Человек-охотник

Маньяк Оноприенко, убивший десятки людей, умер в тюрьме

Анатолий Оноприенко
Фото: Ефрем Лукацкий / AP

В житомирской колонии умер 54-летний Анатолий Оноприенко — серийный убийца, виновный в гибели десятков людей. Он совершал преступления на территории Украины в начале 1990-х годов, при этом ему долгое время удавалось скрываться от милиции. После того как его наконец поймали и судили, убийца был приговорен к расстрелу. Однако смертный приговор так и не был приведен в исполнение: из-за моратория на смертную казнь, введенного на Украине, наказание заменили на пожизненное заключение.

Убийца, которого называли «украинским Чикатило», скончался 27 августа. Предварительная причина смерти — сердечный приступ.

Как рассказали в пенитенциарной службе, охранник при обходе заметил, что Оноприенко, содержавшийся в одной из камер сектора для пожизненно осужденных, находится в «обморочном состоянии». Заключенному попытались оказать помощь медики, но их усилия результатов не принесли. Тело умершего было направлено на экспертизу.

По словам председателя пенитенциарной службы Игоря Андрушко, у серийного убийцы были «проблемы с сердцем», в последнее время он жаловался на здоровье. Хотя журналисты, побывавшие в колонии в начале 2013 года, утверждали обратное: по их данным, за все время отсидки — 17 лет — Оноприенко ни разу не болел.

Серийного убийцу держали в одиночной камере («Он "серийник", а по тюремным законам таких могут убить, — отмечал начальник тюрьмы Владимир Кудельский. — Оноприенко написал заявление о том, что хочет находиться в камере один»). Работать он отказался. Время проводил за чтением книг. Общался с приходящим в тюрьму священником — «спорил насчет толкования библейских текстов».

По словам одного из тюремных конвоиров, ранее осужденного убийцу несколько раз «пытались убить блатные», однако им помешала охрана (подробностей конвоир не сообщил). Данными о том, чтобы кто-то мог быть причастен к его смерти, в пенитенциарной службе не располагают.

Убийства

Анатолий Оноприенко был уроженцем Житомирской области. Вырос в детском доме, отслужил в армии, затем устроился в мореходное училище, служил во флоте. Как рассказывал позднее адвокат Руслан Мошковский, который был защитником Оноприенко в суде, на берег его подзащитного списали после того, как уличили будущего маньяка в мелких кражах.

После службы во флоте Оноприенко устроился в пожарную часть. Некоторое время даже проработал заместителем парторга в Запорожской области.

Отвечая позднее на вопрос, зачем он стал убивать людей, Оноприенко заявил, что делал это якобы ради денег — с целью ограбления (впрочем, это лишь одна из озвученных им версий). У своих жертв он действительно забирал какие-то вещи — однако существенной ценности они зачастую не представляли. «Самая большая сумма, которую он взял у жертвы, — тысяча долларов, — рассказывает адвокат. — А в основном копейки... помаду, косметику, пару ботинок...» В одном случае «добыча» состояла из ведра с селедкой.

Другое объяснение предложил знакомый Оноприенко — Сергей Рогозин, получивший 12 лет тюрьмы по обвинению в сообщничестве (Оноприенко и Рогозин были партнерами по мелкому бизнесу: они купили вскладчину машину и возили на ней овощи для продажи; во время их совместных поездок Оноприенко совершил несколько убийств — Рогозин позднее утверждал, что лишь ждал напарника в машине и лично в преступлениях участия не принимал).

«Он вообще человек-охотник, — рассказывал подельник об Оноприенко. — Официально состоял в охотничьей организации. Куда бы мы с ним ни ехали, его зарегистрированное ружье лежало в багажнике. Увидит зайца – останавливается и идет пострелять. Я думаю, что и на людей он выходил, как на охоту».

Убивать Оноприенко начал еще в 1989 году. Первыми жертвами стали супруги, проживавшие в одном из сел Днепропетровской области. Через месяц после этого была убита еще одна супружеская чета — уже в Ровенской области. Еще через месяц жертвами «охотника» стали пятеро жителей Запорожской области.

По некоторым данным, милиция вроде бы уже тогда была близка к тому, чтобы задержать убийцу, но ему удалось сбежать за границу. Последующие несколько лет Оноприенко ездил по Европе, пытался получить там политическое убежище, промышлял мелкими кражами. Своему адвокату он рассказал позднее, что пытался даже записаться во Французский иностранный легион.

Когда Оноприенко в итоге был депортирован на Украину, он, по словам юриста, думал, что его на родине «усиленно разыскивают», и поэтому решил пойти на хитрость. К знакомым не поехал, а прямо в аэропорту решил притвориться психически больным, чтобы его забрали в больницу. «Целый день стоял на одной ноге в аэропорту Борисполь, пока милиция не обратила на него внимание, — рассказывает адвокат. — Попав в киевскую психиатрическую лечебницу, вел себя примерно, помогал персоналу... И таки смог провести врачей — ему установили диагноз, поставили на учет...»

Поняв, что милиция на его след так и не напала, Оноприенко снова стал убивать. Жертвами «охотника», вооруженного обрезом охотничьего ружья, становились водители, встреченные на дороге, случайные прохожие, целые семьи, с которыми Оноприенко расправлялся, вламываясь к ним в дома.

Одно из убийств было совершено в Малинском районе Житомирской области. Ночью Оноприенко подошел к дому, разбил окно, дождался, пока на шум выйдет хозяин дома и застрелил его. Затем расправился с его женой. После этого зашел в дом и убил находившихся там детей — обо всем этом он впоследствии спокойно рассказывал следователям. Ранее в том же районе он застрелил семейную пару с ребенком, забрал у них из дома золотые кольца и детские вещи.

«Я до сих пор вспоминаю то время с ужасом и содроганием, — рассказывает житель районного центра Олег Солодовников. — У нас в городе убили семью — маму, папу и двоих маленьких детей. Все заговорили о маньяке, началась паника. Люди стали массово устанавливать решетки на окнах, ночевали по нескольку семей в одной хате, мужчины по ночам патрулировали улицы...» Решетки на окнах во многих домах остались до сих пор.

В начале 1996 года Оноприенко за день совершил целую серию убийств в Васильевском районе (Запорожская область). Он застрелил мужчину и женщину, сидевших в машине, затем ограбил трупы, сел в автомобиль и стал ездить по дорогам, расправляясь с теми, кто попадался по пути. Сначала застрелил двух мужчин по пути к городу Днепрорудному (одним из убитых оказался сотрудник милиции). Затем убил водителя попавшихся по пути «Жигулей» (как следовало из его показаний, он решил завладеть «Жигулями», поскольку в уже угнанной им машине было «холодно ехать» из-за разбитого выстрелом стекла). После этого расправился с проходившей по дороге женщиной (решив, что она могла быть свидетельницей предыдущего преступления). В итоге бросил «Жигули» и уехал на электричке.

Задержание

Для поисков серийного убийцы были задействованы тысячи людей — милиция, Служба безопасности Украины, внутренние войска. Однако поймать его удалось лишь весной 1996 года. К тому времени число жертв Оноприенко — только по официальным данным (неофициально считается, что жертв могло быть больше) — составило 52 человека.

Тому, что убийце удавалось скрываться в течение долгого времени, способствовала, в частности, выбранная им тактика. Он переезжал из области в область, не оставлял свидетелей. «Его трудно было поймать, потому что теперь он действовал один, без подельников, — полагает адвокат Оноприенко. — И грабил не банки, не крутых и богатых. Как мясник, убивал беззащитных и бедных людей. Выбирал в селах на окраине, где нет телефона, где машина с трудом проедет. Там если кто и услышит выстрел, даже телефона нет, чтобы ночью позвонить».

Негативную роль (если не рассматривать вопрос о компетентности украинской милиции того времени в принципе), как отмечал главный оперуполномоченный-инспектор ГУУР МВД Валерий Целинский, сыграла и оставшаяся с советских времен практика, в соответствии с которой силовики стараются «не замечать» фактов, свидетельствующих о серийном убийце. «Никто не хочет об этом слышать. Поэтому дела не объединяются и по каждому убийству работают мало информированные разрозненные группы. Это приводит к тому, что на скамью подсудимых садятся иногда невинные люди из-за рвения некоторых непорядочных сотрудников», — констатировал он.

В деле Оноприенко такие случаи были. В марте 1996 года — незадолго до того, как удалось поймать убийцу — по подозрению в совершенных им преступлениях был задержан другой человек, некий Юрий Мозола. Силовики (в частности, сотрудники СБУ) пытали его в течение нескольких дней, выбивая признание. В результате задержанный скончался. Истязавшие его люди позднее были осуждены.

По словам адвоката Оноприенко, был еще эпизод в 1989 году. Тогда, пытаясь раскрыть одно из совершенных убийств (расследование, как отмечает юрист, велось особенно активно, поскольку жертвами оказались иностранные граждане), милиция задержала двух наркоманов — мужчину и женщину. «Этих несчастных так старательно "убеждали" в необходимости признаться, что один вроде бы повесился в тюрьме, а второй умер в больнице. Судить некого, зато можно было отрапортовать, что преступление раскрыто, — рассказал он. — К материалам дела приобщены и приказы о присвоении очередных офицерских званий особо отличившимся милиционерам...»

Настоящего убийцу в итоге нашли почти случайно: сосед Оноприенко («охотник» проживал в городке Яворове Львовской области, у своей знакомой) позвонил в милицию и рассказал о некоем «подозрительном мужчине, который по ночам часто возвращался с большими сумками». Убийца, не ожидавший милиционеров, даже не пытался сбежать или сопротивляться.

По словам адвоката Руслана Мошковского, которому пришлось защищать серийного убийцу, его подзащитный не отрицал вину и поначалу даже мало интересовался ходом дела, понимая, что его ждет расстрел. Однако затем взял на вооружение тактику, направленную на то, чтобы его признали душевнобольным (в этом случае он избежал бы расстрела или тюрьмы и отправился на принудительное лечение).

Заявления Оноприенко о том, что убийства ему якобы приказывали совершать «голоса», некие мистические силы, как полагает юрист, были частью этой тактики. Последовательностью убийца, впрочем, не отличался. На предварительном следствии он заявлял про «голоса», а уже на суде объявил, что якобы еще в начале 1980-х годов был завербован спецслужбами и совершал преступления по их указанию (якобы для того, чтобы «посеять панику в определенном районе»). Когда подсудимому указали на несоответствие, он не смутился, ответив, что «врал и будет врать». Экспертиза в итоге признала его вменяемым.

Житомирский суд, рассматривавший это дело, приговорил Оноприенко к расстрелу, позднее этот приговор был подтвержден Верховным судом Украины. Убийцу, однако, спасло то, что в стране был введен мораторий на смертную казнь. Тогдашний президент Леонид Кучма, как сообщалось, даже пытался обращаться в международные организации — убедить их в том, что в данном случае из моратория следует сделать исключение. Результатов это не принесло: смертная казнь была заменена на пожизненное заключение.

В тюрьме, где Оноприенко провел 17 лет, он заявлял, что наказание считает справедливым. Вел себя спокойно, режим не нарушал. Как отмечал его адвокат — «сидит молча, ждет какого-то своего шанса». О каком «шансе» идет речь, он как-то признался персоналу тюрьмы: заявил, что хочет выйти на свободу и убивать снова.

Бывший СССР00:0416 июля

«Вор в законе был чуть ли не в каждом дворе»

Криминальные авторитеты жили в Армении спокойно. Но у новой власти свои правила