«Странный административный зуд»

Владимир Путин предложил объединить Высший арбитражный и Верховный суды

Председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев и председатель Высшего арбитражного суда Антон Иванов
Председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев и председатель Высшего арбитражного суда Антон Иванов
Фото: Михаил Климентьев / РИА Новости

Владимир Путин предложил объединить Высший арбитражный и Верховный суды. Выступая на Петербургском экономическом форуме, глава государства заявил, что сделать это следует «в целях обеспечения единых подходов к разрешению споров с участием как граждан, так и организаций, а также споров с государственной властью и органами местного самоуправления». Как будет происходить объединение, пока сказать трудно, но опрошенные «Лентой.ру» эксперты уже жалеют о предстоящем разрушении арбитражного судопроизводства.

Павел Чиков, глава правозащитной ассоциации «Агора», член Совета при президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека

Самое худшее, что можно было себе представить, ― это погубить арбитраж. В сравнении с судами общей юрисдикции арбитражный суд ― это средоточие порядка, процедуры, современных технологий, предсказуемости. Там главенствует состязательность, его система экстерриториальна, выведена за рамки границ регионов, поэтому не сильно зависима от региональных властей. В Арбитражном процессуальном кодексе ― единственном процессуальном кодексе ― прямо записано, что нарушение единообразия судебной практики является основанием для пересмотра судебных решений, то есть фактически введено прецедентное право. ВАС имеет невероятно продвинутую систему электронного правосудия. Все движение дела отслеживается в интернете, уведомление сторон происходит по интернету.

В мире, конечно, есть прецеденты, когда нет специализированных судов ― ни коммерческих, ни конституционного, а есть только один суд общей юрисдикции и над ними Верховный суд. Это США. Но мне непонятно, зачем это делается в России. Видимо, есть политический расчет сделать председателем нового суда Дмитрия Медведева, а [председателя ВАС Антона] Иванова ― его замом по арбитражу.

Алексей Кравцов, председатель Арбитражного третейского суда Москвы, член экспертного совета Мосгордумы по законодательству

Хочу напомнить, что раньше дела юридических и физических лиц рассматривались только Верховным судом, Высший арбитражный суд появился лишь в 1992 году. В итоге вместо одной здоровой появились две головы. Практика показала, что деятельность судов очень быстро начала пересекаться. Смотрите сами: коммерческие дела юридических лиц рассматриваются арбитражным судом, но при этом коммерческие споры физических лиц шли по линии Верховного суда. Обе инстанции пересекались все чаще и чаще, начала возникать разница в трактовках закона. Оба суда, к примеру, руководствуются Гражданским кодексом, но каждый трактует его по-своему. К чему это приводит? В первую очередь, к проблемам у конечного пользователя — того, кто в суд обращается. Единообразия нет, а элемент хаоса есть. И сейчас уровень правовой неопределенности достиг того момента, когда обе эти структуры действительно нужно объединить в одну. Сообщество третейских судей эту инициативу поддержит.

Людмила Новоселова, председатель Суда по интеллектуальным правам, бывшая судья Высшего арбитражного суда

Мне сложно комментировать решения, которые пока несут декларативный характер ― из имеющейся информации нельзя сделать вывод, какую организационную форму примет этот объединенный суд.

Что касается передачи всех коммерческих споров в суды общей юрисдикции (пока мы не знаем, идет ли речь о такой реформе), то, конечно, решением коммерческих, торговых вопросов должен заниматься судья, знакомый с коммерческим правом. Сливать арбитражные дела, которые требуют разрешения споров между инвестиционными компаниями на миллиарды долларов, с уголовными, семейными, гражданскими, по меньшей мере неразумно ― это вызовет снижение качества правосудия.

В какой-то мере арбитражная система вытащила в свое время страну из кризиса. Вы же помните, каким образом решались хозяйственные споры в 1990-е ― тогда Высший арбитражный суд приложил огромные усилия для того, чтобы эти споры разрешались наконец в суде. И в конце концов эта система заработала. ВАС также заложил систему исполнения по этим коммерческим спорам, он был инициатором создания этой системы.

Вы знаете, в нашей стране (если говорить об организационных проблемах и их разрешении) ничего не делается, если нет человека, нет команды, которые проталкивают какие-то решения. Нам нужен паровоз. Таким паровозом и выступал Высший арбитражный суд. В ВАСе было стремление улучшить правовые практики.

С этой точки зрения слияние системы арбитража с правом общей юрисдикции неправильно. Убивать эту систему с точки зрения государства ― это разбивать витрину, которую было бы не стыдно показывать нашим партнерам на государственном уровне.

Не надо понимать это как какое-то принижение судов общей юрисдикции ― я отлично понимаю, как тяжело им приходится работать с таким валом судебных дел, ― но сталкивать одну систему с другой можно только в том случае, если новая система вберет в себя все лучшее, что было в ее предшественницах. В общем, нельзя утрачивать позиции, которые были завоеваны дорогой ценой.

Александр Муранов, партнер в бюро «Муранов, Черняков и партнеры», доцент МГИМО

Я сразу же пошутил, когда услышал новость: «Путин запустил боян». Об объединении высших судов знали и говорили в юридическом сообществе последние полгода, это стало обсуждаться, как только было объявлено о грядущем их переезде в Санкт-Петербург.

Объединение Высшего арбитражного и Верховного судов несет определенные риски, будут и сложности, и проблемы, но я очень рассчитываю, что та структура, которая имеется в ВАСе, в том или ином виде сохранится. Я не исключаю, что объединенный суд не будет единым, а в нем будут две или несколько палат: коммерческая, по гражданским делам, административная (сейчас активно обсуждается идея системы административного правосудия), военная, например.

Однако лично я скорее негативно отношусь к объединению судов. По мне, так лучше было бы поменять руководство Верховного суда. Понимаете, в условиях конкуренции люди начинают думать, двигать вперед ситуацию с правом. Английское прецедентное право ведь так и выросло из конкуренции между судом канцлера и судами общего права ― так и у нас ВАС через свою конкуренцию с Верховным судом продвигал право вперед, обеспечивал движение, а сейчас все будет серенько так, по-советски.

Марат Давлетбаев, юрист, ответственный секретарь Координационного совета оппозиции

Мы стали свидетелями еще одного кулуарного решения. В демократическом обществе реформы должны идти снизу и разрабатываться на профессиональной основе, то есть предлагаться независимым судейским корпусом и профессиональным юридическим сообществом. Когда зампред думского комитета берет поручение президента под козырек, никакого профессионального обсуждения ожидать, увы, не приходится. И чем следовало бы в первую очередь озаботиться ― это обеспечением реальной независимости судей. Когда же реформы обусловливаются конфликтами председателей судов, а решаются президентом, их результат не может иметь устойчивый характер.

Генри Резник, президент адвокатской палаты Москвы

Ни малейшего резона объединять ВС и ВАС я не вижу. Судебная система за все эти годы устоялась, худо-бедно она работает. Арбитражный суд свою состоятельность доказал, коммерческие суды есть и в других странах, были и в дореволюционной России. Сейчас в арбитраже много дельных компетентных юристов. Появляются новые специалисты по корпоративному законодательству или налоговому праву. Для чего это ломать, бог весть. Я не думаю, что станет лучше. К тому же кому-то из высших судей, Вячеславу Лебедеву или Антону Иванову, придется уйти. Никак не могу взять в толк. В управлении судами ничего не изменится, качественный состав не изменится. Какой-то странный административный зуд. Глубины замысла я не понимаю.

подписатьсяОбсудить
Фабрика зверств
Притравочные станции — аморальная забава или жестокая необходимость
Сергей Боярский во время сдачи норм ГТО «Не посрамлю»
Сын главного Д’Артаньяна Сергей Боярский за всеобщее ГТО, но против идиотизма
Ника борется за жизнь
Чудом выжившую девочку спасет внутривенное питание
«Если делают где-то барьеры — наказывать»
Михаил Терентьев об объективности, лекарствах и доступной среде
Военнослужащие армии КазахстанаПрофилактика хаоса
Каковы цели российского военного планирования в Центральной Азии
Скованные беспроводной цепью
Рассказы домашних арестантов о жизни с электронным браслетом
Отборные кадры
Как в России подыскивают присяжных для суда
Все очень плохо
Почему новая холодная война опаснее старой
Наперегонки
Найдено объяснение механизмам смерти и старения
Лабиринты смерти
Что скрывают древние и загадочные катакомбы Парижа
Черная дыра (в представлении художника)Вот запара
Величайшая тайна черных дыр стала еще непонятнее
Шершавый бог
Раскрыто значение вызываемых ЛСД видений
Я вас не слышу
Чего не хватает новому Chevrolet Camaro: первый тест
Не отпускать и не сдаваться
Что происходило на одном из самых сумасшедших Гран-при сезона
Северный олень
Сохранил ли новый Mitsubishi Pajero Sport свою суровость и страшно ли на нем заезжать в глушь
Ху из Ху
Откуда растут корни китайских брендов
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон