывает пытки — вполне возможно, что у нее просто-напросто вообще нет собственной точки зрения относительно их применения. Точно так же Бигелоу отказывается говорить, кем же была Майя — женщиной, умело скрывавшей собственную личную жизнь, или киборгом, созданным в недрах ЦРУ для охоты на бин Ладена. Хотя бывшей супруге Джеймса Кэмерона вообще плевать, про что снимать — хоть про провалившуюся операцию, хоть про успешную. В результате «Цель номер один» не вызывает ни малейшего желания сопереживать главной героине, да и вообще хоть кому-нибудь там сопереживать.

Впрочем, отсутствие четкой точки зрения, как выясняется, не мешает Бигелоу успешно снимать фильмы, которые номинируются на «Оскары». Талант ее в том, что она умело находит острые темы, а потом придает им округлую, доступную форму — приятную глазу киноакадемика. «Цель номер один» — не то чтобы плохое кино, но какая-то пустышка, не заслуживающая ни возникшей вокруг нее шумихи, ни порицаний со стороны политиков, ни многочисленных премий. Если кто в данном случае и может претендовать на награду, так это Джессика Честейн — в конце концов, она два с половиной часа собственным присутствием в кадре пытается прикрыть пустоту.

Культура12:2924 августа
Hercules & Love Affair

Химия и алхимия

Омолаживающее техно, психоделические ритмы и жесткий эйсид: зачем идти на Gate
КультураПартнерский материал
Выставка «Щукин. Биография коллекции» в ГМИИ им. А.С. Пушкина в Москве

Всем на зависть

Эти картины стоят миллионы. Они должны были принадлежать французам, но достались русским