«Кастрюлю можно научить ездить на коньках»

Данила Козловский о хоккее, Харламове и вампирах

Данила Козловский
Данила Козловский
Фото: Валерий Шарифулин / ИТАР-ТАСС

18 апреля в широкий прокат выходит лента Николая Лебедева «Легенда №17» — биографическая драма, рассказывающая о жизни хоккеиста Валерия Харламова. Формально кульминацией картины является первый матч Суперсерии СССР — Канада, состоявшийся 2 сентября 1972 года. Советская сборная тогда победила канадцев с впечатляющим счетом 7:3, причем две шайбы забил именно Харламов.

Но «Легенда №17» — фильм не только о тренировках под руководством Анатолия Тарасова (в картине его играет Олег Меньшиков) и последовавшей за ними победе. Лента начинается со сцены из детства Харламова: Валерий, приехавший в испанский город Бильбао навестить родственников матери, сталкивается на улице с разъяренным быком и получает весьма ценный совет от родного дяди — совет, который, как считают создатели фильма, повлиял на всю дальнейшую жизнь спортсмена. «Легенда №17» — фильм в том числе о становлении характера, об отношениях Харламова с семьей и друзьями и даже о любви.

Роль самого Валерия Харламова в фильме исполнил Данила Козловский, знакомый зрителям по лентам «Garpastum», «Мы из будущего», «Пять невест», «ДухLess» и «Шпион». Незадолго до выхода «Легенды №17» актер поговорил с «Лентой.ру» о хоккее, Харламове, продиктованных сценариями фильмов скачках из одной исторической эпохи в другую и вампирах.

Лента.ру: Вам было трудно играть одного из самых выдающихся хоккеистов всех времен? Или, может, страшно? Все-таки культовая фигура.

Данила Козловский: Мы не ставили перед собой задачу: играем легенду, играем великого спортсмена. Все-таки для нас было принципиально сделать историю о живом обычном парне со своими проблемами, со своими особенностями, со своим характером. Чтобы зритель мог каким-то образом себя с ним корреспондировать, соединять. Икона на экране — было бы скучно и никому не интересно.


Минуточку, а почему же название тогда такое?

Нет-нет, название очень правильное. Мы делали фильм о человеке, который стал легендой. Жизнь которого, судьба является теперь уже легендой. И, к сожалению, одна из необходимых составляющих — ранняя смерть. И поэтому фильм называется «Легенда №17», а не «Валерий Харламов», не «Спортсмен», не «Игрок в хоккей». Это придает определенные интонации фильму, но сам фильм не о спорте, не о хоккее. Мы старались делать кино о человеке, об особенном человеке, особенном игроке, неповторимом.

Скажите, как вы вообще готовились к съемкам? Насколько я знаю, вы с детства в футбол играли, а не в хоккей.

Да, хоккеем я не занимался, я о нем мечтал. Хоккей все-таки в моем детстве был больше элитарный спорт, потому что он был связан с довольно дорогостоящей формой. Мы не могли себе позволить эту форму. Но я любил ходить смотреть тренировки, мне нравился этот запах арены, запах льда... В общем, это особый запах, особая атмосфера. Холод этот, пар изо рта. Эти сумасшедшие родители, которые орут на своих пятилетних-семилетних детишек, как будто они квартиру свою проигрывают.

Подготовка к съемкам была основательная. Мне обеспечивали действительно уникальные для российского кино условия подготовки. Куда бы я ни приезжал, где бы я ни был. Я живу в Петербурге, а весь съемочный процесс в основном проходил в Москве, здесь находятся и компания, и режиссер. Но куда бы я ни приезжал — в Москву, в Петербург, в Белоруссию, еще куда-то — у меня всегда был каток и штаб специалистов. То есть для меня создали невероятные условия. И в таких условиях не подготовиться... По-моему, в таких условиях даже кастрюлю можно научить ездить на коньках.

С вами в качестве консультантов работал кто-то из родственников Харламова?

Ну, это не были консультации. Я не могу говорить про этих людей какими-то полуюридическими терминами: «Они оказали поддержку». Они не были консультантами. Это все-таки родные сестра, сын и дочь. Они делились очень личным, и, конечно, они очень помогли.

А насколько вообще реалистично показан хоккей в окончательной версии фильма? Понятно же, что зрители будут придирчиво смотреть.

На мой взгляд, хоккей снят очень современно, очень лихо. Специально для съемок хоккейных сцен были вызваны специалисты из Канады, которые специализируются на подобного рода съемках. В Канаде, в отличие от России, так много снимают. Это, как мне это кажется, гарантирует интересный, современный хоккей в нашей картине.

То есть в результате получилась картина, ориентированная прежде всего на поклонников хоккея?

Нет. У фильма возрастное ограничение — 6+. Все от шести лет могут идти смотреть эту картину: любишь ты хоккей, не любишь ты хоккей. Это мы возвращаемся к вашему первому вопросу: «Легенда №17» — фильм не о хоккее. Безусловно, спорт — это призма, через которую мы наблюдаем за жизнью Валерия Борисовича Харламова, за жизнью уникальной, интересной, трагической, драматической. Поэтому эта история, как мне кажется, интересна и любителям хоккея, и людям, которые в хоккее совершенно ничего не понимают и абсолютно им не интересуются.


У вас на съемках дублер был?

Конечно, был дублер. Невозможно научиться за полгода кататься как профессиональный хоккеист. Дублер — профессиональный спортсмен, который работал по 12 часов в сутки, как и все, в общем, на этой картине. Мне же удалось овладеть определенными навыками, которые позволили на монтажном столе меня скрестить с дублером.

Относительно недавно в «Шпионе» вы боксировали. Трудно было с одного вида спорта переключаться на другой?

Да это отличная, уникальная возможность! Тебе просто дают уникальную возможность овладеть одним, вторым, третьим. Неважно, пригодится потом или не пригодится. Нет, мне не сложно, наоборот — это очень интересно. Ты приезжаешь, тебе говорят: «Вот, на тебе форму, на тебе каток».

А скачки из эпохи в эпоху как вам даются? «Шпион» — это 40-е годы...

Вы так спрашиваете, как будто, ну, не знаю, речь про климатические пояса или часовую разницу.

Мало ли, может, для актера новые проекты — как климатические пояса.

Нет. На мой взгляд — это то, чего я ищу всегда, то, что будет искать любой артист. Экспериментировать, кидать себя из одного в другое: из одной эпохи — в другую эпоху, из одного характера — в другой, из одного человека — в другого человека. Это как раз и есть реализация в профессии. Понятно, что что-то получается хуже, что-то получается лучше, что-то не получается совсем, более точно, менее точно. Но именно это я действительно желаю получить от профессии.

По поводу «Шпиона» еще один вопрос. Можно ли сказать, что картина стала своего рода попыткой сыграть на моде на советскую культуру?

Я скажу так. Я с этой точкой зрения не согласен, но не могу к ней не прислушаться. На мой взгляд, там идея в другом — это попытка создания первого в истории российского кинофильма в жанре комикса. И взята была для этого советская культура, советское пространство. Я знаю лично создателей этой картины, и не только режиссера, но и продюсера Сергея Леонидовича Шумакова. Это люди, которые давно этой идеей горели, давно хотели сделать что-то необычное. И уж точно для них не являлась мотивировкой ностальгия по советскому прошлому. Но с другой стороны, сейчас действительно есть мода на советское, тоска по прошлому, которое во многом привлекательно, но во многом и очень опасно.

Давайте поговорим о предстоящем проекте с вашим участием — американской ленте «Академия вампиров». Опять же, вампиры сейчас весьма востребованы. Как вы вообще в этот проект попали?

Я не могу, к сожалению, говорить много по «Академии вампиров», потому что связан определенными условиями. Это экранизация очень модной во всем мире книги Рейчел Мид «Академия вампиров». Определенный жанр, рассчитанный на определенную аудиторию. Мне это интересно, потому что это расширяет мои возможности. Это действительно полноценный большой голливудский проект с интересной большой ролью

То есть «Академия вампиров» — это гораздо более серьезное произведение, чем, например, «Сумерки. Сага»?

Я, к сожалению, не знаток вампирской тематики и «Сумерек». Но я разговаривал с одним человеком, который занимается вампирской темой с 14 лет. Очень умная женщина, которая к этой теме подходит в общем-то с научной точки зрения. И она говорит, что «Академия вампиров» — довольно сложное произведение по своему содержанию. Я надеюсь, что и работать над ним будет интереснее. Я не думаю, что это будут «Сумерки», но хочется верить, что фильм будет не менее успешным.

подписатьсяОбсудить
The Vasilika refugee camp is a military-run refugee camp located in an old warehouse in Vasilika village (Thermi) near Souroti, Central Macedonia, Greece on 11 July 2016.Беженцы на месте
В каких условиях живут и чем занимаются сирийцы в греческом лагере
Бремя радужного человека
Почему американская помощь вредит заграничным геям
Город мертвых
Самое большое кладбище планеты
Си Цзиньпин и Владимир ПутинНа пути к союзу?
Как далеко может зайти сближение России и Китая
Военнослужащие армии КазахстанаПрофилактика хаоса
Каковы цели российского военного планирования в Центральной Азии
Скованные беспроводной цепью
Рассказы домашних арестантов о жизни с электронным браслетом
Отборные кадры
Как в России подыскивают присяжных для суда
Все очень плохо
Почему новая холодная война опаснее старой
Скука, тестостерон и дешевый бензин
В чем смысл «арабского дрифта» и зачем его легализовали
Я вас не слышу
Чего не хватает новому Chevrolet Camaro: первый тест
Не отпускать и не сдаваться
Что происходило на одном из самых сумасшедших Гран-при сезона
Северный олень
Сохранил ли новый Mitsubishi Pajero Sport свою суровость и страшно ли на нем заезжать в глушь
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон