«Где диавол с Богом борется»

Интернет глазами РПЦ и Ватикана

Освящение гаджетов в одном из соборов Ниццы
Освящение гаджетов в одном из соборов Ниццы
Фото: Lionel Cironneau / AP

На этой неделе папа Римский Франциск, обращаясь к пастве по случаю Всемирного дня социальных коммуникаций (World Day for Social Communications), назвал интернет божьим даром и воплощением подлинного добра. По мнению папы, хотя с интернетом связано множество проблем, это вовсе не означает, что верующим следует отказаться от его использования. Русская православная церковь и возглавляющий ее патриарх Кирилл во многом придерживаются противоположной точки зрения. «Лента.ру» решила разобраться в непростых отношениях двух церквей с Сетью.

Первым понтификом, всерьез и во всеуслышание заговорившим об интернете, стал папа Иоанн Павел II; это произошло в 2002 году. В то время Сетью пользовались всего около 550 миллионов человек, проводя онлайн в среднем не более 45 минут в день. В их распоряжении было в общей сложности около трех миллионов сайтов, о выборе браузера речи не шло и вовсе — в 95 процентах случаев в интернет выходили через Internet Explorer. На загрузку одной страницы уходило 16 секунд, при помощи модема со скоростью в 56 килобит за 12 минут можно было скачать одну (!) песню, а главным и самым модным социальным сервисом считался только что появившийся сайт Friendster. Несмотря на это, Иоанн Павел II, которому к тому времени исполнился 81 год, понял: за интернетом будущее, и именно там католическая церковь может найти новые возможности для распространения своего учения.

«Интернет — это новый горизонт, открывшийся перед человечеством в начале третьего тысячелетия. Он представляет собой сочетание великих возможностей и великой опасности», — писал в своем обращении к верующим Иоанн Павел II. Как утверждал папа, интернет может стать для католической церкви прекрасным средством распространения благой вести о боге по всему миру. «Именно в интернете к христианскому учению можно привлечь молодежь, для которой киберпространство все чаще становится первым окном в этот огромный мир», — заключал понтифик, подчеркивая, что если в Сети не будет места «голосу и слову Христа», не будет в нем места и самому человеку.

«Дружище Христос!»

Преемником Иоанна Павла II на посту главы Римско-католической церкви стал папа Бенедикт XVI. Новый понтифик считался большим консерватором, однако ему предстояло стать первым в истории церкви «интернет-папой». Во многом интерес Бенедикта XVI к вебу был предопределен самим развитием Сети — понтифику, занявшему папский престол в 2005-м, с каждым годом становилось все труднее игнорировать интернет-бум.

Ставший свидетелем бурного роста социальных сетей, папа впервые обратился к теме христианской проповеди в интернете в 2009 году. «Молодые люди, я обращаюсь в первую очередь к вам. Станьте свидетелями и проповедниками веры в цифровом мире. Используйте цифровые технологии, чтобы донести Священное писание до максимального числа людей», — писал понтифик. Подкрепляя свои слова личным примером, в том же 2009 году Бенедикт XVI объявил о создании официального видеоканала католической церкви на Youtube.

В начале 2010-х слова «Фейсбук», «Твиттер» и «Ютьюб» уже прочно вошли в обиход даже самых консервативно настроенных католиков. Далеко не все верующие, имевшие доступ к интернету, пользовались соцсетями, но число пользователей, сочетавших религиозные убеждения и активную онлайн-деятельность, с каждым годом росло. В 2011-м папа Римский официально благословил общение в социальных сетях; а уже к 2012-му личная страница в Фейсбуке, по данным опросов, была  более чем у 60 процентов американских католиков. Кроме того, как выяснили социологи, Твиттер есть у 25 процентов американских католиков младше 30 лет. В других социальных сетях молодых католиков меньше — профессиональной сетью LinkedIn пользуются около 15 процентов из них, 13 процентов зарегистрированы на фотосервисе Instagram.

Именно 2012 год во многом стал переломным в отношении Ватикана ко всему, что связано с интернетом. 3 декабря 2012-го папа Римский завел личный микроблог в Твиттере, взяв себе имя @pontifex; в присутствии журналистов и священников он опубликовал свой первый твит. О том, что подобная страница явно востребована, говорил хотя бы тот факт, что еще до появления в микроблоге первой записи на него подписались более 50 тысяч человек. В 2013 году отрекшийся от папства Бенедикт XVI попрощался с верующими в том числе и в Твиттере. «Спасибо за вашу любовь и поддержку. Пусть любовь Христа всегда пребудет в вашей жизни», — говорилось в последнем твите папы Бенедикта.

После отречения Бенедикта XVI папский престол (а вместе с ним и официальный папский Твиттер-аккаунт) перешел к новому главе церкви — папе Франциску. Новый понтифик продолжил курс на сближение церкви с миром интернета и социальных сетей. В одном из своих обращений к пастве Франциск даже назвал Сеть «новой надеждой», подчеркнув ее бесспорное значение для всего современного общества. «Конечно, церковь должна присутствовать в онлайн-среде. Это присутствие должно быть благим, направленным на пробуждение в человеческих сердцах вечных вопросов о смысле существования», — сказал папа, одновременно напомнив, что в Сети, полной иллюзий и опасных ловушек, ничего нельзя принимать на веру.

Пример, поданный главой католической церкви, не пропал даром: вслед за понтификом о богоугодности интернета, соцсетей и блогов стали говорить и другие влиятельные католические сановники. Глава папского совета по культуре архиепископ Джанфранко Равази и вовсе объявил Иисуса Христа первым в истории микроблогером. По мнению Равази, Христос часто пользовался в речи короткими фразами, которые отлично могли бы поместиться в длину твита. В качестве примера архиерей привел заповедь Христа «Любите друг друга».

Тем не менее далеко не все в католической церкви относятся к интернету столь же доброжелательно. Критика соцсетей и даже призывы запретить их периодически раздаются со стороны как европейских священнослужителей, так и их американских коллег. Одним из самых ярких примеров стало предложение итальянского архиепископа Доменико Помпили запретить верующим пользоваться Фейсбуком. «Отношения, которые завязываются между людьми онлайн, не могут быть признаны настоящими. Интернет развивает в человеке стремление к самолюбованию и эгоизм, заставляя его в конце концов предпочесть Сеть настоящему общению», — заявил Помпили. Один из соратников Помпили, отец Мариано Крочиата, в свою очередь, назвал соцсети сосредоточением «чрезмерного восторга и недоверия», подчеркнув, что обе эти крайности опасны для католиков, нуждающихся в «срединном пути».

Как можно догадаться, такая позиция ближе и православному клиру. Хотя, как правило, православное духовенство, оценивая Сеть, высказывается значительно резче, чем самые консервативно настроенные католики.

«Королевство кривых зеркал»

Отношения Русской православной церкви с интернетом трудно назвать простыми. В разное время представители РПЦ высказывали диаметрально противоположные взгляды на роль и место Сети в жизни современного общества.

Одну из первых официальных оценок онлайн-среде еще в 2004 году дал патриарх Алексий II. В своем послании российскому интернет-сообществу, опубликованном 26 ноября, во Всемирный день информации, он писал: «Благодаря интернету наша церковь имеет возможность широко информировать пользователей Сети о важнейших новостях внутрицерковной жизни, деятельности Священного Синода, о внешних церковных связях». Как отмечал патриарх, у церкви Христовой всегда было понимание того, что знание об истине должно распространяться максимально широко. «В настоящее время интернет предоставляет исключительные возможности в этом отношении, и церковь не вправе пренебрегать ими», — говорилось в обращении Алексия II. В поддержку своей позиции глава РПЦ тогда привел слова апостола Павла: «Горе мне, если не благовествую».

Спустя немногим более полугода, 1 июня 2005-го, в Международный день защиты детей, 76-летний патриарх представил свой личный интернет-проект — сайт «Патриарх — детям». Как сообщил предстоятель РПЦ на презентации ресурса в Даниловском монастыре в Москве, сайт прежде всего был призван рассказать подрастающему поколению о земной жизни и подвигах Христа и основах христианской веры.

Через несколько недель после запуска сайта в своем интервью агентству «Интерфакс» Алексий подробнее рассказал о том, какой он видит роль церкви в Сети. «Всемирная паутина давно стала средством христианского благовестия. Наши ресурсы в этом направлении далеко не исчерпаны, и церковь должна, как и во все времена, использовать каждую возможность для миссионерской работы», — заявил патриарх. При этом идея отказываться от использования Сети лишь потому, что порой там ведется пропаганда безнравственности, кажется ему неверной. «Совершенно очевидно, что интернет, как и телевидение, — лишь техническое средство, которое может использоваться по-разному. Недопустимо пренебрегать им только потому, что кто-то поставил его на служение греху и пороку», — пояснил Алексий II.

Таким образом, мнение патриарха по поводу Сети во многом совпадало со взглядами его католического визави — по крайней мере на словах. Однако после смерти Алексия II в феврале 2009 года и избрания на патриарший престол Кирилла отношение РПЦ к интернету стало стремительно меняться. К примеру, уже в марте того года митрополит Калужский и Боровский Климент назвал интернет-общение «показателем культурной деградации» россиян.

В 2011 году глава синодального Отдела по взаимоотношениям церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин указал в качестве главной «проблемы» интернета присущую ему анонимность. Он предложил «упрятать» анонимных участников интернет-сообщества в специальную «опасную зону», отметив, что общение в Сети «чудовищным образом разрушает культуру и правила человеческого общежития».

К 2012 году положительная оценка интернета и соцсетей окончательно стала редкостью для православного духовенства. Так, в интервью каналу «Россия 24» председатель отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Волоколамский Иларион определил интернет как «особое пространство, которое создает для людей возможность выплескивать свою агрессию». «Я читаю в интернете многих православных церковных людей и даже священнослужителей. В их блогах, на их страницах в Фейсбуке можно увидеть постоянное обличение всего и вся, бесконечное раздражение и бичевание всех. Но про любовь Христа — об этом пишут мало», — сетовал Иларион.

В феврале того же года на встрече с занимавшим тогда пост министра связи России Игорем Щеголевым сам патриарх Кирилл высказался еще жестче. Глава РПЦ заявил, что медийное пространство и интернет являются источниками влияния на душу человека и именно с их помощью и в их пространстве «диавол с Богом борется».

Год спустя, выступая с докладом на Архиерейском соборе, патриарх развил ту же мысль, назвав соцсети одним из главных источников «клеветы и лжи, направленной против Церкви». «Разумеется, в интернет-пространстве существует множество людей, которые распространяют подлинную информацию о жизни Церкви, однако циников и любителей ложных разоблачений — в разы больше», — сказал Кирилл. По его словам, когда человек задает в поисковой интернет-системе запрос, связанный с церковной жизнью, в итоге он находит лишь множество лжи, лицемерия и ненависти. Все это, по мнению священнослужителя, есть «зримые результаты деятельности врага рода человеческого».

В начале 2014 года социальные сети и онлайн-среда в целом удостоились от православного патриарха еще одного яркого и образного сравнения — в своем рождественском интервью телеканалу «Россия» Кирилл назвал интернет «королевством кривых зеркал». «Это признак духовного кризиса людей. Это не что иное, как порабощение. Порабощение сознания и даже порабощение воли», — сказал глава РПЦ. По его словам, спасти людей в этой ситуации может именно церковь, которая несет ответственность за все, что связано с духовным состоянием общества.

Очевидно, что в отношении конфессий ко всему новому велика роль личного мнения предстоятеля. Католическая церковь — далеко не самая либеральная конфессия в мире, однако понтифики склонны воспринимать интернет доброжелательно и даже немного игриво, передавая это отношение другим сановникам и всей пастве. Русская православная церковь тоже всегда декларировала подчеркнуто консервативные ценности. Однако если патриарху Алексию II это нисколько не мешало воспринимать интернет конструктивно, то его преемник склонен выискивать в Сети дьявола — в полном соответствии с духом времени.

подписатьсяОбсудить
15:50 25 августа 2016
Александр Лукашенко и Стивен Сигал

«Веган, которого вы заслужили»

Соцсети поглумились над Стивеном Сигалом, попробовавшим морковку Лукашенко
00:02 24 августа 2016

Утопия олдфага

Как представлял интернет создатель первого веб-сайта в конце 1980-х годов
Скованные беспроводной цепью
Рассказы домашних арестантов о жизни с электронным браслетом
Отборные кадры
Как в России подыскивают присяжных для суда
Все очень плохо
Почему новая холодная война опаснее старой
На грани нервного взрыва
Зачем предприниматель Петросян захватил офис банка в центре Москвы
Оборотень в слипонах
Кеды, альпаргаты и прочая обувь, делающая жизнь проще
Не стоит недооценивать бегемотов
Ощущения простого человека в любимой машине футболистов и Джереми Кларксона
Рыжая и бесстыжая
Чем модельер Соня Рикель удивила мир
Более лучше
Как изменилась уличная мода в Москве за 25 лет
Ху из Ху
Откуда растут корни китайских брендов
Собаки и коты
Самое крутое автомобильное видео августа
Равно правые
Длительный тест четырех компактных кроссоверов
Новые «Лады»
Вседорожная «Веста», спортивный XRay и другие премьеры «АвтоВАЗа» на ММАС
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон