Воскресное утро

Памяти Лу Рида

Лу Рид
Фото: Laszlo Balogh / Reuters

Юность — это прекрасное время, когда все в новинку, все ярко, все свежо. Когда приходишь на Горбушку (ту, еще настоящую, в парке) и по совету девочки-панка («Тебе Sonic Youth нравятся? Тогда вот это еще послушай») покупаешь кассету с надписью The Velvet Underground. Ставишь ее дома — а там сперва нежнейшая песня про воскресное утро, а потом монотонное молотилово, на фоне которого скрипучий мужской голос рассказывает, как ждет «своего мужика». И потом еще много всего. Позднее-то уже доходит, что «Sunday Morning» — это, вообще-то, про не самое светлое состояние души, а «I’m Waiting for the Man» — про ожидание драг-дилера в Гарлеме. И что обе их поет один человек. Его зовут Лу Рид.

В обоих случаях Рид знал, о чем поет. В 1967-м (а именно тогда была выпущена дебютная пластинка VU) ему исполнилось 25 лет — но и голос, и накопленный жизненный опыт возрасту не соответствовали. В середине 1950-х Рида по решению родителей лечили от бисексуальности электрошоком. В 1960-м он изучал журналистику и кинорежиссуру. В середине 1960-х перебрался в Нью-Йорк, создал одну из самых влиятельных рок-групп всех времен, влился в богему, познакомился с Энди Уорхолом.

Про первую пластинку VU есть расхожее высказывание авторства Брайана Ино: эту запись мало кто слышал, но каждый услышавший позже создал собственную группу. И действительно, в 1967-м у альбома поклонников было немного. Рид и его коллеги по группе слушателей не жалели: дисторшн, воющая скрипка, монотонная гитара (Рид придумал настраивать все струны своего инструмента на одну ноту), тексты про наркоту, БДСМ и депрессию — ассортимент примерно такой. Штука в том, что из всего этого складываются песни — не такие, как, скажем, у The Beatles на «Сержанте Пеппере» (который вышел в том же 1967-м), но тем не менее самые настоящие. Говорят, что без первого альбома VU не было бы панка и еще много чего — но не это главная заслуга пластинки. Главная — в том, что и сегодня подавляющее большинство песен с альбома звучит современнее настоящих современных песен. И автор этого большинства — именно Лу Рид.

Это вообще удивительно — Рид умудрялся сочинять композиции, принципиально непохожие друг на друга, но практически всегда узнаваемые. Издевательские (как «European Son» или «Sister Ray»), пронзительные (как «Candy Says» или «Jesus»), смешные (как «I’m Sticking With You»), в хорошем смысле попсовые (как нью-вейвовая «No Money Down») — а зачастую и вовсе сочетающие по нескольку этих качеств. Его песни неоднократно перепевали — на одну только «Perfect Day» были записаны десятки каверов, при этом ни один из них не дотягивает до оригинала.

Лу Рид был настоящим музыкальным хамелеоном, поэтому неудивительно, что с ним с удовольствием сотрудничали исполнители, любившие меняться. Например, в 1970-х, уже после ухода из The Velvet Underground, Рид завел дружбу с Дэвидом Боуи. Позже творческих союзов было множество. Рид работал с бывшими коллегами по VU и с Лори Андерсон, с Джоном Зорном и Metallica, с Gorillaz и Antony and the Johnsons. Не все эксперименты были удачными — в частности, записанная в 2011 году с Metallica пластинка «Lulu» получилась, скажем так, спорной. Впрочем, в XXI веке Рида вообще чаще вспоминали не в связи с новыми музыкальными релизами (сам он говорил, что вообще растерял поклонников в 1975 году благодаря то ли шуточному, то ли экспериментальному альбому «Metal Machine Music»). В прессе чаще обсуждали его тяжелый характер, а также поздний брак с Лори Андерсон: музыканты, сотрудничавшие на протяжении многих лет, зарегистрировали отношения в 2008 году. Ему тогда было 66, ей — 60.

Но ведь действительно, Рид — это не только музыка. Собственно, тот Нью-Йорк, который за последние годы так полюбили наши соотечественники, без него представить невозможно. Лицом Нью-Йорка в 1960-х была физиономия Лу Рида в солнцезащитных очках. Сейчас это даже еще очевиднее, чем полвека назад; доходит до смешного: когда в «Людях в черном 3» изображают модную нью-йоркскую вечеринку конца 1960-х, за кадром звучит именно «I’m Waiting for the Man».

Воскресным утром 27 октября Лу Рид умер у себя дома на Лонг-Айленде. Ему был 71 год. После него остались песни, которые обязательно нужно слушать. Потому что в самой обычной песенке «Perfect Day» — с этими ее лиричными струнными, с вроде бы легковесным текстом про прогулку с сангрией и кормежку зверей в зоопарке — жизни больше, чем в тысячах других поп- и рок-песен вместе взятых. Только слушайте внимательно.