Первый бросок на юг

Россия налаживает сотрудничество с Ираном

Закат на острове Киш, Иран
Закат на острове Киш, Иран
Фото: Caren Firouz / Reuters

Состоявшийся несколько дней назад визит министра обороны России Сергея Шойгу в Тегеран увенчался подписанием соглашения о военном сотрудничестве — первого в истории двусторонних отношений межправительственного документа подобного уровня. Соглашение предусматривает обмен делегациями, совместные штабные учения, подготовку военных кадров, координацию борьбы с терроризмом и наркоторговлей, взаимодействие при осуществлении миротворческой деятельности. По информации агентства FARS, Сергей Шойгу и Хосейн Дехкан договорились также о решении проблемы, связанной с отменой в 2010 году поставок Ирану российских ракетных комплексов C-300.

По мнению некоторых наблюдателей, в Москве и Тегеране сформулирована подробная дорожная карта развития двусторонних связей в сфере обороны и безопасности. Данное обстоятельство представляется особенно важным на фоне других совместных проектов России и Ирана, обладающих громадным потенциалом, но реализуемых, мягко говоря, недостаточно эффективно. Многие меморандумы о намерениях, подписанные Москвой и Тегераном в течение последних лет, так и остались на бумаге; слабо решаются технико-юридические вопросы экспортно-импортных отношений, что крайне негативно сказывается на торгово-экономических связях двух стран. Ситуация, впрочем, постепенно меняется: в 2014 году были подписаны достаточно важные контракты в сфере энергетики и строительства новых энергоблоков атомных электростанций. Дошло дело и до военно-технического сотрудничества.

Укрепление связей двух стран в оборонной сфере с возможным переходом от обычных торговых сделок к совместным проектам, предполагающим кооперацию высокотехнологичных производств, без оглядки на незаконные и нелегитимные санкции, являющиеся инструментом политического давления Запада как на Москву, так и на Тегеран, вполне возможно, станет тем «локомотивом», который потянет за собой сотрудничество и в других отраслях. Помимо энергетики и строительства АЭС, речь может идти о сельском хозяйстве, пищевой, легкой промышленности и многом другом. По словам министра промышленности, рудников и торговли Ирана Мохаммеда Реза Нематзаде, иранское правительство поддерживает производителей, и его экономическая политика направлена на развитие ненефтяного экспорта и на снижение зависимости страны от нефтяных доходов. Как известно, похожие задачи стоят и перед Россией, что, возможно, послужит дополнительным мотивом для взаимного обогащения полезным опытом.

В свою очередь, диверсификация российско-иранского сотрудничества даст новый импульс развитию экономики стран Кавказа и Центральной Азии. В этом направлении Россией и ее партнерами уже проделана немалая подготовительная работа, в том числе по линии заметно активизировавших свою деятельность посольств, неправительственных организаций, бизнеса и СМИ.

Несмотря на некоторые подводные камни, взаимодействие выстраивалось достаточно быстро. Формируется транспортно-логистическая инфраструктура в Кавказском регионе с включением в нее Северной и Южной Осетии, Грузии и Армении, чему была посвящена состоявшаяся весной прошлого года конференция во Владикавказе. В настоящее время Россию с Арменией и Ираном связывает лишь Военно-Грузинская дорога. Однако она небезопасна ввиду природно-климатических условий и сложного рельефа. В 2014 году из-за постоянных селей дорога не функционировала несколько месяцев. Оптимальный путь — Транскавказская магистраль (Транскам), соединяющая Северную Осетию с Южной Осетией и выходящая на грузинскую автодорожную сеть. В настоящее время сквозное сообщение по ТРАНСКАМу через Южную Осетию закрыто по политическим причинам.

Есть проект строительства вдоль Транскама и железнодорожной ветки Алагир — Цхинвал с выходом на Закавказскую железную дорогу. В ноябре 2014 года министр дорог и градостроительства Ирана Аббас Ахунди заявил о том, что подписано соглашение с Арменией о строительстве железной дороги к иранскому городу Джульфа. Железнодорожный проект находится в начальной стадии проработки, но перспектива быстрого наращивания автомобильных перевозок через Армению выглядит вполне реальной — работы по строительству автомагистралей ведутся в обеих странах. Оживление экономической активности в Армении, полноправного участника Евразийского экономического союза, сделает эту страну более сильным игроком в Закавказье, а также создаст дополнительные возможности для совместных проектов российских и армянских предприятий. Добавим к тому строительство в сопредельных с Кавказом иранских провинциях ряда крупных инфраструктурных объектов.

Так, например, 3 декабря прошлого года был открыт новый железнодорожный маршрут, обеспечивший странам Центральной Азии выход к Персидскому и Оманскому заливам. В январе по нему пошли первые грузы. Сквозное сообщение по восточному берегу Каспия через территории Казахстана и Туркменистана, равно как и запуск железнодорожного сообщения через Азербайджан по маршруту Казвин — Решт — Астара, придаст российско-иранским двусторонним связям новое качество. Еще больше усилится роль Ирана в региональных транзитных перевозках, объем которых превышает 10 миллионов тонн.

Любое трансграничное сообщение предполагает повышенное внимание к вопросам безопасности. Помимо экономики, речь может идти о мониторинге и упреждении угроз, возникающих в Кавказском регионе, который остается объектом геополитических манипуляций со стороны Запада. Можно вспомнить хотя бы недавние информационные и финансово-экономические диверсии, призванные поссорить Иран с его соседями к северу от реки Аракс. Очевидно также, что широко разрекламированный частичный вывод американских войск из Афганистана не только не решит проблем этой раздираемой перманентными конфликтами страны, а создаст новые. Примеры Ливии, Сирии, а теперь и Украины у всех перед глазами.

Представляется, что при должной координации и при содействии союзников и партнеров (в том числе, в рамках ШОС) Россия и Иран смогли бы значительно расширить свои возможности. С учетом событий на Ближнем Востоке, последствия которых уже почувствовали на себе страны Центральной Азии, все это крайне актуально.

Большое значение имеет реализация договоренностей, достигнутых в рамках встреч «каспийской пятерки» относительно минимизации внешнего военного присутствия на Каспии и окончательного определения статуса этого крупнейшего внутреннего водоема. Конечно, создание общей системы безопасности — это непросто, однако многие важные шаги, такие как формирование общей системы ПВО России и ее партнеров по ОДКБ, уже предпринимаются.

Комплексное развитие экономических и гуманитарных программ, активизация политического диалога России и ее партнеров позволят наметить контуры новой системы региональной безопасности в Центральной Азии и на Кавказе.

Принципиальное отличие российской внешней политики от советской — отсутствие блокового мышления, поиск общих интересов и точек соприкосновения с партнерами на Западе, Востоке и Юге. К сожалению, американской и европейской политике последних лет более свойственна ставка на конфронтацию, навязчивое и абсурдное стремление «изолировать» Россию, что нашло свое отражение и в недавней скандальной речи Барака Обамы перед Конгрессом. Между тем очевидно, что такая политика не дает результата. Свидетельство тому — ряд крупных политических и торгово-экономических соглашений России с незападными партнерами, например, российско-египетские «оружейные» контракты на сумму примерно 3,5 миллиарда долларов.

Иранское направление российской внешней политики — реализация на практике нового внешнеполитического курса России, предполагающего равноправное партнерство нашей страны со всеми, кто к этому стремится. Подобно развитию связей с другими альтернативными США и ЕС крупными игроками, расширение сотрудничества с Ираном отвечает стратегическим интересам России. Особенно в условиях незаконных политических и торгово-экономических ограничений со стороны Запада, об отмене которых ни в среднесрочной, ни в долгосрочной перспективе говорить не приходится.

Визит министра обороны России в Иран будет иметь серьезные позитивные последствия — как для двусторонних отношений, так и для евразийского региона в целом. Диалог двух стран продолжится на апрельской Московской конференции по международной безопасности, куда приглашен и министр обороны Ирана. Политические заявления о дружбе и общность интересов обретают под собой реальную экономическую базу, что позволит Москве и Тегерану, а также и другим партнерам России на Кавказе чувствовать себя увереннее в эпоху глобальных потрясений.

подписатьсяОбсудить
Где золото моют
Репортаж «Ленты.ру» с золотого прииска в Якутии
Ваши мечты не сбудутся
Почему «Газпром» заставляет ветеранов и многодетных родителей сносить свои дома
Путин в образе
Как партии используют президента в предвыборной кампании
Валерий Газзаев«В спорте, как и в политике, — все специалисты»
Зачем Валерий Газзаев уходит из большого спорта в большую политику
Си Цзиньпин и Владимир ПутинНа пути к союзу?
Как далеко может зайти сближение России и Китая
Итальянский афтершок
Землетрясение в Италии унесло жизни десятков человек
Метамфетаминовая эпидемия
Во все тяжкие пустились страны, о которых вы и не думали
Нелетная погода
Почему Иран разрешил, а потом запретил России использование базы Хамадан
Оборотень в слипонах
Кеды, альпаргаты и прочая обувь, делающая жизнь проще
Более лучше
Как изменилась уличная мода в Москве за 25 лет
Рыжая и бесстыжая
Чем модельер Соня Рикель удивила мир
Пошли на тело
Как и зачем в России отмечают день тельняшки
Так поплаваем!
Какие новинки ожидаются на яхтенных шоу в Черногории и в Каннах
Дно Олимпиады
Проблемы Рио похлеще допингов и переломов
«Я не позволяла себе ничего, каждая копейка уходила на кредит»
Рассказ россиянки, купившей не одну квартиру при зарплате в 40 тысяч рублей
Камерная дача
10 фактов о доме в Форосе, ставшем тюрьмой для Горбачева
До чего докатились
Как выглядят лица людей, съехавших с небоскреба
Бабушкино наследство
Вся недвижимость кандидата в президенты США Хиллари Клинтон